8 знаковых фильмов, получивших «Золотого медведя» | Кино | Time Out
Кино

8 знаковых фильмов, получивших «Золотого медведя»

Анастасия Лабурец 1 марта 2021
7 мин
8 знаковых фильмов, получивших «Золотого медведя»
Кадр из фильма «Тонкая красная линия»
1 марта в онлайн-формате стартует 71-й Берлинский международный кинофестиваль. В честь этого Time Out решил вспомнить 8 отличных лент киносмотра, которые удостоились его главного приза — «Золотого медведя».

«Земляничная поляна», 1957

В заключительном фильме в своей карьере знаменитый шведский режиссер и актер Виктор Шестрем играет 78-летнего профессора Исака Борга. Тот отправился из Стокгольма в Лунд, чтобы получить почетную награду от университета за свою полувековую деятельность. Компанию эгоцентричному вдовцу составляет его невестка Мариана, которая, несмотря на беременность, планирует расстаться с мужем. По дороге они заезжают в дом детства Исака, где он предается воспоминаниям, переосмысляет свою жизнь и смиряется с неизбежностью приближающейся смерти.

1957 год стал знаковым в карьере режиссера фильма, Ингмара Бергмана. Сперва вышла одна из самых известных его работ — философская притча «Седьмая печать», удостоенная множества хвалебных отзывов и наград. Позже Бергман выпустил на экраны «Земляничную поляну», сценарий которой писал два месяца во время восстановления после нервного срыва в больнице.

Ленту наградили «Золотым медведем» Берлинского кинофестиваля и признали одной из самых личных работ режиссера — «о могуществе памяти и силе фантазии, которые способны победить отчаяние и холод».

«Кузены», 1959

Наивный провинциал Шарль приезжает к своему кузену в Париж, чтобы изучать юриспруденцию. Поль, кажется, учебе предпочитает шумные вечеринки и разгульную жизнь — он душа компании, пользуется популярностью у девушек и использует любые средства для достижения цели. Шарль предстает его полной противоположностью.

Лента одного из представителей французской новой волны Клода Шаброля берет на вооружение хичкоковский мотив двойничества. Перед зрителем предстает срез жизни интеллектуальной молодежи конца 50-х годов, которую «поразила скверна».

На примере Шарля и Поля режиссер довольно цинично показывает, что в обществе выживают наиболее приспособленные.

«Тоска Вероники Фосс», 1982

Вероника Фосс — стареющая кинозвезда 1940-х годов с наркозависимостью, ставшая заложником недобросовестного психолога. Специалист усугубляет состояние своих пациентов с помощью ненужных рецептов.

В послевоенной трилогии Райнера Вернера Фассбиндера «Тоска Вероники Фосс» — заключительная часть после «Замужества Марии Браун» и «Лолы». На создание этой истории режиссера вдохновил сюжет о звезде кинематографа Третьего Рейха Сибилле Шмитц. После разгрома нацистов киностудия UFA была распущена и сотрудники, оставшиеся без средств к существованию, пристрастились к алкоголю и запрещенным веществам.

Здесь Фассбиндер реконструирует эстетику фильмов некогда популярной киностудии, обращается к повествовательной структуре жанра мелодрамы и цитирует нуарную ленту Билли Уайлдера «Бульвар Сансет» — она повествует «о трагедии забытых звезд Голливуда». Выполненный в черно-белой стилистике, фильм является метафорой послевоенной Германии, которая пытается оставить позади свое нелицеприятное прошлое, так и не попытавшись осмыслить его по-настоящему.

Спустя четыре месяца после выхода картины на большие экраны Райнера Вернера Фассбиндера нашли мертвым в своей квартире.

«Тонкая красная линия», 1998

Терренс Малик, известный как один из самых визуально ошеломляющих режиссеров всех времен, снял в 70-х годах две ярких ленты («Пустоши» и «Дни жатвы») и надолго исчез с экранов. Вернулся он спустя двадцать лет с лентой о Второй мировой. Действие начинается с того, что неизвестный нам герой прогуливается по меланезийской деревне, где все находятся в гармонии — до тех пор, пока ее не прерывает приближающийся военный корабль.

Этот фильм — не стандартная военная картина, а скорее, визуальное размышление на тему разрушительных отношений между человеком и природой. Режиссер запечатлевает прекрасные виды, фокусируется на экзотических обитателях Меланезии. Изначально место может показаться раем, но, чем дальше солдаты углубляются в джунгли, тем ужаснее оно становится.

Здесь зритель не встретит длительных батальных сцен — они лишь служат фоном для размышлений Малика об абсурдности войны и истинной природе зла.

«Грбавица», 2006

Грбавица — это район Сараево, который использовался сербской армией в качестве лагеря пыток во время кровавой осады города с 1992 по 1996 годы. Военные преступления тех лет настолько ужасны, что многие их свидетели и жертвы до сих пор не могут об этом говорить.

Эсма — мать-одиночка, пережившая войну. Днем она работает на обувной фабрике и берет на себя шитье за дополнительную плату. Когда дочери нужны деньги на школьную экскурсию, она просит мать раздобыть справку, что ее отец погиб как шахид (мученик на войне) — это позволило бы ей совершить поездку бесплатно. Однако Эсма взамен берет на себя третью работу официантки в гангстерском ночном клубе, чтобы самой зарабатывать деньги. Все, что героиня пережила во время войны, всплывает по ночам, — Эсма начинает посещать сеансы групповой терапии в местном Женском центре.

Лента Ясмилы Жбанич исследует шрамы, оставленные югославской войной, через повседневные переживания персонажей и тяжелые взаимоотношения между матерью и дочерью. Несмотря на удручающее название (оно переводится и как «женщина с горбом»), лента представляет собой удивительно светлое исследование того, как жизнь продолжается даже после, казалось бы, совершенно невыносимых страданий.

«Развод Надера и Симин», 2011

Главные герои — муж и жена Надер и Симин — живут в Тегеране со своей дочерью школьного возраста Терме и отцом Надера, страдающим болезнью Альцгеймера. Симин хочет переехать в другую страну, но супруг хочет остаться на месте. Когда судья отклоняет просьбу Симин о разводе, пара решает жить отдельно. Надер нанимает беременную женщину по имени Разие, чтобы она служила опекуном пожилого мужчины. Это худшее решение, которое он мог принять — недоразумения и откровенная ложь вскоре приводят к насилию и обвинению в убийстве.

Не делая явного заявления о политическом, социальном и религиозном климате Ирана, Фархади вкладывает в картину много безмолвного гнева и разочарования. Как и его соотечественник Джафар Панахи, режиссер хорошо осведомлен о бедственном положении женщин в стране. Ощутимая напряженность между супругами — это лишь часть уравнения.

Картина также рассматривает влияние религии на различные характеры, ограничения жесткой судебной системы и сексуальную динамику в обществе, которое, несмотря на все свои скромные достижения во имя равенства, все еще остается в основном патриархальным.

«Такси», 2015

В 2010 году Джафар Панахи был осужден за антиправительственную деятельность. Кинематографиста посадили под домашний арест и запретили снимать фильмы последующие 20 лет, что, конечно же, не помешало ему создать три отличных картины. Лента «Такси» в 2015 году взяла аж два приза Берлинского кинофестиваля, включая «Золотого медведя».

Действие происходит в желтом такси в Тегеране. В роли таксиста выступил сам режиссер. Цифровая камера, закрепленная на приборной панели, фиксирует пассажиров, которые общаются на различные темы — от дискуссии о необходимости смертной казни в Иране до процветающего черного рынка видео. Самым забавным оказывается момент с девятилетней племянницей Панахи. Она декламирует те самые официальные правительственные правила кинопроизводства, из-за которых режиссер попал под опалу: никакого «грязного» реализма, никаких разговоров о политике и экономике, отсутствие контактов между мужчиной и женщиной, у хороших парней должны быть имена исламских святых и прочее.

В этой серии полукомичных эпизодов возникает портрет современного Ирана, где самые разные люди одинаково обходят устаревшие законы, чтобы достигнуть своих целей и воплотить в жизнь мечты и желания.

«Море в огне», 2016

Джанфранко Рози создал душераздирающий портрет европейского миграционного кризиса глазами жителей небольшого острова Лампедуза. В течение 20 лет до выхода ленты там высадилось около 400 тысяч беженцев из Южной Африки, 15 тысяч из которых погибли.

Картина построена на контрасте между качественной жизнью европейцев и страданиями мигрантов, которые даже если и выживают, то лишаются индивидуальности. Жители Лампедузы не возражают против беженцев, но и не приветствуют и не беспокоятся об их судьбе. «Долг каждого человека — помочь этим людям», — говорит местный врач, предстающий связующим звеном между местными жителями и мигрантами. Джанфранко Рози с этим согласен.