Убегающая реальность: что скрывают абстракции Герхарда Рихтера?

В Еврейском музее проходит одна из главных выставок осени «Абстракции и образы» — в Россию впервые привезли экспозицию Герхарда Рихтера. Time Out рассказывает, на что обратить внимание, чтобы не потеряться в расплывающихся красках немецкой знаменитости.

«Зеркало. Серое», 1991

Всех пожаловавших на выставку встречает зеркало. Вернее, «Зеркало. Серое» — монументальный монохром серого цвета. Не пытайтесь напрасно вглядываться в серую краску, главное в работе — ваше собственное отражение в стекле. Оказавшись по ту сторону стекла и серой «пелены», вы превращаетесь в один из «образов», заявленных в названии выставки. Игра с реальностью и ее многочисленными отражениями — один из главных мотивов, волнующих Рихтера. 

«Биркенау», 2015

Идем дальше. Главный проект, приехавший на московскую выставку, называется «Биркенау», и посвящен теме тревожной и очень болезненной — холокосту. На одной из стен скромно висят четыре черно-белых снимка — их сделал один из сотрудников концлагеря Аушвиц в 1944 году. Перед нами прямые доказательства трагедии, и вместе с тем — исходный материал для работ Рихтера. Увидев их несколько лет назад, немец задумался: как современный человек (в том числе — художник) может осмыслить трагедию, случившуюся в середине прошлого века? 

Поначалу Рихтер спроецировал снимки нациста на холсты, обвел контуры и написал по ним четыре работы. Но затем понял: что-то не так. Тогда Герхард беспощадно стер получившееся, а поверх нанес абстрактные композиции с яркими кровоподтеками краски. Время обесценивает образ, изображение, репродукцию трагедии; нам остаются только чистые эмоции — именно их, по собственным словам, и изобразил художник.

Герхард Рихтер в Москве.

На этом немец не остановился. Рихтер считает, что в большинстве случаев мы имеем дело не с самой реальностью, а с ее изображением — фотографиями, фильмами, воспоминаниями очевидцев. Постепенно они наслаиваются друг на друга и превращаются в некий пирог фактов и образов. В серии «Биркенау» художник играет с этой идеей: на одной из стен поместился странный пазл из маленьких абстрактных кусочков — Рихтер сделал копии фрагментов своих полотен и перемешал их. Дальше — больше. Художник решил окончательно нас запутать, сделав точные фотокопии картин — они висят аккурат напротив оригиналов. Не каждый зритель догадается, что перед ним — всего лишь очень четкие снимки. 

«Агада», 2006


Как мы уже поняли, Рихтер не очень-то жалует реальность, так как ее практически невозможно познать. Стоит ли удивляться, что с религией у немца не сложилось вовсе — ее-то «потрогать» точно нельзя. Поэтому абстракция 2006 года «Агада» — настоящий сюрприз, ведь у нее — отчетливый религиозный подтекст. Агада – сакральный текст иудаизма, посвященный ветхозаветному исходу евреев из Египта. Между художником и верующим, как ни странно, много общего. По крайней мере, по мнению Рихтера, и те, и другие работают с иллюзией и не в силах от этого отказаться. Православным активистам на заметку.

«Серое», 1976

В конце экспозиции разместилось скромное полотно, не похожее на остальные работы — это ранний холст «Серое» 1976 года. Уже тогда Рихтер понял, что с реальностью что-то не так... Между нами и ней всегда что-то стоит — глянец фотографии, масляные краски или прозаичный телеэкран. Поэтому «Серое», если включить фантазию, очень походит на кусок солидной кирпичной стены — сквозь такую пробиться к реальности невозможно. Впрочем, есть ли в этом необходимость?