Молчание — золото. 7 фильмов, герои которых практически не разговаривают | Кино | Time Out
Кино

Молчание — золото. 7 фильмов, герои которых практически не разговаривают

Анна Самойлова 13 октября 2021
6 мин
Молчание — золото. 7 фильмов, герои которых практически не разговаривают
Кадр из фильма «Испытание»

Речь — важнейший элемент повествования, позволяющий раскрыть образы и идею фильма. Даже в немом кинематографе герои разговаривали друг с другом — звучание их голосов заменяли интертитры. Чтобы снять картину, не прибегая к диалогам и монологам, нужно обладать особым талантом. Time Out вспоминает 7 кинолент, в которых большую часть времени персонажи пребывают в безмолвии.


«Голый остров» (Hadaka no shima, 1960)

Классика японского кино рассказывает о супружеской паре и их сыновьях, которые живут на острове посреди Внутреннего Японского моря. Их быт суров и однообразен: ежедневно муж и жена на небольшой лодке плывут на другой остров, чтобы набрать пресной воды и полить скудный огород на сухой земле. Семья живет вопреки всем испытаниям и невзгодам, выпадающим на их долю, и лишь редкие моменты дают силы терпеть страдания.

В «Голом острове» Канэто Синдо повторяются одни и те же действия: люди молчаливо спускаются к лодке, плывут, возвращаются обратно с ведрами, наполненными водой и взбираются по крутому склону, едва удерживаясь на ногах — и так раз за разом.

В этом повторении обнаруживается аллюзия на круговорот бытия, а отсутствие разговоров позволяет прочувствовать тяжелый уклад жизни и тесную связь человека с миром природы.


«Голова-ластик» (Eraserhead, 1977)

Дебютная картина Дэвида Линча, главного сюрреалиста современного кино, рассказывает о Генри — жителе безумного индустриального города, который узнает, что теперь у него есть ребенок от бывшей девушки. Парень приходит в дом ее родителей и обнаруживает, что плодом их любви стало странное существо. Теперь горе-отец должен позаботиться о сыне, пока мать пытается отвлечься от происходящего.

Скупые диалоги между героями раскрывают состояние психологической разобщенности. Они говорят отрывисто, словно не слушая друг друга. Каждый персонаж варится в персональном аду, населенном страхами и воспоминаниями.

Тревожному скрежету металлических механизмов города, плачу безобразного ребенка и безмолвию, в которое погружен Генри, противостоит дисгармоничная песня белокурой живущей за батареей женщины. Она выглядит как жуткая карикатура на Мэрилин Монро, нарисованная психопатом. Тем не менее именно она наделена способностью петь об избавлении от земных страданий на Небесах.


«Бал» (Le bal, 1983)

Действие фильма разворачивается в одном танцевальном зале. Начинается картина в современности: женщины кокетливо поправляют платья и прически, мужчины в строгих костюмах оценивающе оглядывают своих будущих партнерш. Однако по воле хозяина заведения действие переносится в 1930-е.

В фильме Этторе Сколы танцевальный зал становится метафорой Франции XX века, прошедшей и через Вторую мировую, и через студенческие волнения конца 60-х. Режиссер показывает, как вместе с историей менялись нравы и облик людей. Иногда герои смотрятся в камеру оператора, как в зеркало, что позволяет вглядеться в каждого из них и проникнуться их судьбами. Отсутствие диалогов дает возможность воспринимать каждого танцора не как отдельную личность, а как человека своего времени, и увидеть в частной судьбе отражение истории.


«Пустой дом» (Binjip, 2004)

Мелкий мошенник Тхэ-сок пробирается в чужие дома в отсутствие хозяев, питается их едой, носит их одежду и через предметы быта познает уклад жизни людей. Однажды он останавливается в доме супружеской пары и становится случайным свидетелем того, как мужчина избивает свою жену Сон-хва. Выбравшись из укрытия, Тхэ-сок обезвреживает агрессора и уводит за собой женщину. Теперь они уже вместе бродят по чужим домам и наслаждаются внезапно вспыхнувшей любовью.

Отсутствие диалогов между новоиспеченной парой подчеркивает возникшую между ними особую близость. Чтобы понимать друг друга, им не нужно говорить — слова суетны и бессмысленны. Эти отношения держатся на нежных прикосновениях и общем быте в чужих домах, которые никогда не станут их семейным гнездом.


«Туринская лошадь» (A torinói ló, 2011)

Где-то на окраине мира отец и дочь живут в старом доме. Они практически не говорят друг с другом, а каждый новый день для них похож на предыдущий. Однажды старый знакомый сообщает, что мир начал погружаться во тьму и надежды на спасение не осталось. Несмотря на полученное известие, герои продолжают жить, как прежде, но с каждым днем приближение конца все очевиднее: лошадь перестает ходить, а холодный ветер становится сильнее.

Апокалиптическая притча венгра Белы Тарра рассказывает о последних шести днях Земли, когда все оказалось бессмысленным и обесценились даже разговоры между родными. Единственное, что не потеряло смысла — Библия, отданная девушке проезжающими мимо всадниками. Однако солнце гаснет прежде, чем героиня успевает прочесть Писание до конца.

По словам режиссера, в монотонном существовании маленькой семьи можно обнаружить аллегорию на повседневную жизнь человека, который за чередой бытовых проблем позабыл о собственной смертности.


«Испытание» (2014)

Середина 50-х годов XX века, Советский Союз. В казахской степи живут мудрый отец и его дочь-подросток. В небольшом доме они ведут аскетичную жизнь, сохраняя свои традиции. Их дни льются друг за другом, события сменяются, и, кажется, этой тихой, суровой гармонии не будет конца. Однако внешний мир не стоит на месте, история неумолимо движется вперед — в степи уже собираются военные, и вскоре жизнь маленького человека будет разрушена.

Александр Котт внимательно наблюдает за бытом семьи, их обрядами и национальными одеяниями. Главные герои лишены речи: через нее, как правило, персонажи обретают свою психологическую характеристику, а в «Испытании» же отец и дочь — собирательные образы советских людей, оказавшихся в центре исторических событий.

Кроме того, безмолвие позволяет сконцентрироваться на ярких метафорических образах, отражающих вечный конфликт старого и нового, Востока и Запада.


«История призрака» (A Ghost Story, 2017)

Молодой мужчина К и его жена М живут в уединенном доме. Они счастливы и строят грандиозные планы на будущее. Только вот незадолго до переезда К погибает в автомобильной аварии, но не исчезает — он становится призраком, привязанным к этому дому. Герой путешествует по своему прошлому и видит, как жизнь М движется дальше, а он уже ничего не может изменить.

Своеобразие фильма Дэвида Лоури заключается в необычном образе призрака. Он выглядит как персонаж из детской книги: безобидный дух, закутанный в белую простыню. Это придает ему трогательность и уязвимость.

Потусторонний мир, в отличие от человеческого, погружен в молчание. К, лишенный коммуникации, остается наедине с собой, другие духи не разговаривают с ним. Тишина вечности здесь противостоит повседневной суете с ее бессмысленными диалогами и случайными словами.