Петербург
Москва
Петербург
«У нас одна галерея на 10 миллионов человек!»

«У нас одна галерея на 10 миллионов человек!»

Айдан Салахова, галерея «Айдан»
Летом прекращают свою работу три главные галереи Москвы, да и России, пожалуй: галерея Айдан Салаховой, галерея Марата Гельмана и «XL галерея». Современное искусство, похоже, больше не формируется на территории этой страны. Что, на него нет рыночного спроса? Может быть, у нас плохие художники? Или не созданы условия для этого самого арт-рынка? И вообще, как у нас рынок (вещь сугубо экономическая) работает на территории искусства? Об этом Time Out говорил с Айдан Салаховой.

Когда появились первые слухи о том, что три лучшие галереи прекращают работу, все пребывали в депрессии. Я разговаривал с журналистами, художниками, чиновниками от культуры. Это вроде бы не так важно. Если бы мы узнали, что система здравоохранения или образования полетела к чертям, мы бы отреагировали иначе. Те, кто ходит в галереи современного искусства и покупает это самое искусство, – это даже не 0,1, а 0,0…1% населения. Но давайте вспомним. Если бы не наши коллекционеры и меценаты XIX века, смогли бы мы любоваться сейчас работами французских импрессионистов, уровень коллекции которых не уступает той, что хранится в музее д’Орсе? Позиция меценатов неустойчива, поэтому лучшие со временем переквалифицировались в галеристов. Нужны профессионалы, которые оценивают, работают на арт-бирже, продают, готовят каталоги, выращивают художников, организуют выставки. Они формируют наследство для наших детей. Галереи работают над процессом, лучшее из которого откладывается в музеях. То, что три ведущие галереи прекращают свою деятельность, – это зад ница и настоящий скандал. Правда, все участники этого скандала начинают искать вежливые формы: типа, ничего страшного, это не закрытие, а переформатирование, поиски новых путей.

«Я посчитала, сколько людей у меня покупали картины, – 126, не считая иностранцев. Часть из них посадили, часть не может вернуться в бизнес, часть в Лондоне», – Салахова эмоциональна. Подумать только, 20 лет человек занимался продажей искусства. И вдруг стоп. Но, может быть, все не так уж плохо? Должны же прийти новые покупатели.

«Ты с ума сошел! Сейчас деньги в основном находятся у чиновников. Они даже не знают Шишкина с медведями!»

Айдан – светская львица. Ее можно увидеть и на яхте с Леонардо ДиКаприо, и на приеме у короля Иордании. Все олигархи, интересующиеся искусством, – ее знакомые. Кому как не ей, которая была членом Общественной палаты, менять ситуацию в арт-бизнесе на политическом и образовательном уровне?!

«Тем, кто занимается бизнесом, стыдно ходить с протянутой рукой. Шесть лет тому назад в ОАЭ не было ни одной галереи, ни одного музея искусства. Теперь все узнали, что такое Дубай. На их примере мы наблюдаем одну из самых интересных реформ современного искусства. Государство, понимая, что торговля ресурсами конечна, ищет новые пути привлечения интереса к себе, к своей стране. В Эмиратах за несколько лет возник рынок современного искусства, открылся десяток галерей, художникам стали предоставлять мастерские и льготные условия для работы. И результат уже очевиден.

В Советском Союзе государственное проектирование культурного пространства было тяжеловесным и бездарным, но оно, пусть примитивно, решало проблемы с трудоустройством своих творческих кадров. 4% бюджета от какого-либо крупного предприятия шло на поддержание искусства. Строились дома культуры, учреждения закупали картины художников, чтобы, например, повесить их у себя в фойе. Да хотя бы художники рисовали плакаты для кинотеатров к фильмам.

В девяностые годы мы не оглядывались на государство. Мы хотели жить как западные галереи. С середины восьмидесятых начали организовываться сквоты. К нашим художникам появился интерес, и несколько галерей стали ответом рынка. Частный бизнес сделал первый шаг. Государственная система должна была вмешаться и помочь.

Пару лет назад я была в Пекине на конференции. Китай и Россия после развала Союза были в одинаковой ситуации, но в Китае она получила развитие, а у нас как была в зачаточной форме, так и осталась. В Пекине один из оборонных заводов отдали под современное искусство. Называется «718». Там 400 галерей, и не только местные, но и крупные филиалы самых важных американских и европейских. Еще бутики, рестораны… И при этом каждая галерея не менее тысячи квадратных метров. А на следующий день мы были на открытии музея современного искусства, учрежденного местной академией художеств. Такое прекрасное здание в виде шара по проекту Араты Исодзаки. И тут я уже не выдержала и разревелась, потому что у нас такое будет не скоро.

Деградация пронизывает все! Я не знаю, куда они ведут наше общество, но эта жопа уже висит над нами. Спросите у тинейджеров, играющих во дворе, – знают ли они Рафаэля, Микеланджело? Они максимум расскажут вам про да Винчи, и то потому, что недавно был фильм «Код да Винчи». С этими ЕГЭ, обязательной физкультурой и Россией в современном обществе, когда литература и математика лишены главенствующих функций образования, что уж говорить о скромном ИЗО. И это в Москве, представь себе, что творится в России. Я думаю, на 140 миллионов населения приходится 14 нормальных галерей. Получается, что одна на 10 миллионов!

Что же касается профессионального сообщества – оно тоже деградирует. Нас всего 500 человек. В девяносты е мы помогали друг другу, были доброжелательнее, теперь же все озлобились и личные взаимоотношения прикрывают профессиональными. Я вкладывалась в это 20 лет. Именно столько существует галерея «Айдан». С возрастом понимаешь, что борьба за собственные амбиции – херня! Свои амбиции я удов летворила, открыв первую галерею. Я трачу на галерею больше 20 тысяч долларов в месяц! Задолбало. И это не бизнес, надо отдавать себе в этом отчет. С «Винзавода» я не уйду: они так много сделали для Москвы и для культурной ситуации в городе. Я торжественно объявляю, что закрываю свою галерею. Марат Гельман тоже, Лена Селина переформатирует «ХL галерею». Мы все остаемся на площадках «Винзавода», каждый в своем новом формате. В помещении «Айдан» с июля по август можно будет купить работы из запасников галереи. Для молодых коллекционеров это будет хороший шанс найти что-то для себя. Потом помещение закрывается. В новом формате мастерская будет открыта с ноября».
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ

Еще по теме

Современное искусство: Художники

Современное искусство: Художники

Покупка работ, в которые влюбляешься с первого взгляда, — удел романтиков. Прагматики не просто покупают искусство, они вкладывают деньги. Мы представляем 10 художников, работы которых гарантированно принесут доход.
Современное искусство

Современное искусство

Где вы, сегодняшние Третьяковы, Дягилевы и Мамонтовы? Чьими силами искусство дня нынешнего останется в истории?
Почему покупать искусство в России нужно именно сейчас

Почему покупать искусство в России нужно именно сейчас

«Искусство — лучшее вложение», — сказал как-то раз Джон Гетти, знаменитый миллионер, в 1966 году признанный Книгой рекордов Гиннесса самым богатым человеком в мире с состоянием в 1,2 млрд долларов, оставивший львиную долю капитала своему музею в Калифорнии. Возможности для инвестиций, историю вопроса и перспективы российского современного искусства изучил Time Out.
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация