На уровне нуля
«Империя развалилась, и на ее руинах были устроены рейв-танцульки»
Недавно мне предложили написать книжку о группе «Ноль». С одной стороны, денег, как обычно, не было, и почему бы (подумал я) не согласиться? Но с другой, к русскому року я всегда относился, мягко говоря, с брезгливостью. Поэтому, прежде чем принять решение, я качнул себе на плеер все альбомы «Ноля», которые смог найти, и весь последний уик-энд провел за прослушиванием. Тем же, что удалось расслышать, теперь я хотел бы поделиться с вами.

Лидер группы Федор Чистяков – почти что мой ровесник. И качать головой в такт его ранним песням для меня было почти как оказаться на встрече одноклассников: чистой воды ностальгия. В 1980-х жизнь в моей стране была серой и небогатой, но главным было даже не это, а то, что в позднем СССР было как-то слишком уж много государства. Не подумайте, будто меня или Федора Чистякова как-то очень уж интересовали права человека или диссидентское движение (в те годы я и слова «диссидент»-то не знал). Просто, куда бы ты ни шел, чем бы ни решал заняться, власть была тут как тут. Она во все подряд совала свой неприятный нос и портила жизнь кучей запретов. Как правило, совершенно нелогичных и непонятных. Производящих впечатление чего-то кафкианского.

Я уверен, что именно поэтому СССР и пал. Когда количество запретов и предписаний превысило какую-то критическую норму, население просто плюнуло и дальше стало жить так, будто никаких законов на свете нет вовсе. Империя развалилась, и на ее руинах были устроены рейв-танцульки. Главным ощущением от 1990-х как раз и было вот это: отныне можно вообще все! Хочешь – станешь миллиардером, хочешь – умрешь от передоза. Лидер «Ноля» большую часть этого десятилетия провел в тюрьме и сумасшедшем доме, а я и мои приятели вели себя так, что большая часть приятелей уже мертва, а мне лично вспоминать то время бывает ужасно стыдно.
Долго так продолжаться, ясный пень, не могло. Рано или поздно у руля должен был встать кто-то вроде Путина. С начала нулевых правила и ограничения стали возвращаться, но это было и неплохо, потому что вместе с ними вернулись финансовая стабильность, безопасность на улицах и все такое. Чистяков больше не пел «Блуждающего биоробота», а я бросил пить алкоголь. На мгновение всем показалось, что правильный баланс между свободой и правилами наконец найден. Но слушая на прошлых выходных, как лидер группы «Ноль» поет о тупой и абсурдной власти, я ежился от неприятных ощущений.

Как же так вышло? – мучался я. Почему никто не заметил, что мир откатился вдруг на четверть века назад? Причем не просто откатился – все стало даже хуже. В 300-миллионном СССР было полтора миллиона чиновников. А в 140-миллионной России их уже больше пяти миллионов. И каждый готов разродиться веселеньким законопроектиком. Правила, по которым предлагают жить сегодня, снова кажутся непонятными и абсурдными. А наказания за их нарушение и вовсе не лезут ни в какие ворота. Численность милиции у нас в четыре раза превышает численность армии: не знаю, как насчет внешнего врага, но внутреннему все эти люди готовы дать достойный отпор. Насчет жесткой цензуры и завиралистой пропаганды, которые не снились никакому брежневскому КГБ, напоминать, наверное, не стоит, да?

В общем, к чему тут долгие разговоры? Выключив плеер, я подумал, что если бы свою песню «Блуждающий биоробот» Федор Чистяков спел сегодня, то точно сел бы за это в тюрьму.

Илья Стогов