Великий и дерзкий. Почему ученики Караваджо не смогли повторить его успех | Арт | Time Out
Арт

Великий и дерзкий. Почему ученики Караваджо не смогли повторить его успех

Жанна Старицына 29 сентября 2022
8 мин
Великий и дерзкий. Почему ученики Караваджо не смогли повторить его успех
Фото: legion-media.ru

Новаторские приемы Караваджо реформировали живопись своего времени: дерзкая манера письма, смелые решения и взрывной характер поражали современников. Он никогда никому не хотел понравиться, а в итоге стал иконой для многих поколений художников. Time Out разобрался, почему никто из учеников Караваджо не смог повторить успех мастера.


Мастер драматичного освещения

В истории европейского искусства сложно найти художника, который бы в какой-то момент не очаровался творчеством Караваджо. В свое время он не побоялся бросить вызов существовавшим канонам в религиозной живописи, как бы заявив, что искусство — не мертвая материя. Оно может быть полем для экспериментов, новых приемов и решений.

Визитная карточка Караваджо — свет, который играет в каждой работе едва ли не главную роль. В его произведениях фигуры изображены на глухом черном фоне, мягко выступая из него, как из декораций. В среде искусствоведов этот прием стали называть тенебризмом — манерой, при которой густой поток света моделирует объемы, как бы «выхватывая» их из темноты. Столь резкое противопоставление света и тени придает изображению драматичность и монументальность даже там, где сюжет этого не предполагает, например, в ранней работе «Мальчик, чистящий фрукт». Это жанровая сцена — перед нами не святой, а обычный юноша, которого современники художника могли каждый день видеть на улицах.

Но с помощью освещения Караваджо подает его фигуру с монументальной величественностью. Для Италии того времени сюжет и способ подачи кажутся одинаково странными. Популярностью пользуется маньеризм — стиль, который завершил огромную эпоху Ренессанса. Художники брали наработки этого периода и «играли» с ними — ставили фигуры в вычурные позы в религиозных изображениях, специально искажали пропорции. Другая часть мастеров продолжала писать в «правильном», но уже устаревшем Ренессансном стиле. Караваджо не был похож ни на первых, ни на вторых.

«Мальчик, чистящий фрукт». 1592

Любитель реалистичных сцен

«Юдифь и Олоферн». 1599

Этот же прием драматично-театрального освещения вкупе с теплым золотым колоритом и интересом к повседневным сценам Караваджо использовал в религиозных картинах, например, в полотне «Юдифь и Олоферн». Сюжет с казнью мужчины изображали и раньше, но не стремились к излишней кровожадности, показывая финал истории, в котором Юдифь держит отрубленную голову Олоферна на блюде. Караваджо отошел от канонов в пользу натуралистичности. Персонажей картины зритель застает в разгар убийства, когда мужчина еще жив, он кричит, его глаза вылезли из орбит. Некоторые исследователи считают, что Караваджо мог наблюдать подобную сцену в жизни — иногда выходцев из аристократической среды казнили подобным образом. Художник перенес черты реальности в классический религиозный сюжет, осовременив его, что очень не понравилось церкви. Нестандартный подход автора виден и в элементах, в частности, Юдифь также одета в современный наряд, который могли носить женщины во времена художника.


Знаток оригинальных композиционных решений

Караваджо отличало также мастерство композиционных построений: за счет жеста персонажа, луча света, поворота головы или других приемов художник мог управлять взглядом зрителя. Особенно ярко это заметно в работе «Призвание апостола Матфея» для церкви Сан-Луиджи-деи-Франчези в Риме. В правой части работы Иисус вместе с Петром, увидев сборщика податей Левия, жестом призывает его стать апостолом Матфеем. Вся сцена снова перенесена в реальность, словно обычные люди в современной одежде подсчитывают дневную выручку. Столь вольные трактовки в исполнении художника очень не нравились церкви, поэтому его работы редко принимали с первого раза, однако в этом случае заказ одобрили сразу же.

«Призвание апостола Матфея». 1599

Вполне возможно, что этому способствовало мастерское композиционное решение — властный указующий жест Иисуса продублирован здесь и рукой Петра, и пальцем самого Матфея, и резким потоком света. В результате взгляд зрителя в первую очередь обращает внимание на главную фигуру — Иисуса, а затем, в соответствии с потоком света, переводит взгляд на призванного апостола. Сюжет в трактовке Караваджо получился эмоциональным и простым, он сразу «считывался» публикой, в отличии от более запутанных по смыслу работ маньеризма.

«Обращение Савла». 1601

Еще один важный момент в творчестве Караваджо: он часто выбирает для изображения сиюминутное действо — момент отрезания головы Олоферна, взмах руки Иисуса или падение с лошади в картине «Обращение Савла». Внезапное озарение будущего апостола Павла, когда ему явился Иисус в виде яркого света, изображали и предшественники художника, но в их трактовке сюжет выглядел скорее библейским сказанием, легендой. Караваджо обращается с классической историей просто и по-свойски: сцена падения с лошади показана как будто в хлеву, а сам Павел похож скорее на простолюдина, чем на будущего ученика Христа. Помимо излюбленного драматичного освещения, Караваджо вновь выбирает оригинальную композицию — сильно вытянутый вертикальный формат, большую часть которого занимает круп лошади.

Караваджо умер очень рано — в 38 лет. Агрессивный, взрывной, азартный, спокойному творчеству он предпочел жизнь в духе Индианы Джонса. Регулярные конфликты с церковью, отношения с куртизанками, драки, во время одной из которых его обвинили в убийстве человека и посадили в тюрьму, бегства от недоброжелателей… Он как комета, ярко сверкнув, исчез, но оставил после себя множество последователей и подражателей — караваджистов.


Караваджисты

Почти никто из караваджистов не добился мирового успеха. Большинство авторов использовало излюбленные приемы мастера — драматичное освещение, теплый золотой колорит, стремление к реализму — но в итоге получались лишь копии работ, которые не привносили в искусство ничего нового. Говоря о караваджистах важно отметить, что их название условно, поскольку у художника не было официальной мастерской или учебного манифеста. Тем не менее, многие пытались перенять его наработки путем копирования работ.

Так, Орацио Джентилески использовал в работе «Святая Цецилия с ангелом» все слагающие успехи Караваджо. Контрастные свет и тень, простонародные образы главных героев, жанровость сцены — ангел учит девушку играть на музыкальном инструменте. Но в результате персонажи получились слишком упрощенными, а общий замысел — вторичен.

Орацио Джентилески. «Святая Цецилия с ангелом»
Карло Сарачени. «Юдифь с головой Олоферна»

Еще один итальянский последователь мастера Карло Сарачени в своей интерпретации «Юдифи и Олоферна» не только выбрал традиционную трактовку сюжета, показав финал убийства и голову мужчины на блюде, но и сильно затемнил композицию. Вместо эффектного освещения у Сарачени получились потемки, зрителю приходится вглядываться в изображение, прилагать усилия, чтобы понять, что происходит на полотне.

В Неаполе Баттистелло Караччоло изобразил двоих юношей с виноградом: Караваджо помимо религиозных изображений часто писал жанровые сцены с музыкантами, юношами с корзинами фруктов, гадалками, игроками в карты. Караччоло перенял тенеброзо мастера, а также еще один частый прием Караваджо, когда один из персонажей смотрит прямо в глаза зрителю, тем самым сокращая дистанцию между реальным миром и нарисованным. Но в манере Караччоло преобладают черты маньеризма, что особенно видно в лице второго юноши — его затемненная фигура и странная полуулыбка в большей мере вызывают тревожность и дисгармонию.

Баттистелло Караччоло. «Двое юношей с виноградом»

Манера письма Караваджо и подход к работе оказались столь необычными, что его популярность распространилась за пределы Италии — очарованные его творчеством художники появились и в Нидерландах, и во Франции, и в Испании. По мнению некоторых искусствоведов, подобным влиянием среди художников пользовался разве что тезка Караваджо Микеланджело Буонарроти.

Хендрик Тербрюгген. «Концерт»

В Нидерландах даже сформировалась группа так называемых «Утрехтских караваджистов» — группы студентов, которые во время учебной поездки в Рим видели работы мастера, а по возвращении на родину решили развивать его творческие находки. Одному из художников — Хендрику Тербрюггену — даже удалось воочию увидеть Караваджо. Тербрюгген остался верен наработкам мастера, не привнеся в них ничего нового — тот же свет, одежда, взгляд персонажа в сторону зрителя, даже излюбленный элемент Караваджо — виноград — часто присутствовал в его картинах. Тем не менее, искусство Тербрюггена и других караваджистов имело значение, поскольку распространяло новую живопись за пределы Италии.

Одним из наиболее известных последователей Караваджо стал испанец Франсиско де Сурбаран. В отличие от других караваджистов он не стремился копировать сюжеты мастера, поэтому на родине его ждал успех. Мастерски усвоив манеру тенеброзо, он создавал оригинальные сюжеты, среди которых не только религиозные темы, но и цикл о подвигах Геракла.

Одна из наиболее известных работ Сурбарана — «Христос на кресте». Свет здесь играет роль скульптора, он «лепит» изможденную фигуру Иисуса. Добавляет монументальности лаконизм: изображение не перегружено деталями, но при этом достаточно проработано, чтобы оказать поразительное эмоциональное воздействие на зрителя.

Важно отметить, что творчество Караваджо высоко ценили другие знаменитые художники, которые, изучив его живописные находки и решения, использовали их для развития своего искусства. На ранних этапах им увлекались Рубенс, Веласкес и Рембрандт, однако в дальнейшем они продолжили поиски собственного выразительного стиля.

Франсиско де Сурбаран. «Христос на кресте»