Метафорическая сказка Уиллиама Ламберти: интервью о творчестве, психологии и поиске себя
Что становится отправной точкой нового ресторанного проекта — пространство, неожиданная идея или ваше собственное внутреннее состояние?
Мое внутреннее состояние в конкретный момент, можно сказать, внутреннее путешествие. Часто стоит мне увидеть пространство, я понимаю, каким будет новое заведение. А иногда начинаешь с одной идеи и приходишь к другой — это обычный рабочий процесс. Например, на месте Historia я хотел создать восточный ресторан, но потом понял: нет, нужно что-то другое. Задача нашей команды — удивлять, создавать точки возникновения положительных эмоций.
Historia напоминает путешествие между эпохами и культурами: здесь есть и первобытные пещеры, и древние идолы, и почти мистическая атмосфера. Как родилась идея создать ресторан с таким необычным характером?
Это действительно необычный для Москвы ресторан — фантазия, собранная из впечатлений прошлого и настоящего. Здесь даже музыка с определенным эзотерическим вайбом. А началась все три года назад: мы возводили стены, напоминающие первобытные пещеры, устанавливали каменных идолов, украшали пространство полевыми цветами и сухоцветом. Гости могут выбрать зал под настроение: храм, грот, балкон, пещеру или каминный зал.
Вначале не все посетители понимали и принимали наш концепт. Зато все, кто сразу прочувствовал и оценил атмосферу, стали постоянными гостями.
Ваша книга «Оранжада. Место под солнцем» — не сборник рецептов и не история ресторанного успеха, а метафорическая сказка о поиске собственного пути. Почему для разговора о столь личных вещах вы выбрали именно язык сказки?
Мое хобби — психология, самопознание. «Оранжада» — метафорическая сказка о человеке, который ищет себя и хочет достичь своей цели. Можно сказать, это история моей жизни, моя биография. Почему я написал книгу именно метафорическим языком? Потому что человеку легко принимать то, что нравится. Он не захочет слушать то, что ему не по душе — это факт, с которым трудно поспорить. Метафорой я раскрываю мысль, что в жизни не все легко, но несмотря на препятствия, достичь цели можно, если верить в то, что делаешь. И — да, много работаешь.
В литературе метафора помогает увидеть привычные вещи по-новому. А какое место она занимает в вашей повседневной жизни?
Метафора сама по себе сказка. А через сказку легко учить детей, ведь их видение мира чистое и ясное. Благодаря метафоре даже плохое можно рассказать по-доброму и вывести мораль нескучно. Это хороший инструмент для работы с людьми. Например, повар приготовил невкусный кавказский соус. Я спрашиваю: «Приготовь ты такой соус дома, что бы сказала твоя бабушка?». «Она была бы недовольна», — отвечает он. «Ну, — говорю. — Тогда ты должен сделать соус так, чтоб бабушка осталась довольна».
Помогают ли вам метафоры и образное мышление находить общий язык с командой и вдохновлять людей на новые идеи?
Да, безусловно. Конечно, я не сразу стал применять такие приемы — поначалу я был очень прямолинейным. А потом понял: люди просто не понимают, что я хочу до них донести. И я поменял тактику. Стал общаться спокойно, не повышая голоса, зато используя метафоры, примеры.
Самое главное — выстроить коммуникацию так, чтобы люди меня слышали и понимали, чего я от них хочу. Вот вам еще пример: высадившемуся на берег нового континента Колумбу пришлось объяснять индейцам, что такое корабль. А как объяснить то, что человек не знает в принципе? Только создавая образы, представление о предмете.
В ритме большого города особенно важно находить источники вдохновения и внутреннего равновесия. Есть ли у вас в Москве собственное место силы — пространство, куда хочется возвращаться за энергией?
О, это хороший вопрос. Место силы находится внутри каждого из нас. И измеряется эта сила тем, насколько человек в себе уверен. Не важно, в какой ты точке планеты: в Москве или, например, в Париже. Другой вопрос — где ты можешь подзарядиться энергией. Я выбираю природу, путешествия в новые, необычные для меня места.
Россия — страна удивительных культурных контрастов, где у каждого региона свои традиции, история и гастрономия. Какие места произвели на вас самое сильное впечатление и заставили по-новому взглянуть на страну?
Каждый регион, от Калининграда до Владивостока, интересен по-своему — в стране ведь столько национальностей! И у каждой народности свои традиции, обычаи, кухня. Пожалуй, больше всего меня впечатлила Калмыкия — единственный регион в Европе, традиционно исповедующий буддизм. И очень необычно было увидеть в России буддийские храмы, розовые озера, поющие барханы. После путешествия в Калмыкию я сразу запланировал поездку Монголию, где тоже распространен буддизм.
В вашей работе гастрономия тесно переплетается с искусством. А что вдохновляет вас за пределами ресторанного мира — театр, опера, кино? Какие культурные впечатления особенно цените?
Как истинный итальянец я люблю оперу, классическую музыку. Хотя нравятся и современные постановки, необычные сюжеты. В свободное время с удовольствием посещаю театры. А еще смотрю документальное кино, исторические фильмы, комедии — все, что приносит положительные эмоции.
Вы много лет живёте и работаете между двумя культурами — итальянской и российской. Что вы прежде всего хотите показать своим итальянским друзьям, когда они впервые приезжают в Россию, и какие их представления о стране меняются после знакомства с ней?
У многих моих друзей в голове установка, будто здесь опасно, медведи по улицам гуляют и вообще страна дикая. Но приехав, они в корне меняют мнение. Россия — одна из самых технологически развитых стран в мире. Люди открытые, доброжелательные. И когда приходишь в гости, русские всегда встречают радушно. Так что когда я потом приезжаю в Италию, друзья говорят: «А давай устроим вечеринку по-русски?».
Ваш профессиональный мир наполнен людьми, событиями и постоянным движением. Как выглядит ваш идеальный отдых, когда хочется отвлечься от дел и посвятить время исключительно себе?
С семьей я предпочитаю спокойный отдых у моря. Если путешествую один, выбираю более экстремальные варианты. Когда я ездил с друзьями в Монголию, нас на вертолете доставили в самую удаленную часть степи — там мы жили в юртах, вместе с кочевниками. Это было невероятно сложно, намного сложнее, чем я мог себе представить. Представьте: перепады температуры от минус 10 ночью до плюс 30 днем, по ночам вокруг юрт бродят степные волки, медведи, и ты понимаешь, что в любой момент на тебя могут напасть. Такие путешествия, конечно, проверяют человека на прочность и силу духа. И в этом есть свои плюсы: преодолеваемые сложности становятся точкой роста для личности.