Москва
Москва
Петербург
«Новый “Хоббит” – настоящий триллер»

«Новый “Хоббит” – настоящий триллер»

Интервью с Питером Джексоном

К выходу своего шестого, и финального, фильма о вселенной Толкиена новозеландский режиссер ответил Дэйву Кэлхоуну (Time Out London) на вопросы, которые накопились за 15 лет у его соратников по этой эпопее — Стивена Фрая, Бенедикта Камбербэтча и других.

Меньше всего на свете Питер Джексон похож на одного из самых влиятельных людей во всей киноиндустрии — того, кому голливудские студии доверили в общей сложности миллиард долларов и на ком заработали уже в пять раз больше. Мятая рубашка, признание, что заставить его надеть обувь смогла только перспектива фотосъемки для этого интервью, выражение чудовищной усталости на лице — когда мы встретились с Джексоном в Лондоне, он только закончил наводить последние штрихи на финальную серию своей многолетней эпопеи с книгами Толкиена. Режиссер, впрочем, мгновенно оживает, когда мы переходим к собственно интервью, вопросы для которого, к его удивлению, для Time Out составили работавшие с ним актеры, от Мартина Фримана (Бильбо) до Энди Серкиса (Голлум).

Спустя 15 лет и 6 фильмов ваша толкиеновская эпопея наконец подошла к концу. Отпраздновали?

Какое там. Последние недели я работал по 20–22 часа в день — буквально не вылезал из студии. Когда же все закончилось, пришел человек в белом костюме и забрал результат наших трудов. Я же просто поехал домой. Выспаться.

Довольны фильмом?

Он мой любимый в трилогии! Это настоящий триллер. У каждого фильма получилось свое настроение, хотя мы и снимали их одновременно. У каждого свой характер. Когда у тебя трое детей, они все похожи друг на друга, но у каждого свои маленькие особенности, склонности, привычки. Так вот, эта серия — определенно триллер.

Мартин Фриман: Тяжело было решиться взяться за режиссуру «Хоббита» самому, когда Гильермо дель Торо выбыл из проекта? Да, кстати, спасибо за прекрасные пару лет!

Да, это было трудное решение. План был другим: Гильермо должен был снимать, а мы — сосредоточиться на продюсерских обязанностях. Мы с Фрэн (Уолш — жена, соавтор и продюсер Джексона) уже думали о том, каким проектом я бы мог заниматься параллельно. Я убежден, что Гильермо сделал бы с этим материалом что-то очень, очень интересное. Но, кроме него, у меня не было других кандидатур, которые бы меня устраивали,— проще было взять режиссуру на себя. Знаете, в чем ирония? Стоило мне взяться за дело, я почувствовал себя счастливым. Работа никогда не доставляла мне такого удовольствия! Это правда. И я многому научился. Как режиссер я наконец сделал шаг вперед на «Хоббите». Мне не терпится теперь взяться за что-то новое!

Стивен Фрай: Раз так, когда мы возьмемся за ремейк «Разрушителей плотин»?

Ну, вообще-то мы уже взялись за «Разрушителей плотин», по крайней мере мы со Стивеном написали сценарий. Я обожаю оригинал — как и британское военное кино 1950-х в принципе. Собственно говоря, это был один из тех фильмов, которые я собирался снять, если бы дель Торо работал над «Хоббитом». Так что в ближайшие год-два его время придет. Передадите Стивену? Пусть готовится.

Вас все еще завораживает мысль, что ваши фильмы увидят миллионы людей?

О да! Меня это невероятно заводит. Я же пришел в профессию через малобюджетные хорроры, фильмы для нишевой аудитории. А теперь я путешествую по миру, всюду натыкаясь на плакаты своих фильмов, и задаюсь вопросом, действительно ли кто-то ходит их смотреть. Вау! Как угодить такой аудитории? Как порадовать 25 миллионов человек сразу? Поэтому я снимаю для себя — и надеюсь, что все эти люди мне поверят.

Стивен Фрай: Расскажи всем о кровавых временах «Инопланетного рагу» и «Живой мертвечины». Скучаешь по тем беззаботным дням?

Мне никто, конечно, не поверит, но над «Хоббитом» я работал ровно так же, как и над теми старыми фильмами. Серьезно — будь Стивен рядом 25 лет назад, он бы сильно удивился: мы решали тогда те же проблемы, что и сейчас. Конечно, на «Хоббите» ставки выше, бюджет больше, ответственность выше, но атмосфера на площадке не изменилась.

Бенедикт Камбербэтч: Чем вы больше всего гордитесь?

О господи, я ненавижу такие вопросы! Ну ладно, я больше всего горжусь тем, что развлекаю людей. Именно этим я, в сущности, и занимаюсь — да еще и получаю за это деньги. И, конечно, я лично всегда очень горд, если публика довольна тем, что я сделал, тем, что я помог им забыть о своих насущных заботах и проблемах и сбежать в другой мир на час-два… Или три в моем случае! (смеется)

Энди Серкис: Если бы ты мог победить любого тирана в истории, кино, литературе, кого бы ты выбрал?

А вот и вопрос с подвохом. Гитлер напрашивается, не правда ли? Если бы его придушили в зародыше, мир сейчас был бы намного лучше. Но вообще я редко на подобные темы думаю. Этот вопрос больше говорит об Энди, а не обо мне — теперь-то я знаю, над чем он все время так напряженно думает!

Иэн Маккеллен: У тебя есть самое любимое место из всех тех, где мы снимали эти шесть фильмов?

Вообще-то да, и сдается мне, что Иэн там не был! Оно называется дамба Пулберн, и там мы снимали Рохан. Это там в «Двух крепостях» Арагорн и Леголас пытались выследить похищенных Пиппина и Мерри. Похоже на прерии, только с гигантскими скалистыми образованиями. Невероятный пейзаж. Ни одного дома в округе, только просторная, эпическая панорама пустоты.

Эванджелин Лилли: Чем так плохи ботинки?

Обычно я ботинки вообще не ношу. Они просто неудобны, и я их не выношу. Но прийти в шлепках на красную дорожку или в ресторан не могу, я не настолько бунтарь. И на съемках приходится надевать нормальную обувь — из безопасности: представьте, что устроит страховая, если мне на пальцы что-то упадет! Эванджелин тоже не носит обувь, когда она не на работе. Так что нас таких двое.

Эванджелин Лилли: Как у тебя выросли лучшие мочки ушей в мире?

Так, придется кое-что объяснить. У Эванджелин есть странная тяга к чужим ушам. Лучше узнать у нее самой почему, но ей жутко нравилось массировать мне уши. Надо сказать, было очень приятно.

Вы сделали одну из самых успешных франшиз в истории и осуществили мечту всей жизни. Что осталось?

Я сейчас много думаю о будущем развлечений. Какими они будут через сто лет? Никто же из нас и понятия не имеет. Меня очень интригуют технологии дополненной реальности и виртуальной реальности. Не такой виртуальной реальности, когда ты надеваешь кибершлем и попадаешь в другой мир. Нет, такой, когда ты надеваешь очки, выходишь из дома — а вокруг ходят зомби. И ты охотишься за ними с пластиковым бластером. Через десять лет это будет везде. И это будут уже не видеоигры, это будет другой, пока незнакомый нам тип развлечений. Мне бы хотелось отдать этой затее все свои силы — как только я их перезагружу.

Как думаете, «Властелин колец» и «Хоббит» изменили наши представления о кино?

Не знаю. Судить не мне. Надеюсь, ко мне однажды подойдет какой-нибудь известный режиссер и скажет, что решил пойти в профессию из-за того, что в семь лет посмотрел «Властелина колец».

ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация