2011 — триумф независимого кино, собянинская плитка и массовые протесты

Первая нашумевшая «Midsummer Nights Dream»

Лучшая вечеринка года, по версии Time Out — с хедлайнером Kruder & Dorfmeister, инсталляциями на воде и проекциями на озеро и острова. История маскарада «Midsummer Night’s Dream» началась в 2007 году со свадебной вечеринки художницы Марго Трушиной и бизнесмена Салавата Тимирясова в день летнего солнцестояния. Тогда Середниково, усадьбу Столыпиных-Лермонтовых, впервые заполонили люди в костюмах шекспировской эпохи, эльфов и троллей. Сейчас по ажиотажу «Midsummer Night’s Dream» — это уже почти летний аналог Хеллоуина.

Барашек Толик

Барашек Толик — арт-директор кафе «Хачапури», генацвале и живой баран — заводит аккаунт в фейсбуке и со временем становится настоящей звездой: журналы берут у него интервью, пиарщики приглашают на светские мероприятия, а сам он не стесняется высказываться на любые злободневные темы и  «пилит луки с девчатами», одетый в модный костюм Burberry или другие эффектные наряды по сезону. И хотя созданный в соцсетях образ — дело рук трех совершенно разных людей, тысячи поклонников Толика с удовольствием поддерживают игру и ставят лайки, а в 2014 году Time Out  номинирует его за «Лучший ресторанный Instagram».

Мы думали, это Капков, а это оттепель

В марте 2011 года Сергей Капков, который к тому моменту успел поработать с Романом Абрамовичем на Чукотке, становится директором ЦПКиО им. Горького. С этого момента начинается стремительное преображение парка. Его больше никто не зовет аббревиатурой. Исчезают набившие оскомину аттракционы и шашлычные. На их месте вырастают по-европейски приятные кафе, прокаты велосипедов на одного и компанию, зимой появляется самый большой в Европе каток. Выясняется, что московский парк может выглядеть не хуже лондонского или нью-йоркского и что (sic!) городских чиновников волнует, о чем думают москвичи и как сделать столицу удобной для жизни. К лету парк совершенно преображается: восстанавливаются скульптуры, появляется эффектная деревянная набережная по проекту бюро Wowhouse, которое вскоре, по собственным словам Капкова, станет его собственным Церетели: каждому времени свои подрядчики. За пару лет многие парки города станут неузнаваемыми — теми самыми удачно организованными общественными пространствами, о которых мы мечтали еще в 2010-м. С нормальными детскими и спортивными площадками, адекватными образовательными проектами, хорошей и небанальной едой. Впрочем, самого Парка Горького трендсеттеры теперь стремятся избегать: в выходные он ничем не лучше метро в час пик.

Модернизатор парка тем временем выходит на городскую орбиту, где отвечает за всю культуру Москвы. И тут история успеха становится менее складной. Хотя его имя становится известным даже школьникам и журналисты задают вопрос Сергею Собянину, не смущает ли его, что Сергей Капков — самая популярная фигура в городе, действительных преобразований становится меньше. «Гоголь-центр» становится модным местом, но не выпускает гениальных спектаклей. Несомненный успех — новый Манеж с выставками советского дизайна и Эрика Булатов. Пешеходные зоны сделали комфортнее жизнь горожан, которые передвигаются на метро, но заставили автомобилистов ломать голову над и так неочевидной парковкой и резко снизили выручку находящихся на них ресторанов и магазинов. Ходят устойчивые слухи об отставке Сергея Капкова. Что это значит для него самого и для города — узнаем в ближайшем будущем.

Москва становится больше

Территория города увеличивается в два с лишним раза, теперь он дотянулся почти до самой границы Калужской области. Окончательное утверждение проекта займет еще год. В медиа тем временем мелькают экзотические названия населенных пунктов: Коммунарка, Газопровод, Саларьево — где-то там теперь находится географический центр города. Сначала в Нью-Москву собираются сослать Госдуму и Совет Федерации, но потом выясняется, что переезд отменен. Будущее огромной территории до сих пор толком не определено. Понятно только, что для начала на ней построят офисные мегацентры и несколько утопленных в зелени больших районов наподобие Бутово, связав их при помощи метро и скоростного трамвая.

На «Винзаводе» открывается проект «Платформа»

Еще одна группа выпускников — студенты курса Кирилла Серебренникова в Школе-студии МХАТ — вместе со своим руководителем основали «Седьмую студию», которая стала учредителем проекта «Платформа». Переоборудованный Цех Белого на «Винзаводе» стал местом для экспериментов как драматических, так и музыкальных действ, видеоарта, перформансов и инсталляций. С тех пор как актеры «Седьмой студии» перебрались в «Гоголь-центр», «Платформа» стала открытой площадкой с ежегодно меняющимися кураторами направлений.

На улицах Москвы появляется плитка

От недавно вступившего в должность мэра по привычке ждут большого стиля — проектов, которые переплюнут храм Христа Спасителя и Дом-яйцо. Но символом перемен становится обычная уличная плитка. Ее укладывают по всему центру — спешно, днями и ночами, когда не хватает материалов, просто рисуют характерные контуры на залитом вместо асфальта бетоне. Садовое кольцо и близлежащие переулки превращаются в большую стройку, а ежедневно высыпающие песок из ботинок горожане с ужасом ждут продолжения работ в следующем году. В 2012-м плитизацию всея Москвы неожиданно отменяют, это покрытие занимает то скромное место в городе, какое ему отведено сейчас, — украшает пешеходные улицы.

Протесты рассерженных горожан

Аполитичная Москва впервые за долгое время — с 90-х — вышла на улицы в большом количестве. В декабре 2011-го акции протеста превратились в ключевой сюжет городской жизни. Причиной протеста стали фальсификации на выборах в Думу, символом протеста — белая лента, эпицентром — Болотная площадь, а его участников впоследствии назовут рассерженными горожанами.

Русский тренд

Черчилль писал о русских: «Они всегда опаздывают, но когда приходят — всем становится жарко». Русской кухни это тоже касается. С опозданием все понятно — сначала надо было разобраться, что такое эта самая русская кухня: то ли откровенный историзм в духе ресторана «Красная площадь, дом 1», то ли профранцузский дворянский уклон, как в «Кафе Пушкинъ», то ли следует кроить  новый русский стиль по скандинавским лекалам, делая старые рецепты полем для авангардных экспериментов. Одним из первых «женить»  традиции и современность начал Константин Ивлев, внедрив в 2007 году в  меню «GQ-бар» голубцы из кролика с соусом из фуа-гра и десерт из свеклы с ванилью  и скромно назвав свои инновации  «новый русский тренд». В 2011 году споры   о судьбах русской кухни наконец-то перестали быть сугубо внутренним делом: ресторан Анатолия Комма «Варвары» вошел в 50 лучших ресторанов мира по версии World’s 50 Best Restaurants  британского журнала Restaurant Magazine. 48-я строчка в списке, где двумя пунктами  выше стоял сам Ален Дюкасс, — это была серьезная заявка на вступление в клуб гастро-лидеров.  И пусть  для «Варваров» это оказался взлет перед падением: спустя два года  ресторан спустился на 99-ю строчку того же рейтинга, а после и вовсе сошел со сцены, но эстафетную палочку было кому подхватить.  В 2013-м талантливый Владимир Мухин, отвечающий за кухню в White Rabbit, становится вторым на престижнейшем конкурсе молодых поваров в Венеции S.Pellegrino Cooking Cup со своим желе из абхазского лимона и «ложной кашей» из спаржи с костромской солью. Спустя год другой подрастающий гений Сергей Березуцкий из «Как есть»  выставляет перед жюри тартар на березовом спиле и свекольное ризотто с сыром чечил — и привозит в Москву уже кубок победителя той же гастрономической регаты. Но главный, без сомнения, успех этого года — возвращение российского ресторана  на 71-ю строчку расширенной версии World’s 50 Best Restaurants.  Со своим White Rabbit Владимир Мухин доказал, что поиск местных любопытных продуктов в сочетании с современным технологическим подходом может не только развить вкус москвичей, но и быть интересен большому гастрономическому миру, а импровизировать нужно, не отрываясь от корней.

Большой театр

Реконструкция главного театра страны обросла огромным количеством слухов и скандалов. Всем не терпелось узнать, на что потрачены 700 млн долларов. По словам архитекторов, от изначального Большого почти ничего не осталось, поэтому восстанавливать пришлось многое: интерьеры парадных залов, «убитую» в советское время акустику зала зрительного, пресловутую лепнину (которая, к слову, и должна быть из папье-маше, чтобы не утяжелять конструкции). Кроме того, в театре появились новый подземный зал-трансформер, много нового высокотехнологичного оборудования, а обнаженному Аполлону на фронтоне прикрыли причинное место фиговым листком. После открытия скандалов и интриг стало еще больше. На премьерных спектаклях «Руслана и Людмилы» в постановке Дмитрия Чернякова певцам кричали «Позор!» и «Вон со сцены!» Николай Цискаридзе назвал реконструкцию вандализмом и вступил в затяжную конфронтацию с гендиректором Иксановым. В результате театр покинули оба, а предложение, от которого невозможно было отказаться, получил Владимир Урин, ранее возглавлявший «Стасик». Вскоре после того, как «новая метла» взялась за дело, в штате не досчитались главного дирижера Василия Синайского и главы отдела перспективного планирования Михаила Фихтенгольца, а из репертуара стали исчезать «устаревшие» постановки. С билетами по-прежнему проблема. Да, они есть, даже на «Щелкунчика» в рождественский вечер, — правда, чтобы отправиться туда всей семьей (папа, мама, ребенок), придется выложить сумму, сопоставимую со средней месячной зарплатой. Но Урин изо всех сил борется с билетной мафией. Минувшим летом театр пережил очередную мини-реконструкцию. В боковых ложах убрали третьи ряды, откуда вообще ничего не было видно, на вторых поставили высокие стулья, часть мест сделали стоячими: самые дешевые, по 200 р., билеты на них начинают продавать в день спектакля с 16.00 — сначала студентам, а потом всем желающим.

Ближайшая громкая премьера на Исторической сцене состоится 27 февраля. Это будет «Пиковая дама» Чайковского.

Открылся Gipsy

Бар с верандой на «Красном Октябре», открытый на пару совладельцем «Симачева» и бывшим арт-директором Rolling Stone Bar, — самый успешный и дерзкий клубный проект начала 2010-х. Прославится цыганским шиком всезвездных вечеринок ПМС, шутя совместит пошловатый мэшап с остромодным техно и научит Москву танцевать по воскресеньям днем. В сентябре 2014-го Gipsy закроется на ремонт, впрочем, пообещав заработать весной 2015 года.

«Шапито-шоу» как триумф независимого кино

Какими бы ни были обстоятельства, политическая конъюнктура и личная воля министра культуры, в России продолжают снимать хорошее кино, пускай и в формате личного подвига. Именно подвигом, не иначе, стало в 2011-м «Шапито-шоу», второй фильм авторов совсем уж копеечной «Пыли» Сергея Лобана и Марины Потаповой, — снятая на небольшие по меркам индустрии деньги ерническая панорама русской жизни в нулевых. Лобан и Потапова  высмеивают пережитки советского мышления в сознании постсоветского человека — и сопереживают им, не отделяя себя от собственных героев. На одну ступень с персонажами ставят себя и режиссеры другого нечаянного шедевра безбюджетного кино 2010-х — авторы «Я тебя люблю» Александр Расторгуев и Павел Костомаров, доверившие камеры и историю простым ростовским пацанам, а затем смонтировавшие то, что те наснимали, в хлесткий фильм о кошмарах любви по-русски. Неподдельный, на себе прожитый интерес к маленькому человеку расцвечивает и блеклый сюжет «Портрета в сумерках» Ангелины Никоновой, снятого на фотоаппарат и успешно проехавшегося по трем десяткам зарубежных фестивалей.