Интервью с Артемом Герасименко, создателем фонда «Здоровые города»
Город

Артем Герасименко, создатель фонда «Здоровые города»: «Urban Health провозглашает физическое и ментальное здоровье как основную ценность и цель»

Екатерина Соловей 12 ноября 2021
6 мин
Артем Герасименко, создатель фонда «Здоровые города»: «Urban Health провозглашает физическое и ментальное здоровье как основную ценность и цель»
Артем Герасименко с книгой Мими Шеллер «Справедливая мобильность: политика перемещения в эпоху крайностей», которую рецензировал
Новый участник нашего спецпроекта об Urban Health разрабатывал проекты велотранспортной инфраструктуры для Москвы, возглавлял образовательную программу «Архитекторы.рф» Института «Стрелка». Является соавтором учебных курсов по городскому проектированию Института общественных наук РАНХиГС и тьютором зимней школы дебатов фонда Егора Гайдара GaidPark. В настоящее время возглавляет фонд «Здоровые города» и с удовольствием говорит о том, какими средствами создается здоровая городская среда, почему после карантина города принялись прокладывать километры велодорожек, и что еще можно сделать, чтобы повысить иммунитет и стрессоустойчивость жителей мегаполисов.

Urban Health – очень модный современный подход к проектированию здорового городского пространства. Каким образом разные группы горожан задействованы в его сценариях?

‒ На самом деле, это только кажется, что подход новый. Он просто популярный и осмысленный. Представьте себе, например, что кто-то сделал новый торт, скажем «Маэстро», – очень вкусный и почти невредный. Торт сделан из знакомых всем десятилетиями ингредиентов, кто-то даже делал такой дома, но называл его … «Чайный». Или, например, сеть ЗОЖ-супермаркетов – там не продают ничего нового, просто исключили из ассортимента многое старое, не попадающее в целевую аудиторию. Так и Urban Health – объединяет множество требований и стандартов, известных и разработанных за последние лет 100, но провозглашает физическое и ментальное здоровье как основную свою ценность и цель. Это не значит, что раньше проектировали нездоровое, а теперь – наоборот. Это значит, что при принятии решений, что именно проектировать, выберут то, что здоровее и не вступает в конфликт с другими ценностями и целями.

Сценариев жизни, укладывающихся в концепцию Urban Health, может быть невероятное множество, здесь многое зависит от потребностей и амбиций человека. Есть некоторые универсальные вещи – не подвергать физическое и ментальное здоровье прямым угрозам, возможность перемещаться по городу в одиночку вне зависимости от личных особенностей, иметь альтернативный выбор вредному питанию, иметь возможность для выбора между типами транспорта, иметь широкий спектр возможностей для реализации своего потенциала. В зависимости от размеров городов и среднего уровня жизни в них сюжеты сценариев могут варьироваться.

Urban Health по-парижски: красочная баскетбольная площадка среди исторической застройки

Давайте конкретно: маломобильные группы и пожилые люди что мы им можем предложить из здоровой доступной среды кроме лавочки у дома?

‒ Вопрос адаптации городской среды для людей старшего возраста развивается параллельно с ростом числа этих людей. Дело в том, что, как и с размерами и сложностью устройства городов, за последний 100 лет здесь произошел гигантский скачок. В Советском союзе в начале 1920-х годов средняя продолжительность жизни составляла 42 года, в 2019 году в России – 73 года, а в западноевропейских странах за это время она выросла с 50 до более чем 80 лет. И есть все основания полагать, что и дальше средний показатель будет расти, а вместе с ним и экономическая активность пожилых людей. А она как раз и заключается в потреблении сервисов, товаров и услуг, ориентированных именно на них. Мировой опыт показывает, что с созданием таких сервисов отлично справляются коммерческие компании и сектор НКО.

Если говорить о задачах города – то здесь сильно возрастает роль снижения числа загрязнений, опасных дорожных ситуаций и рисков стать жертвой преступников. Пожилые люди больше подвержены рискам респираторных заболеваний, они часто не успевают перейти дорогу за ограниченное светофором время, а их уязвимостью легко могут воспользоваться. И выводы здесь простые – автомобилей меньше, зеленых пространств больше, уровень социального комфорта (ситуация, когда все друг друга знают, подмечают и таким образом оберегают) выше. А для людей с прогрессирующей деменцией в некоторых странах разработаны даже рекомендации по планировке городских улиц и дизайна зданий и навигации – она должна быть узнаваемой и направляющей.

Как могут выглядеть детские зоны в градостроительных проектах Urban Health? У современных российских детей много проблем, одна из них – лень родителей, которые не дают им примера физической активности, постоянно передвигаясь на авто и т.п.

‒ Личный пример и культура в семье остаются основными при формировании взгляда ребенка на жизнь и мобильность. Другой вопрос, что на взрослом человеке с ребенком, делающим выбор между автомобилем и велосипедом, лежит ответственность и за себя, и за ребенка. И здесь, на мой взгляд, кроется большая перспектива для изменения и собственных привычек. На велосипеде по городу хотели бы ездить многие – другой вопрос, что мотивации «ради себя» чаще всего не хватает. Активное будущее ребенка – это хорошая мотивация начать и самому быть активней.

Но у детей сейчас есть мощная альтернатива ходьбе – это электросамокаты и прочие гироскутеры. Основное поле битвы находится здесь. Проблема этих устройств, во-первых, в том, что города к ним не приспособлены: пешеходы и водители не ожидают движения на такой скорости, реакция может не успеть за появлением ребенка, последствия обычно трагические. Другой аспект – иллюзия активности. Когда ранним утром едешь на устройстве, которое не требует от тебя усилий, в лицо свежий ветер, пульс немного повышается от скорости – создается ощущение действия. Которого на самом деле нет. Это ломает восприятие собственной активности и триггеры, которые заставляют человека встать с дивана и пойти заняться спортом. Для детей особенно опасно, на мой взгляд.

Как вы воспринимаете бесконечные высотки в новостройках, где и неба-то толком не видно, не говоря уже о линии горизонта? Какие сценарии трансформации среды предлагает Urban Health для кварталов-муравейников?

‒ В районах с плотной безликой высотной застройкой множество проблем, и линия горизонта, предположу, является важной, но не основной. Удаленные от центра города такие районы обычно имеют невысокую транспортную доступность, то есть автомобиль в них становится основным средством передвижения. Поэтому дворы заставлены автомобилями, между ними пытаются проехать такси и автомобили доставки товаров и еды, через них транзитом объезжают пробки другие автомобили, стремящиеся в город. Как итог – концентрация опасных мест для пешеходов из-за плохой видимости и высоких скоростей, высокая загазованность воздуха, дефицит общественных пространств. У проблемы есть решение – переход на модель малоэтажного строительства с более высокой плотностью. Условно – эти же высотки нужно класть плашмя близко друг к другу и «резать» на кусочки, а парковочные места выносить за пределы дворов, жестко контролировать или даже делать платными. Конечно же, с параллельным развитием транспортной инфраструктуры. К сожалению, пока такая модель не очень хорошо работает – застройщику для создания жилья для того же числа людей требуется больше земли, дорог и коммуникаций, цена растет, число покупателей падает.

Какой город вы могли бы назвать идеальным для жителей?

‒ Считаю, что ответил в первом вопросе.