5 напряженных триллеров про похищенных людей в бызвыходных ситуациях | Кино | Time Out
Кино

5 напряженных триллеров про похищенных людей в бызвыходных ситуациях

Виктория Савина 22 марта 2021
7 мин
5 напряженных триллеров про похищенных людей в бызвыходных ситуациях
Кадр из фильма «3096 дней»
Сюжеты некоторых фильмов из списка основаны на реальных преступлениях, что делает их еще страшнее. Time Out вспомнил 5 картин про жертв похищений, которые оказались взаперти, один на один со своими мучителями.

«3096 дней»

(3096 Tage, 2013, реж. Шерри Хорман)

Первая картина в нашей подборке основана на реальной истории австрийки Наташи Кампуш: в десятилетнем возрасте девушка была похищена техником Вольфгангом Приклопилем и провела в заточении более восьми лет.

В 2006 году Наташе удалось сбежать от похитителя — эта история моментально привлекла внимание прессы и кинематографистов. В итоге уже через четыре года девушка опубликовала автобиографию «3096 дней», которая и легла в основу сценария фильма Хормана.

Лента начинается с того, что в марте 1998 года Приклопиль (Туре Линдхардт) похищает Кампуш (Антония Кэмпбелл-Хьюджес) по дороге в школу. Маньяк привозит девочку в свой дом в Штрасхофе-ан-дер-Нордбане, где та постепенно становится для мужчины работницей, подругой и любовницей.

События в фильме развиваются крайне медленно, наглядно демонстрируя, как изо дня в день, с момента похищения и до побега, протекала жизнь пленницы. Мы видим, как голод переплетается с круговоротом физического и психологического насилия, а борьба с собой неразрывно связана с сопротивлением окружающей действительности.

В картине зло, предстающее в облике невозмутимого и устрашающего спокойствия, буквально сочится с экрана и множится по мере того, как Наташа на листочках туалетной бумаги ведет статистику нанесенных побоев.

Одной из самых страшных тем, которые затрагивает режиссер в этом тяжелом фильме, является то, насколько молчаливым, длительным и безнаказанным может быть зло.

Особенно запоминается эпизод, где героиня, перебарывая себя, просит помощи у российской туристки, но та не понимает ее слов. В этот момент и у героини, и у зрителя внутри все обрывается – наступает осознание, что кошмару суждено продолжиться.


«Михаэль»

(Michael, 2011, реж. Маркус Шляйнцер)

Фильм свое время участвовал в конкурсной программе Каннского фестиваля. При работе над сценарием режиссер картины, Маркус Шляйнцер, пытался избежать прямой экранизации реального преступления. Однако частично сюжет все же основан на вышеупомянутой истории Наташи Кампуш: из ее автобиографии позаимствованы некоторые сюжетные линии.

В ленте рассказывается о последних пяти месяцах совместной жизни педофила Михаэля (Михаэль Фуйт) и его десятилетнего пленника – Вольфганга (Давид Раухенбергер). С виду Михаэль выглядит обычным клерком — из соседей никто и не подозревал про его преступления. Время от времени мужчина даже выезжал с мальчиком на прогулки, во время которых со стороны они выглядели как обыкновенная семья.

«Михаэль» стал дебютной работой Маркуса Шляйнцера — до этого автор занимал должность кастинг-директора у Михаэля Ханеке, и этот опыт работы в фильме отчетливо прослеживается. Прежде всего, хочется отметить безупречный кастинг — актеры крайне убедительны в своих ролях.

Кроме этого, «Михаэль» создает то же чувство отрешенности во время просмотра, заставляя зрителя нервничать под напором хладнокровности и ледяного спокойствия похитителя. Картину отличает и отсутствие как напускного пафоса, так и какой-либо оценки нестабильной психики Михаэля.


«Кливлендские пленницы»

(Cleveland Abduction, 2015, реж. Алекс Калимниос)

За основу «Кливлендских пленниц» взяты мемуары Мишель Найт. На протяжении одиннадцати лет женщина была пленницей Ариэля Кастро: мужчина удерживал и регулярно насиловал саму Найт, а также Аманду Берри и Джину Дехесус. Помимо этого, конкретно у Мишель преступник троекратно вызывал выкидыш, избивая девушку до полусмерти.

Фильм начинается с рассказа о буднях обычной жизни главной героини (Тэрин Мэннинг). Мы узнаем о ее несчастливой юности, неудачах в личной жизни и карьере, подробностях воспитания трехлетнего ребенка и отношениях с матерью, которой наплевать на собственную дочь.

Постоянные поиски работы не дают желаемого результата, из-за чего героиня теряет сына – его забирают в приют. По пути на очередное судебное заседание, связанное с вопросами опеки, девушка садится в машину к Кастро (Рэймонд Крус) – мужчина предложил ее подвезти. Мишель оказывается у него дома, после чего жизнь девушки превращается в ночной кошмар наяву. Позже к ней «присоединяются» еще две пленницы.

Не скупясь на устрашающе натуралистичные подробности насилия, фильм демонстрирует процессы психологических и физиологических унижений и издевательств, которые переплетаются с беспощадным ощущением беспомощности.

Во время просмотра у зрителя может неоднократно возникать вопрос: «почему героини не воспользовались возможностями сбежать?». Ответом служит одно из главных достоинств ленты — авторы убедительно, как на визуальном, так и на психологическом уровнях объясняют природу отчаяния, делая акцент на диком и парализующем страхе.


«Коллекционер»

(The Collector, 1965, реж. Уильям Уайлер)

Несколько отличается от методов вышеупомянутых героев-маньяков формат поведения Фредди Клегга (Теренс Стэмп) – героя картины Уильяма Уайлера, снятой на основе романа Джона Фаулза. Фредди работает в банке и на протяжении жизни страстно пополняет коллекцию бабочек.

Однажды герой выигрывает в тотализатор семьдесят одну тысячу фунтов и решает воплотить в жизнь еще одну страстную мечту — воссоединиться со студенткой-художницей Мирандой (Саманта Эггар), в которую он безнадежно влюблен. Не видя иного способа заполучить девушку, Фредди похищает ее и запирает в отдаленном загородном доме. Однако мужчина не бьет и не насилует пленницу, а предоставляет все удобства, начиная от платьев, заканчивая необходимыми для рисования товарами. Герой хочет одного – чтобы Миранда узнала его поближе и полюбила.

Прежде всего Уильям Уайлер, как и Джон Фаулз, шокирует тем, что ведет повествование от лица маньяка, с первых секунд заставляя зрителя смотреть на происходящее его глазами. Так, например, первым в фильме является эпизод, где герой ловит и с холодным сосредоточием рассматривает бабочку, которая вот-вот пополнит его коллекцию.

Из этого складывается дальнейшая картинка: процесс подготовки и осуществление похищения выглядят как охота с сачком, а Миранда, в свою очередь, оказывается пойманным трофеем и одновременно нездоровой мечтой «мальчика, вступившего в пору зрелости».

Далее Уайлер блестяще обыгрывает отношения между маньяком и жертвой: в слегка заигрывающей манере автор то подкидывает, то отнимает надежду у зрителя, позволяя при этом наслаждаться скрупулезно детализированной атмосферой тюрьмы, которая изо дня в день становится все холоднее.

Далеко не последнюю роль играет и блестящий кастинг. Только за счет сосредоточения накала между героями строится основной саспенс фильма: Теренс Стэмп виртуозно имитирует ледяной животный взгляд, который в совокупности с режущей музыкой и диким ужасом на лице Эггар создает ощущение запредельного напряжения и тревоги.


«Берлинский синдром»

(Berlin Syndrome, 2017, реж. Кейт Шортланд)

Австралийский триллер Кейт Шортланд, снятый по роману Мелани Джустен, был впервые показан на Санденсе и рассказывает о молодой журналистке Клэр (Тереза Палмер). Путешествуя по Германии, девушка познакомилась с харизматичным парнем Энди (Макс Римельт), провела с ним ночь, а на утро уже оказалась его пленницей – парень запер героиню в квартире.

Если «Коллекционер» заставлял нас идентифицироваться с маньяком, то «Берлинский синдром» вновь дает возможность взглянуть на происходящее глазами жертвы. На протяжении фильма отношения Энди и Клэр балансируют между одержимым желанием «сделать приятное» и обороной при помощи отвертки, которой оказывается суждено проткнуть руку одного из героев.

Порой происходящее разбавляют лихорадочные планы побегов и ощущение близости трагической развязки, о которой напоминает факт, что у Энди были и другие пленницы — сейчас они мертвы.

Динамике Шортланд предпочитает медленнотекущую меланхоличную манеру, которая, в свою очередь, подкреплена неординарными визуальными решениями. В «Синдроме» блестящая операторская работа, монтаж и безупречно подобранные локации, рифмующиеся с общей гнетущей атмосферой и неподдельной тревожностью.