«Я поимел смерть»: режиссерский портрет Джоэла Шумахера

22 июня на 81 году ушел из жизни Джоэл Шумахер – один из самых успешных голливудских постановщиков, и одновременно с этим – один из самых неоднозначных. В его фильмографии легко уживаются как прибыльные жанровые фильмы («Телефонная будка») и образцовые фестивальные картины («С меня хватит!»), так и провальные со всех точек зрения («Что скрывает ложь»), а то и ненавидимые многими ленты («Бэтмен и Робин»). Time Out вспоминает, каким нам запомнился Джоэл Шумахер, личность которого часто скрывалась за его творениями.


Шумахер родился в Нью-Йорке в 1939 году. Детство мальчика было, мягко говоря, не безоблачным: отец рано умер, а мать, шведская еврейка, была вынуждена работать продавщицей костюмов шесть дней и три ночи в неделю, чтобы сводить концы с концами. Где-то уже на этом этапе, как сам Джоэл говорил, «он потерял маму из виду». Парень рос на улице, попадая в различные переделки. В 9 лет он впервые попробовал алкоголь, в 10 – наркотики, в 11 – впервые занялся сексом (Шумахер с детства был открытым геем).

Тем не менее, одним из тех, кого зовут «пропащие ребята» (созвучно с названием будущего кинохита режиссера — The Lost Boys) он не стал: приводов в полицию не было, хотя он и якшался со всей местной шпаной, а когда чуть подрос – стал подрабатывать помощником в мясном магазине. Позже получил стипендию и поступил в престижную американскую школу дизайна Parsons.

Единственной страстью, перебивавшей вредные привычки, были комиксы и кино – он мог часами сидеть в зале кинотеатра, смотря фильмы с Одри Хепберн и Кэри Грантом, и читать истории о Бэтмене. Следующим этапом его карьеры после ухода из дома в 16 лет стало оформление витрин магазинов – на этом поприще он неожиданно открыл недюжинный талант. Довольно быстро Шумахер стал востребованным дизайнером. Особенным успехом он пользовался среди владельцев магазинов одежды. В студенческие годы он уже работал с популярнейшим нью-йоркским магазином женских аксессуаров Henri Bendel. Так молодой, высокий (191 сантиметр) и красивый парень стал в мире высоких стандартов красоты гостем, которому всегда рады. До конца жизни он оставался желанной персоной в модных кругах, а одним из его близких друзей был легендарный дизайнер Рой Холстон, настоящая икона 70-х (умер в 1990 году от СПИДа) – кстати, сейчас ведутся съемки сериала о Холстоне, где его играет Юэн МакГрегор, а Джоэла Шумахера – Рори Калкин, брат знаменитого Маколея Калкина.

Рори Калкин (Шумахер) и Юэн Макгрегор (Холстон) на съемках сериала о Рое Холстоне.

Молодость будущего режиссера пришлась на 60-е – это было время миллиона безудержных порочных соблазнов: «Вы просто жаждете секса все время. Любой наркотик, на мой взгляд, был лишь предлогом к соитию. Конечно, был и алкоголь. Это было как приключение, и секс был лишь вишенкой на торте». Билл Мар, популярный в США комик и еще один близкий друг Шумахера, как-то сказал: «Знаете, за что я люблю Джоэла Шумахера? За то, что он пошел на вечеринку, когда ему было 11 лет, и вернулся домой, когда ему было 52 года».

Кстати, слегка забегая вперед, стоит отметить, что Шумахер не всегда был любителем веселящих веществ – впоследствии он с этим завязал, и однажды даже выгнал со съемочной площадки фильма «Коматозники» Джулию Робертс, ставшую звездой после «Красотки», за то, что она была под кайфом. Прокутив все 60-е и, по признанию режиссера, «попробовав все, что можно было и что нельзя», он слегка отошел от профессии дизайнера и переключился на свою вторую главную страсть в этой жизни – кино. Не уходя далеко от кассы, он устроился художником по костюмам. Работал с Вуди Алленом на фильмах «Спящий» и «Интерьеры», там же они подружились и стали закадычными друзьями. Поставил несколько не слишком интересных фильмов на телевидении как режиссер.

С Джулией Робертс на съемках, © SNAP

Билл Мар, популярный в США комик и еще один близкий друг Шумахера, как-то сказал: «Знаете, за что я люблю Джоэла Шумахера? За то, что он пошел на вечеринку, когда ему было 11 лет, и вернулся домой, когда ему было 52 года»

Первые две дебютных кинокартины публику не заинтересовали. «Невероятно худеющая женщина» был не слишком интересной пародией на популярный в 50-х фильм «Невероятно худеющий человек», а комедийный боевик «Вашингтонское такси» со звездой рестлинга Мистером Ти в главной роли был освистан критиками. Впрочем, неприятие судей из мира кино и их мнения стало кредо режиссера: в свое время Вуди Аллен посоветовал ему никогда не читать рецензий – по признанию Джоэла, он не прочитал ни одной за всю свою жизнь. Особенно он гордился тем, что даже если его фильмы подвергались уничижительной критике, они собирали хорошую кассу: для него всегда было главным показателем то, что фильм понравился зрителям. В одном из интервью он прямо сказал: «Если вы снимаете кино для критиков, то рано или поздно они все равно вас поимеют».

Разнесли и его первый по-настоящему крупный успех – картину «Огни святого Эльма» с молодой Деми Мур и Джаддом Нельсоном. Ламповая комедия о выпускниках Джорджтаунского университета, встретившихся спустя некоторое время в любимом баре, где прошли годы их молодости, собрала более $37 миллионов при бюджете в $10 миллионов. В этой картине Шумахер в полной мере смог выразить ощущения от своей студенческой молодости: любовь, первые разочарования, потерянность и отсутствие понимания, как жить дальше – только музыка, дружба, мир, жвачка. Для 80-х она стала такой же стилеобразующей, как культовый «Клуб "Завтрак"» Джона Хьюза. Критики же от фильма камня на камне не оставили – сам Шумахер говорил, что на фильм не было ни одной положительной рецензии. Особенно этот фильм не понравился знаменитому Роджеру Эберту, который негодовал, что фильм два выходных подряд собирает отличную кассу.

С Майклом Дугласом, @michaelkirkdouglas
С Кэтрин Зета-Джонс, @catherinezetajones

Другой взгляд на послешкольные годы чудесные, в совершенно ином ключе, Шумахер предложил в следующей своей ленте – «Пропащие ребята». Культовый комедийный хоррор о банде байкеров-бунтарей, которые на поверку оказываются стаей вампиров, возродил моду не только на фильмы о «хайвэях», но и на кино о мистических любителях испить крови, которое стало подзатухать после того, как Дракула ушел в трэш-кинематограф. Фильм открыл миру целую плеяду молодых актеров. Некоторые из них, пусть и ненадолго, стали звездами и настоящим лицом молодежи США. Особенно стоит отметить «двух Кори», как их звали – Хэйма и Фельдмана, правда, успех быстро вскружил им голову и карьера звезд погасла. Первый пошел по пути режиссера и начал активно принимать наркотики, быстро вышел в тираж и умер в возрасте 38 лет. Второй в 90-х попал в полицию, уже за хранение запрещенных веществ, но сейчас более-менее реанимировал свою карьеру. В 2017 году появились слухи, что Хэйма на съемках фильма «Лукас» во время употребления наркотиков изнасиловал известный актер Чарли Шин, о чем рассказал, в том числе, его близкий друг Фельдман. Об истории этих двух ребят есть фильм, который так и называется – «История двух Кори».

Вот такие «пропащие ребята», не все из которых продолжали свою успешно запущенную Шумахером карьеру, и были главным интересом для Шумахера-режиссера. Джейсон Патрик, сыгравший протагониста в «Пропащих ребятах», звездой не стал из-за неуживчивого характера, хотя имел все задатки. Кифер Сазерленд, сын знаменитого Дональда Сазерленда, хоть и вышел из тени отца, в том числе за роль в другой популярной картине Шумахера «Коматозники» (еще одной картине об отчаянной молодежи, теперь студентах, пытающихся обуздать смерть), тоже вечно имел проблемы с законом, даже в более позднем возрасте. Герои его фильмов, как и зачастую их исполнители – люди почти всегда на грани, как главный герой одного из ключевых хитов Шумахера, «С меня хватит!». Номинированная на «Золотую пальмовую ветвь» саркастичная социальная драма о съехавшем с катушек «белом воротничке», схватившемся за оружие, стала своеобразной предтечей сверхуспешного «Джокера», еще одной картины об американце, уставшем от всего на свете.

Особенно Шумахер гордился тем, что даже если его фильмы подвергались уничижительной критике, они собирали хорошую кассу: для него это всегда было главным показателем, то, что фильм понравился зрителям. В одном из интервью он прямо сказал: «Если вы снимаете кино для критиков, то рано или поздно они все равно вас поимеют».

В 1995 году Шумахеру поступило настоящее предложение мечты: снять новый фильм о Бэтмене. Если учесть, что он с детства был фанатом этого супергероя («мне ничего не страшно, мы с Брюсом Уэйном одного года рождения!»), такая картина должна была стать настоящим magnum opus для режиссера.

Тем не менее, при солидном коммерческом успехе, фильм подвергся критике со стороны фанатов: ругали за превращение мрачной саги о темном рыцаре Готэма в красочный цирк обтянутых в трико мужчин, за то, что от фирменной бертоновской готики ни осталось ни следа, зато нашлось место клоунаде Джима Керри, сыгравшего Загадочника. Последнему, кстати, знатно морально досталось на съемках от коллеги по площадке Томми Ли Джонса, перекочевавшему на роль Двуликого из хитового «Клиента» за авторством того же Шумахера. Старший коллега, обожавший быть душой компании, вечно поносил бранью весельчака Керри, который отвлекал на себя все внимание — что в кадре, что вне него.

Но это все были цветочки в сравнении с реакцией на «Бэтмен и Робин», сиквел фильма. Шумахер решил основательно переделать концепцию, добавив еще больше гротеска. Бэтмен в исполнении Джорджа Клуни не только носил нелепый костюм (особенно зрителей возмутили латексные соски), но и обменивался странными взглядами и фразами с Робином, в которых фанаты усмотрели гомосексуальный подтекст.

Даже форму бэтмобиля посчитали фаллической. Шумахер  извинился за этот фильм, но в одном из поздних интервью признался, что не считает его плохим:

«Намеки на ЛГБТ увидели почти наверняка лишь потому, что я открытый гей; раз уж на то пошло, любому здравомыслящему человеку понятно, что отношения Бэтмена и Робина всегда были похожи на недвусмысленно гомосексуальные, поверьте, я знаю о чем говорю».

Больше Шумахера к экранизации комиксов не подпускали, но он продолжал снимать хорошее коммерческое кино в самых различных жанрах. Например, военная картина «Страна тигров» открыла миру талант еще одной звезды современности – Колина Фаррелла, которого Шумахер увидел в другом фильме о войне – «Зона военных действий». В одном из интервью актер прямо заявлял, что без этого фильма он не стал бы популярным.

Сотрудничество Шумахера и Фаррелла вылилось в другой яркий фильм – хичкоковского толка триллер «Телефонная будка» о мужчине, которого посередь бела дня во время звонка по телефону взял на мушку снайперской винтовки загадочный убийца. Оба героя так же продолжали любимую линию режиссера – выпавшие из привычной картины человеческие ячейки общества в экстремальных условиях. Первый – пацифист-бунтарь в горниле вьетнамской войны, второй – лишенный почти всех моральных ориентиров бизнесмен-проходимец.

Шумахер и Фаррелл на съемках

Еще одна любимая стезя Шумахера – юридические драмы: помимо уже упоминавшегося «Клиента», он поставил один из наиболее коммерчески успешных фильмов в этом жанре, «Время убивать» с противостоянием адвоката в исполнении молодого Мэттью Макконахи и радикально настроенного прокурора (Кевин Спейси) в деле о темнокожем убийце двух расистов, изнасиловавших его дочь. По-плакатному грубая, прямолинейная лента о старом добром американском правосудии, по которому всем воздастся, не могла не вызвать шквал критики со стороны любителей более тонких развлечений: «Времена таких фильмов прошли еще с момента выхода "Вердикта" Сидни Люмета» – вольная цитата из рецензии на фильм; забавно, что на одну из ролей Шумахер звал Пола Ньюмана, как раз исполнившего главную роль в «Вердикте».

Еще одним актерским открытием Джоэла стал Джерард Батлер, которого прославила демонически привлекательная роль «ангела музыки» Эрика в мюзикле «Призрак оперы», поставленном Шумахером. Традиционно критики прошлись по фильму катком за излишнюю сентиментальность, общую «вылизанность» и театральность (было бы странно, впрочем, если бы ее не было в фильме про оперу).

Зритель, как обычно, проголосовал зелеными президентами – фильм собрал в два с лишним раза больше своего $70-миллионного бюджета и стал культовым произведением для любителей современной оперы.

Увы, следующий фильм Шумахера, «Роковое число 23», оказался для него невеселым финалом успешной карьеры. Мрачный триллер об одержимом загадочным сочетанием цифр социальном работнике окупился, но зрителям ужасно не понравилась роль Джима Керри, который вышел из своего комического амплуа и предстал в роли столь любимого Шумахером «потерянного человека». Ну и по традиции: кажется, больше, чем эту картину, критики не ругали ни один фильм режиссера. Сейчас, спустя время, это даже слегка удивительно: не такое уж и плохое кино. Возможно, предвзятое отношение к Шумахеру наконец-то сыграло свою роль: двадцать третья картина (какое горько-ироничное совпадение!) стала для него роковой.

Коммерческий триумф изменил Шумахеру: его последующие фильмы («Кровавый ручей», «Двенадцать», «Что скрывает ложь») с треском провалились в прокате, несмотря на участие в них таких звезд, как Николас Кейдж, Николь Кидман, Майкл Фассбендер и рэпер Фифти Сент. Шумахер попробовал вернуться на телевидение, где начинал свою карьеру, и даже снял несколько серий «Карточного домика» (говорят, что его кандидатуру Финчеру порекомендовал лично Кевин Спейси, с которым режиссер работал на «Времени убивать»).

Но после этого он окончательно отошел от дел – благо накопленный капитал и по-прежнему прочные связи в модных кругах позволяли ему прожить остаток жизни в кругу друзей и лучах славы прошлых проектов. Он ни о чем не жалел, кроме как о том, что не исполнил главную мечту молодости – не купил матери новую квартиру вместо каморки, в которой они жили.

Джоэл Шумахер был режиссером на грани, как и большинство героев его фильмов – хороших продаж билетов на свои картины и «продажности», высокого кино и «конформизма», любви зрителей и ненависти критиков, жизни и небытия. Как он сам говорил о своей бурной молодости: «В юности ты отчаянно боишься смерти. Это как заплывать все дальше и дальше в океане и смотреть, сможешь ли ты вернуться, а когда возвращаешься на берег и приходишь домой, ложишься в постель с мыслью: "Я поимел смерть"».

@swattness

«В юности ты отчаянно боишься смерти. Это как заплывать все дальше и дальше в океане и смотреть, сможешь ли ты вернуться, а когда возвращаешься на берег и приходишь домой, ложишься в постель с мыслью: "Я поимел смерть"».