30 лет одно и то же. Как создавался «День сурка» | Кино | Time Out

30 лет одно и то же. Как создавался «День сурка»

Дмитрий Евстратов  3 февраля 2023
11 мин
30 лет одно и то же. Как создавался «День сурка»
Кадр из фильма «День сурка»
4 февраля 1993 года состоялась мировая премьера фильма «День сурка». Комедия с Биллом Мюрреем о трансформации циничного метеоролога мгновенно стала эталоном фильма о временных петлях. «День сурка» повлиял на многие киноленты и породил толпу подражателей. Философы, психологи и даже экономисты приводили ленту в пример при объяснении некоторых явлений, а словосочетание «день сурка» прочно вошло в язык. В честь 30-летия легендарной комедии Time Out вспоминает историю ее создания.

Рождение сурка

«День сурка» уходит корнями в совсем далекие времена. Билл Мюррей и режиссер Гарольд Рамис познакомились еще в начале 1970-х. Они вместе создавали юмористические скетчи в театре Second City. За ними последовали радиопередачи и комедийные шоу. После череды успехов на телевидении закадычные друзья перебрались в кино. Получилось и там – «Гольф-клуб», «Добровольцы поневоле» и «Охотники за привидениями» освежили жанр комедии и понравились зрителям. Несмотря на это, идея «Дня сурка» возникла у другого человека, начинающего сценариста Дэнни Рубина.

Тогда Рубин только переехал из Чикаго в Лос-Анджелес и успел поработать лишь над одним полнометражным фильмом. Чтобы побыстрее освоиться в Голливуде, его агент посоветовал написать «сценарий-визитную карточку». В тот период Дэнни зачитывался книгами о вампирах, в том числе «Интервью с вампиром» Энн Райс. Он задавался вопросами: «Чем можно заняться, если в твоем распоряжении целая вечность? Сколько времени пройдет до того, пока вам окончательно это не надоест? Как вечная жизнь может повлиять на человека? Особенно на такого, который и в обычной жизни мало что способен изменить?».

В ответе на эти вопросы и скрывалась идея фикс, превратившаяся в «День сурка». Рубин признался:

«Моя первоначальная идея – о том, как человек потенциально может изменить течение своей вечной жизни. Но я не особо представлял, как оформить ее на бумаге. Персонажу пришлось бы взаимодействовать с историей, переживать, например, французскую революцию, две мировых войны, годы правления Никсона… А потом действие развивалось бы в будущем – в мире, который мне предстояло изобрести. Идея-то шикарная, но ее экранизация обошлась бы слишком дорого. Именно тогда я вспомнил старую задумку для истории, которую когда-то похоронил в ящике с карточками для записей. Человек просыпается каждое утро и проживает один и тот же день, снова и снова

Тут-то меня и осенило. Я соединил эти идеи и впоследствии трансформировал. Я нашел способ показать вечность в виде круга вместо прямой линии. Теперь я мог не отвлекаться на исторические псевдопроблемы, а сосредоточиться на эпической легенде об очень долгой жизни, собранной в один день. А день сурка просто попался под руку, когда я открыл календарь».

Новые штрихи Рубин обдумывал и добавлял неделями. Поначалу его волновала причина, по которой герой застревает во временной петле в клаустрофобном городишке Панксатони. Никакого рационального объяснения этому он найти не смог. Возвращаться к проклятиям, машине времени или природным аномалиям он не хотел – чтобы не терять естественность истории. По словам сценариста, эта нераскрытая загадка похожа на вопрос о жизни на Земле. Никто не знает, насколько и почему мы все застряли именно здесь и сейчас.

Первый черновик сценария Рубин написал всего за неделю и сразу отправил агенту. Тот назвал сценарий лучшим, что он «когда-либо читал», и разослал его продюсерам. Большинство ответов были одинаковыми: «Безумно понравилось, но снять не можем». Восхитился сценарием и продюсер Тревор Альберт. Он отправил текст своему другу, режиссеру Гарольду Рамису, и предложил ему заняться съемками. Рамис поначалу отнесся к идее скептически, но все же решил обсудить ее с Дэнни Рубином. Режиссеру казалось, что «День сурка» концептуален и не слишком ему подходит. Однако сценарист, режиссер и продюсер все же пришли к консенсусу.


Предпроизводственные войны

Сценарий пришлось дорабатывать общими усилиями. Рамис и Рубин спорили, кажется, по всем моментам. Они обсуждали судьбу главного героя, его время в заточении, завязку, развязку и общее настроение картины. Каждая деталь сценария дотошно изучалась и изменялась. Предполагалось, что Фил Коннорс с самого начала будет заложником временной петли. По мнению Рубина, это бы стало основой для забавных комедийных эпизодов. Ведь зритель узнает о том, что главный герой находится в дне сурка лишь в середине фильма. А финал сценаристу представлялся трагическим: Рита, возлюбленная Фила, просыпается на следующее утро с ним только потому, что сама попадает во временную петлю.

Рамис с таким вариантом не согласился. Он не планировал создавать авторское кино – «День сурка» должен был стать обычной комедией для массового зрителя. Из-за этого в итоговом варианте сценария Фил попадает во временную петлю не сразу: сначала зрителей знакомят с его циничной натурой.

Соответственно, из фильма исчезает большинство задуманных Рубином комедийных ситуаций. Остаются только сцены самоубийств Фила, совершенных в состоянии глубокой депрессии – они были вдохновлены британской черной комедией «Добрые сердца и короны» (1949). Концовка также подверглась изменениям: Рамис не стал помещать Риту во временную петлю. Вместо этого он освободил обоих героев и позволил им любить друг друга в обычной жизни.

Дэнни Рубину это поначалу не понравилось. Но позже он понял, что решения Рамиса помогли стать «Дню сурка» таким, каким мы его знаем сегодня:

«Я был в ужасе от того, что он вместе со студией собирается убить саму суть ленты. Взять все самое инновационное и интересное и превратить это в еще одну незапоминающуюся голливудскую комедию. Мне кажется, что некое напряжение между мной, упорно стоявшем на своем, и Гарольдом, пытавшимся поддержать интерес студии к фильму, породило его именно таким, какой он есть. Опыт и большое сердце Гарольда в сочетании с грамотным выбором Билла Мюррея также внесли свой вклад в успех и “живучесть” картины».

Интересно, что Мюррей был далеко не первым кандидатом на главную роль. Продюсеры хотели отдать ее Тому Хэнксу или Чеви Чейзу. Хэнкс отказался из-за занятости на съемках «Неспящих в Сиэтле» (1993). Впоследствии он называл Фила Коннорса «жалким придурком» и нисколько не жалел о своем отказе. Рубин считал, что роль следует отдать Кевину Клайну – именно этого актера он представлял во время работы над сценарием.

Впрочем, как и в спорах вокруг сюжета, победу одержал режиссер Гарольд Рамис. Он сразу понял, что его друг Билл Мюррей идеально впишется в образ милого, но омерзительного персонажа. Эта трагикомедийная особенность вскоре стала фишкой актера. К тому же Билл с его огромным юмористическим бэкграундом участвовал в работе над финальной версией сценария. Насчет главной женской роли споров практически не было – режиссер увидел Энди Макдауэлл в ленте «Предмет красоты» (1991) и ни разу не усомнился в выборе.



Морозные съемки и несносный Билл Мюррей

Съемки картины стартовали весной 1992-го. Основной локацией стал городок Вудсток в ста километрах от Чикаго. От съемок в самом Панксатони продюсеры отказались – шеститысячный город в 130 километрах от Питтсбурга показался им совсем маленьким и неподходящим для некоторых сцен. Вудсток предложил один из агентов. В нем было все: и квадратная центральная площадь, и отдельные архитектурные сооружения, впоследствии попавшие на экран.

Последним этапом подготовки к съемкам стало посещение Дня сурка в Панксатони в феврале 1992 года. Рамис и Мюррей побывали на Индюшачьей горке, где местные жители и отмечают праздник. В фильме такое название приобрела центральная площадь города.

Познакомившись с тонкостями и традициями праздника, съемочная команда отправилась в Вудсток. Жители городка не особо обрадовались гостям из Голливуда, вмешавшимся в их размеренную жизнь. Даже администрация не сразу согласилась на съемки. Разрешение было получено после того, как Columbia Pictures пообещала мэру отремонтировать дороги и тротуары.

На протяжении четырех месяцев, с марта по июнь, съемочная команда во главе с Гарольдом Рамисом справлялась с морозами и отсутствием снега: Энди Макдауэлл замерзала почти каждый день, актеры второго плана требовали повышения гонораров за работу в холода. Сам же снег в кадре был искусственным: он летел из специальных пушек, а в некоторых случаях заменялся пожарной пеной. Однако все это было сущими пустяками на фоне поведения Билла Мюррея.

В первой половине 1990-х актер переживал тяжелый бракоразводный процесс. Нередко его настроение менялось буквально по щелчку – это отразилось на отношениях с Гарольдом Рамисом и съемочной командой. Постоянные жалобы на зябкую погоду были только верхушкой айсберга. Билл вел себя непрофессионально и неосознанно превратился в своего героя. Он не отвечал на звонки, предъявлял режиссеру сценарные претензии, хотя текст давно утвердили, перезванивал по ночам и опаздывал едва ли не каждый день. Не задались отношения и с сурком – грызун несколько раз укусил Мюррея и буквально вывел его из себя. Позднее актер вспоминал: «Сурок начал точить на меня зуб с первого дня». Ходили слухи, что Билл настолько одичал, что практически не общался с коллегами в нерабочее время. Ему даже предложили нанять личного ассистента по коммуникациям. Мюррей послушал совет и нанял глухонемого помощника. Терпение Рамиса иссякло – после съемок «Дня сурка» некогда верные друзья разошлись окончательно. Они помирились лишь в 2014 году, незадолго до смерти режиссера.


Весь мир в одном дне

Несмотря на творческие и бытовые разногласия, картину удалось выпустить в феврале 1993 года. Мировая премьера состоялась 4 февраля, а в широкий прокат «День сурка» вышел 12 февраля. Он появился в «несезон»: это время считается невыгодным и для сборов, и для наград. Фильм не стал безусловным кассовым хитом. Он набирал популярность постепенно, год за годом обрастая трактовками и исследованиями. В итоге он обрел культовый статус и оказал влияние не только на кино, но и на реальную жизнь.

Городок Вудсток преобразился – Columbia Pictures отремонтировала дороги и дала новую жизнь заброшенным зданиям. Правда, одна дыра в дорожном покрытии все-таки осталась. Именно туда раз за разом ступал герой Билла Мюррея после случайной встречи с Недом Райерсоном – теперь там красуется памятная табличка. Вудсток стал магнитом для путешественников и многочисленных поклонников фильма.

Та же история приключилась и в Панксатони, еще более маленьком городке. Сегодня там проживает чуть больше шести тысяч человек, но 2 февраля Панксатони превращается в туристический центр США. Ежегодно на праздник съезжаются десятки тысяч человек, чтобы посмотреть на реально существующего сурка Фила.

«День сурка» потрясающе вписался в кинематографический, религиозный и философский контекст. Он удачно продолжил цепочку великих экзистенциальных фильмов, где героям необходимо измениться, чтобы вернуться в прежнюю реальность. Можно вспомнить различные экранизации «Рождественской песни» Диккенса, «Эту замечательную жизнь» и «Назад в будущее». Путь Фила Коннорса во временной петле оценили даже психотерапевты. Он побывал на всех стадиях модели Кюблер-Росс: отрицание, злость, торг, депрессия, принятие. Каждой из них посвящены отдельные сцены фильма.


Влияние на культуру и мир

Выстраивая историю Коннорса, Дэнни Рубин и Гарольд Рамис инстинктивно создали кино, отражающее непростые научные процессы. Теории, модели, религиозный символизм и иллюстрация философских течений – все это нашло отражение в «Дне сурка», намеренно или случайно. Об этом говорит и сам Рубин:

«За прошедшие 20 с гаком лет я получил мешки писем со всего земного шара – письма, статьи, проповеди и диссертации. От психологов, которые прописывают этот фильм своим пациентам. От философов и религиозных лидеров, равно как и от друзей и фанатов всех мастей.

Ни я, ни Гарольд никогда не задумывали этот фильм как нечто большее, чем просто хорошая, душевная и увлекательная история. Мы вели потрясающие беседы о буддизме и реинкарнации, о Супермене и этичности того, чтобы постоянно не спасать всех подряд. Мы обсудили множество философских идей, которые стимулировала эта история. Тем не менее мы и представить не могли, какой эффект возымеет этот фильм. Хотя я с самого начала чувствовал, что работаю над историей с задатками будущей классики. Настолько простой и правдивой, что множество рассказчиков смогли бы пересказать ее самыми разными способами».

В оформлении статьи были использованы кадры из фильма.