Интервью: Брайан Сингер
Влиятельный американский режиссер, снявший «Обычных подозреваемых» и «Людей Икс», приехал в Россию со своей новой картиной «Операция «Валькирия»» о неудавшейся попытке немецких офицеров убить Гитлера.
Вы часто переворачиваете историю с ног на голову. Прекрасно помню, как в «Способном ученике» ваш герой — малолетний пацан, шантажирующий старого нацистского офицера, — был гораздо отвратительнее этого несчастного старикана…

Ну, это же была выдуманная история…

Тем не менее возникла мысль, что вы готовы пересмотреть некоторые исторические итоги и реабилитировать немцев.

Я действительно реабилитирую немцев в «Валькирии»

И я бы не удивилась, если бы и здесь Гитлер оказался симпатичнее полковника Клауса фон Штауффенберга, готовившего на него покушение.

Но здесь уже история документальная и искажать ее я просто не имею права. Исполнитель главной роли Том Круз говорит, что, играя в детстве в войну, мечтал убить Гитлера. А я в детстве дружил с немецкими ребятами и всегда мечтал посетить Германию. Для меня как американца и к тому же еврея было открытием, когда я узнал о существовании немецких офицеров, занимавших высокие посты в немецкой армии, которые пытались убить Гитлера и поменять все правительство. Эти исторические факты должны напомнить всему миру, что не все немцы были нацистами. А во-вторых, я действительно хотел показать Гитлера немножко с другой стороны: пересмотрев всю хронику, снятую Евой Браун, я увидел одинокого старого человека, который втихую бьет ножом в спину людей своего ближнего круга. Это был злой старик, которому недоставало сострадания к окружающим. Отсюда все его беды, в том числе и агрессия.

Что в современном обществе лично вам внушает страх, а что, наоборот, вселяет надежду?

Надежду внушает свободный обмен информацией, интернет. А боюсь я людей, у которых нет сострадания… Кстати, я думаю, что возрождение фашизма возможно только в условиях жесточайшего, панического страха. Не знаю, есть ли тут связь с кризисом, но страх порождает в людях агрессию и готовность пойти на любые преступления.

Скажите, когда вы снимали «Супермена» и «Людей Икс», вы отдавали себе отчет в том, что человек в колготах, безжалостно расправляющийся с врагами, — тоже фигура немного фашистская?

Элемент насилия есть в любом конфликте. А если говорить конкретно о моем «Супермене» — он, скорее, одинокий романтик, а не фашист. Да и вообще это просто экшен. Расслабьтесь, не надо искать скрытые смыслы там, где их нет.

У нас в России о чем бы ни снимали кино — даже мюзиклы (например, «Стиляги») — это всегда о противостоянии личности тоталитарной государственной машине. На ваш взгляд, можно быть свободным в нашем мире? И вы лично чувствуете себя свободным человеком?

Отчасти… Все зависит от того, что вы вкладываете в это понятие. Я, например, свободен от голодной смерти. Несмотря на кризис, она нам все-таки пока еще не грозит. И я свободен в выборе своих занятий — мне нравится делать то, что я делаю, и получать за это деньги. Но так же свободно я могу этого и не делать.

А что вы думаете о таких настроениях, которые начинаются с безобидного и, в общем-то, правильного посыла «во всем должен быть порядок»…

…а в результате приводят к трагическим последствиям? Именно это я называю чрезмерной реакцией. Если эти настроения замешать еще на чувстве страха — получится фашизм в чистом виде.