Петербург
Москва
Петербург
Интервью: Александр Баргман

Интервью: Александр Баргман

Мария Бошакова узнала, как актер стал режиссером и что он думает о театральных наградах.

Как вы относитесь к театральным премиям?

То, что «Иванова» номинировали, стало неожиданностью. И тут чувствуется расположение к тем, кто делал спектакль. Я очень рад за артистов, с которыми работаю и которых очень люблю. Пока говорить о «Золотой маске» как о заветной мечте странновато, но для артистов это важно. За счет признания они получат веру в себя, опору под ногами и желание работать дальше. А вообще к премиям отношусь иронично. Считаю, что это во многом игры и самоублажение. Но вот к чему я действительно прекрасно отношусь — это к гастролям и фестивалям. И сама возможность показать спектакль на «Золотой маске» прекрасна.

Что привело вас, успешного актера, в режиссуру?

С одной стороны, ответить просто: усталость от актерства. Хотя я нежно люблю тех режиссеров, с которыми работал: Александра Морфова, Гришу Козлова, Мишу Бычкова. С другой стороны, все сложно: у меня возникла потребность внутреннего высказывания. Мне кажется, что за 16 лет в актерстве я что-то понял в этой профессии, учась у многих, многое увидев и многое не полюбив. И эти знания мне захотелось транслировать и другим.Тем более что я встретился в работе с Аней Вартаньян, и оказалось, что мы дополняем друг друга, нам интересно работать вместе.

Критики ввели такое понятие — «актерская режиссура»…

Хочется спросить театроведов: а кого вы имеете в виду? Юрия Любимова, Сергея Юрского, Лоренса Оливье? Есть живой театр — и неживой. И все. Я хочу заниматься живым. И еще я пришел к выводу: чем меньше играешь на сцене, тем лучше получается роль.

То есть, чем реже ы выходите на сцену, тем комфортнее себя на ней чувствуете?

Безусловно. В последние годы я загнал себя в какой-то конвейер. Мало происходит откровений, чего-то подлинного. Именно поэтомусейчас я пытаюсь самоограничиваться в актерских работах. И пока буду делать это активнее и активнее.

Ваше актерское имя помогает привлекать внимание к вам как к режиссеру?

Я не кокетничаю, но какое актерское имя? Есть просто опыт и удачное стечение обстоятельств. Есть прекрасная драматургия, прекрасные роли и режиссеры, с которыми сложился альянс. Я и вправду не ощущаю себя звездой. Но есть вкладываемый труд. И если этот труд заслуживает доверия тех, кого я приглашаю как режиссер, то я этому рад. Но это же не вопрос тщеславия или манкости, какогоо крючка, чтобы зазвать в работу. Я сам сейчас барахтаюсь, как утенок, придумывая спектакли. Это же неимоверная работа, нужно быть организатором, дипломатом, художником. Знать про декорации, звук, свет. Учиться некогда, а потребность огромная!

Есть такой стереотип: актеры идут в режиссуру, чтобы реализовать комплексы, возникшие в работе с режиссерами. У вас они есть?

У меня нет никаких комплексов. Я доволен теми встречами, которые у меня были с режиссерами. Все они в моем сердце живут. И я не обижен их вниманием.

Вас не смущает, что Виталий Коваленко, играющий заглавную роль в «Иванове», сейчас известен и работой в сериале?

Нет. Я не видел сериал «Татьянин день», который вы имеете в виду. Но пусть он это делает, это его выбор. Когда Виталий приходит и репетирует — безумно уставший, приезжающий из Москвы в Петербург, и играет «Иванова» — для него это сегодня является ну просто делом жизни, глотком кислорода. Он честен в том, что делает, вкладывается полностью. И в этом его прелесть.

Как вы выбираете материал для работы?

У меня нет определенной концепции. Либо я сам на него набредаю, либо кто-то дает прчесть. Единственный принцип, по которому происходит выбор, — это отклик и потребность высказывания. Нужно понять, что говорить и с кем, а из этого возникает и форма. «Иванова» я прочитал давно, и меня этот материал до сих пор держит. Был и опыт работы над средней драматургией, но в нем некуда расти. А вот в Чехове есть возможность ответить на тысячу вопросов и поставить по его пьесе тысячу спектаклей. Но есть и локальные истории. Например, «Карл и Анна», которых я буду ставить в Новосибирске, или «Глубокое синее море» — в «Приюте комедианта». Это всем нам знакомое, близкое, частное. Потому что у каждого, как у героев этих пьес, есть свой опыт любовных разочарований, предательств. А мне интересно превращать частные истории в притчу.

«Глубокое синее море» — история про женщину, запутавшуюся в любовных отношениях. Вас же, благодаря прессе, считают главным мачо и донжуаном. Что вам интересно в этой истории?

Имидж мачо вызван сыгранными друг за другом ролями. А до этого меня долго считали исключительно романтическим героем. Но то, что актер играет на сцене, не является его сутью. Я люблю женщин, мне интересно исследовать их внутренний мир. И тут мне интересна главная героиня: она, будучи талантливым и тонко чувствующим человеком, не может найти свое место в мире брутальных, жестоких мужчин. Главную героиню играет замечательная актриса из ТеатраКомедии им. Н. Акимова — Наталья Ткаченко.

Что для вас показатель режиссерского успеха?

Влюбленность артистов в режиссера. Я рад, что занимаюсь актерским театром. Нет ничего интереснее того, что происходит между людьми. А что касается «Иванова», то мы с актерами за время работы просто стали братьями и сестрами. А сам спектакль — важная часть нашей жизни. Он нужен нам. Это стало нашей потребностью — играть «Иванова». И для меня как для режиссера нет ничего важнее.

23 января 2008,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация