Галерея
Каждое утро я вычисляю, какую порцию чувства вины сегодня могу себе позволить…
Многие, проснувшись поутру, составляют себе список важных дел, которые нужно будет осуществить в течение дня. Я к их числу не принадлежу и в силу своего неизлечимого алкоголизма довольно часто, проснувшись поутру с больной головой, тяжелым похмельем, сломанным ногтем и разорванными колготками (которые все еще на мне), силясь вспомнить, что было вчера, тоже составляю список дел. Но это список дел уже состоявшихся, и по не- му я вычисляю, какую порцию чувства вины я сегодня могу себе позволить.

На этот раз список был следующий: помню, что в «Галерею» на вечеринку «Лучшие из лучших» я приехала одна и на машине. Я специально подстраховалась транспортным средством, чтобы не пить. Учитывая то, что наличие автомобиля меня еще никогда не останавливало, можно себе представить уровень моего самообмана.

Вообще на вечеринку я не собиралась. Но я никак не могла отказать своему старому другу Синише Лазаревичу, так драматично потерявшему весной в пожаре свою основную работу — легендарный клуб «Дягилевъ». Он просил прийти, видимо, в надежде как-то увлечь меня светской жизнью. Да и было чем увлекать: он нашел каких-то художников, которые сделали кукол — что-то вроде театральных копий наших знаменитостей, героев светских сплетен — Собчак, Рудковской, Топалова, Земфиры, Литвиновой и еще бог знает кого. При этом у всех кукол под одеждой пришиты




ЕЩЕ ИСТОРИИ ОТ СОНИ СОНИЧЕВОЙ:
Жестокий роман
Аккордеонист
Мурка
Инородный предмет

половые органы (у всех — мужские!). Синиша утверждал, что у его куклы — самый длинный. А что, он человек с настоящим размахом — на этой вечеринке одних женщин в купальниках и с барабанами было штук пятьдесят, не меньше. Помню, они маршировали. И еще довольно отчетливо помню, как я, промаршировав за ними до сцены, а потом уже по просьбе охраны — обратно, приставала к актеру Косте Крюкову. Довольно настойчиво, надо сказать.

Значит, маршировала — раз… Приглашала каких-то спортсменов к нам за столик — два. Спугнула — три. Поехали дальше. Несколько раз помню Умара Джабраилова. Но так как вместе с ним все время была довольно внушительная охрана, у меня хватило ума к нему не приставать. А ведь могла бы. Потом… О ужас! Я вытащила прямо из рук куклы ресторатора Аркадия Новикова всунутый туда половник. И до сих пор, кстати, сжимаю его в руках… Значит, вытащила — четыре… Потом — темнота.

Ах, нет. Кажется, я еще приставала к какому-то мужчине. Н-да… Неудобно — рядом стояла его девушка, а мне ослабшая фокусировка просто не позволяла ее разглядеть. Приставала — пять. Неудобно… А потом уже — темнота.

Нет, стоп. Было еще одно воспоминание — когда стал петь какой-то негр с дредами, я неожиданно для себя запела слова этой песни (убейте меня, чтоб я помнила, что это было). «Какого вы крутого певца привезли!» — сказала я Синише. «Это еще что! Вот как мы его на Новый год привезли — вот это да… Представляешь, кисуль, ему выступать через час, а все в такое говно — никто не помнит, в каком он отеле! Так и не вспомнили», — ответил Син. И снова темнота.

Неужели всего пять пунктов позора? Не так уж и много, можно пережить. Но я выглядываю в окно и к ужасу своему обнаруживаю собственную машину возле подъезда. Значит, ехала в беспамятстве за рулем. Шесть… Ну что ты будешь делать?


ЕЩЕ ИСТОРИИ ОТ СОНИ СОНИЧЕВОЙ:
Жестокий роман
Аккордеонист
Мурка
Инородный предмет