Особенно Ломбардия. Образы Италии XXI
Книга Аркадия Ипполитова послужит прекрасным дополнением к классическому труду Павла Муратова — но едва ли окажется в состоянии его вытеснить.

Судя по подзаголовку «Образы Италии XXI», книга петербургского искусствоведа и киноведа претендует на то, чтобы занять в XXI веке то место, которое в XX веке занимал фундаментальный труд Павла Муратова. Его «Образы Италии» вышли впервые более ста лет назад и честно служили десяткам тысяч русских неофитов. Задача Ипполитова одновременно и проще, и сложнее. Проще — потому что, как справедливо замечает автор, нынешняя Италия, страна яркой моды и быстрых спортивных автомобилей, гораздо ближе к ренессансной Италии — законодательнице стиля во всех областях искусства и кузнице высоких технологий, — чем сонное провинциальное королевство конца XIX века, а «итальянские древности теперь оказались гораздо актуальнее индустриального прогресса».

И сложнее, потому что современный автор не может, как Муратов, делать вид, что он интересуется только вечным искусством и совсем не интересуется сиюминутными радостями жизни — шопингом на виа Монтенаполеоне, ресторанами, шикарными курортами на озере Комо. Муратов с видом всезнающего арбитра расставляет по местам художников и школы — и через сто лет хорошо видно, насколько неокончательными оказались его окончательные приговоры. Ипполитов, словно учитывая опыт своего предшественника, идет от обратного: он подчеркнуто субъективен и сиюминутен.

Собственно, он и начинает с того, что Италия у каждого народа своя (своя у немцев, своя у французов и своя у русских) и у каждого отдельно взятого человека тоже своя. И у него тоже. Поэтому автор позволяет себе не только щеголять экстравагантными суждениями — «нет ничего невыносимее так называемого хорошего вкуса брезгливых людей» (это о барокко), — но и бравирует своей европейскостью: скрипки в Кремоне на каждом шагу, как совы в Афинах и самовары в Туле — впрочем, в последнем он не уверен, так как в Туле, к сожалению, никогда не бывал. (Афинских сов, видимо, пересчитывал лично.)

Но во всех ломбардских городах, о которых пишет — Милан, Кремона, Павия, Бергамо, Монца, Бреша и т. д., — он, безусловно, бывал, причем, как правило, не по одному разу. И в художественных и исторических явлениях, о которых пишет, будь то относительно малоизвестные полустертые фрески во дворце Борромео или растасканные до кича портреты-натюрморты Арчимбольдо, вполне разбирается. Пусть читатель не обманывается подчеркнуто легкомысленной манерой — она опирается на основательную искусствоведческую школу.

Только вот окажутся ли интересными колкие намеки Аркадия Ипполитова на современность, когда (очень скоро) забудутся порхающие по страницам этойкниги имена Ходорковского, Собчак и Авдотьи Смирновой? Автор не думает о будущем — он думает о настоящем. То есть об Италии.