Москва
Москва
Петербург

ХХ век в Русском музее

Русский музей привез в Царицыно сливки своего собрания. На выставке - лучшие произведения Малевича, Кандинского, Татлина, Розановой, Филонова, Поповой.

Решение устроить супервыставку отечественного искусства ХХ века в далеком Царицыно может удивить — редкий зритель добирается до экспозиции Третьяковской галереи, посвященной тому же периоду.

Она, конечно, от главного здания с любезными народу Аленушкой, богатырями, полями ржи и вечным покоем тоже решительно отделена — но все же от Лаврушинского переулка до Крымского Вала поближе будет. Да и сам восстановленный из руин, практически новодельный дворец в Царицыно — сильное зрелище, не всякий эстет выдержит. А до авангарда и прочих радостей ХХ века в нашем потерпевшем несколько смен художественного курса отечестве пока дошли в основном интеллектуалы.

Неизвестно по какой причине, но для выставки в Москве Русский музей бесстрашно оголил свои стены — их покинули шедевры Врубеля, великолепная обнаженная Ида Рубинштейн кисти Валентина Серова, роскошный автопортрет и портрет П. П. Кончаловского Ильи Машкова, отчаянно-примитивистская «Венера» Михаила Ларионова, суровые «Евангелисты» Натальи Гончаровой, «Прогулка» Марка Шагала. Не поскупились на дефицитный, исправно приносящий музею валюту авангард — на выставке будут лучшие произведения Малевича, Кандинского, Татлина, Розановой, Филонова, Поповой. Не увлекаясь подробно хронологией, кураторы Русского музея соединили авангард начала века с оттепельным суровым стилем, либеральными новациями времен застоя, подрывавшими соцреализм изнутри, и работами нонконформистов: Кабакова, Булатова, Чуйкова. В отдельную историю выделили развесистый соцреализм с его многометровыми шедеврами: «Колхозным праздником» Аркадия Пластова, решительной «Обороной Севастополя» Дейнеки, огромным пятиметровым полотном Василия Яковлева «Старатели пишут письмо товарищу Сталину», не ко времени эротичными, готовыми к труду и обороне девушками Самохвалова.

Сравнение с экспозицией главной московской сокровищницы на Крымском Валу хромает: питерцы были активнее и бойчее. Обошли москвичей и в приобретении практически запрещенного некогда авангарда (бывший директор музея, легендарный Василий Пушкарев, спасал шедевры, почти тайно хранил, не допускал диких обменов картин на письма классиков марксизма, от которых пострадали запасники Третьяковки), и художников-эмигрантов, и даже — как ни странно — вполне себе разрешенного позднего соцреализма. И под самый конец столетия питерские кураторы снова обогнали москвичей, приняв щедрый дар кельнского музея Людвига — роскошное собрание современных западных художников и отечественных звезд-нонконформистов. Работы Пикассо, Джаспера Джонса, Раушенберга, Люперса, Томбли, Уорхола, Йозеф Бойса дают неожиданные ориентиры (тем, кто на минутку забыл, куда в то же время шло мировое искусство), но, в основном, добавляют сумятицы в из без того до предела сумбурный российский художественный век.

Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация