Петербург
Москва
Петербург

Алексей Айги и ансамбль 4'33

Скрипач и композитор Алексей Айги крайне редко выступает на родине

Из всех искусств важнейшим для нас остается кино — с Лениным сложно спорить даже в эпоху глобального потепления и виртуального секса. Музыка по части демократичности рядом не стояла: кому из артистов по плечу сборы «Дневного дозора»? Зато участие в саундтреке блокбастера способно обеспечить композитору интерес публики. Алексей Айги не обижается, когда его называют «нашим Майклом Найманом»: с британским минималистом его сравнивают не только за некоторые композиционные приемы, но и потому, что на массового слушателя музыка Айги тоже пролилась из кинозальных громкоговорителей. Десять лет назад легкими струнными пассажами Алексей озвучил драму Тодоровского-младшего «Страна глухих» — и молодого скрипача заметили не только критики, отдавшие ему «Золотого овна» , но и те массы, что делают кассу.

Сейчас Айги и его ансамбль 4’33’’ представляет на концертах новую программу «Князь ветра» , полную азиатских мотивов звуковую дорожку к многосерийной ленте Сергея Газарова «Сыщик Путилин» , действие которой происходит в Монголии. Но обращение к этническому материалу вряд ли объясняется только местом действия картины. Это, возможно, и дань уважения отцу, крупнейшему исследователю чувашской литературы и поэту-модернисту Геннадию Айги. О влиянии родителя Алексей высказывается осторожно, мол, помнит сходки маргиналов-авангардистов с торчащими из карманов селедочными головами, Венедикта Ерофеева, жившего по соседству — но стихи самого отца по-настоящему воспринял уже будучи зрелым. Лукавит немного: свободный стиль Геннадия Айги, его рваный синтаксис и резкие перепады между акцентом и тишиной как в зеркале маячат в композициях Алексея. К науке значащих пустот он приобщился с подачи Джона Кейджа, в честь молчаливого манифеста которого Айги назвал свой ансамбль. Да и влияния других минималистов, от Филипа Гласса до Стива Райха, он не избежал, как и воздействия классиков. По мнению Айги, академическая музыка уже давно благополучно мумифицировалась, жизнь кипит в свободной импровизации — этим и занимается его ансамбль. Банда консерваторцев чудом сохраняет стройность, преломляя на сцене безумный гений Хендрикса и стыкуя джазовые отрывки с пьесами самого Айги. Почти каждая его композиция — маленькая симфония, где главная тема-завязка постепенно обрастает дополнительными голосами, нагнетается волнами и кульминирует на пике драйва. Только в отличие от того же Наймана, который по-модернистски беззастенчиво перекрашивает целые куски из Генри Перселла, Айги никого не цитирует, его мелодический дар ценен сам по себе — за это его и любят киношники. Глухоте героев Тодоровского под стать немота черно-белых картин, к которым Айги писал саундтреки в рамках проекта «Немое кино — говорящая музыка» — среди которых и «Метрополис» Фрица Ланга. Впрочем, музыка к сериалу о Каменской — тоже его ума и рук дело. Алексей флиртует со всей мировой музыкой сразу — где-то немного электроники с Антоном Кубиковым, где-то этника с бурятской певицей Намгар Лхасарановой, где-то академизм с минимализмом и джаз с роком — и нигде не останавливается надолго. Ведь остановка будет равняться творческой гибели.

20 февраля 2008,

Ближайшие события

ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация