Такая история
Абсурдистский роман, которым знаменитый итальянский писатель Алессандро Барикко сводит счеты с ХХ веком.
У Либеро Парри было 26 коров, и они приносили ему неплохой доход. Но он решил продать стадо и устроить у себя в коровнике гараж и автомастерскую. Все-таки на дворе стоял 1904 год, по дорогам Европы колесили «дитрихи», «мерседесы» и «рено», в Италии вовсю строился завод Fiat, и старине Либеро захотелось идти в ногу со временем. Вот только незадача — в округе нет ни одного автомобиля, да и какой идиот заедет в эти богом забытые болота? Но один все-таки заехал — граф д’Амброзио, аристократ, гонщик и в душе такой же безумец, как и сам Либеро Парри. Чудаки нашли друг друга и составили дуэт, который участвовал вместе в разнообразных ралли на радость сыну Либеро по имени Последний. Парадоксальным образом так в итальянских семьях называют первенцев, на которых родители собираются остановиться. Именно Последний и станет героем абсурдистского романа, которым знаменитый итальянский писатель сводит счеты с ХХ веком.

Назвав роман «Такая история», Барикко как бы говорит: у меня нет для вас другой истории, каким был век — таков и роман. Постоянный прогресс и постоянный, с каждым годом лишь усиливающийся абсурд. Что в мире нелепо, в Италии нелепо вдвойне, зато уроженцы Апеннин умеют смеяться над собой.

Вместе с Последним мы пройдем по ХХ веку, повествование будет перескакивать через десятилетия, будут меняться рассказчики, и в финале мы получим этакий рентгеновский снимок столетия. Барикко отлично умеет описывать прогресс по-итальянски: «В тот день в деревне показывали кино. Его привез зять мэра, Бортолацци, который торговал постельным бельем и разъезжал по всей Италии. Связь между ним и кино была очевидна: экраном могла служить только хорошая простыня. Была и неочевидная связь: в Милане у Бортолацци жила любовница, работавшая билетершей в кинотеатре «Люкс», поэтому он считал себя причастным к миру кино».

Интересный симптом: современные писатели, популярные и талантливые, из романа в роман только и делают, что сводят счеты со всем глупым, нелепым, хвастливым, спесивым, что они замечают в характере и жизни своих соотечественников. Почитайте цикл романов суперпопулярного испанца Артуро Переса-Реверте про капитана Алатристе: каких только гадостей не говорит романист про родную Испанию и национальный испанский характер: и ленивые, и тяжелые на подъем. Вот и итальянец Барикко для своих находит скорее насмешки, чем славословия. Между тем никто в родной стране не обвиняет его в итальянофобии. Наоборот, издают, читают и хвалят. Понимают, что эта критика — от любви.