Москва
Москва
Петербург
Румынская «новая волна»

Румынская «новая волна»

Румынский кинематограф не только жив, но и способен порождать действительно хорошие фильмы.

Контекст

В том, что румынский кинематограф не только жив, но и способен порождать абсолютно универсальные по посылу, актуальные — но не пытающиеся запутать или обмануть зрителя — фильмы, убедились после триумфа «4 месяцев, 3 недель и 2 дней» Кристьяна Мунджу в Каннах-2008. К этому времени все те режиссеры, что потом были зачислены в народившуюся в Румынии «новую волну», уже года три-четыре ездили по крупнейшим фестивалям — сначала с короткометражками (вал наград), затем с полнометражными дебютами (снова множество призов) — и все как один наличие какой бы то ни было общности наотрез отрицали. Но, что бы тогда ни говорили Пуйю, Мунджу и Порумбойю, к самому концу нулевых румынская волна из выдумки критиков стала явью, полноценной ветвью развития кино — со своими звездами и спутниками, собственной манерой киноизречения и стилистическим единством (часто затмевающими авторский месседж — чем не доказательство наличия волны?) и, само собой, общими ретроспективами по всей планете.

Стиль

По признаниям самих же Пуйю и Мунджу, их кино — реакция на фильмы, снимавшиеся в Румынии конца 80 – начала 90-х и либо показывавшие жизнь страны при диктатуре иносказательным, метафорическим языком, либо и вовсе уходящие в чистую фантазию. В этом смысле новые румыны определенно снимают кино прямого высказывания — ультрареалистическое (порой до абсурда — герой здесь может битые пятнадцать минут, например, чистить ружье), минималистское, черпающее как страшное, так и смешное в обыденном, старательно избегающее какого бы то ни было героизма. Действие всех фильмов происходит либо при Чаушеску, либо в стране, уже оставленной им, но по-прежнему неспособной стряхнуть с себя едкий пепел завершившейся эпохи, — при этом никому из режиссеров и в голову не приходит снять, например, байопик самого Кровавого Николае. Нет, новое румынское кино — это вынужденные как-то строить жизнь в обществе легитимного кошмара и пестуемого абсурда обыватели, которых общие планы камеры застают посреди дурных казенных интерьеров и преследуют до тех пор, пока маленькие частные трагикомедии не оборачиваются опытом уже общим.

Флагманы

На фестивале не будет совсем новых фильмов, снятых уже после обретения международного признания. Это, пожалуй, к лучшему — в программу вошли картины, как раз и составившие первую славу «новой волны», ставшие ее квинтэссенцией. «4 месяца, 3 недели и 2 дня» многие называют манифестом новых румын, но по своей аристотелевской структуре, отстраненной манере съемки и зацикленности на быте эта история одного аборта в мире, где аборты запрещены законом, как раз манифест меньше всего и напоминает.

«Была не была» Корнелиу Порумбойю — самый, наверное, очевидный пример кино о жизни после Чаушеску. Влияние диктатора на сознание нынешних румын Порумбойю демонстрирует на примере провинциальнойтелепередачи, герои которой спустя годы спорят, кто где был во время свержения тирана в декабре 1989-го.

«Смерть господина Лазареску» Кристи Пуйю — удивительным образом жизнеутверждающая детальная история о последней ночи пенсионера — в свое время первой из всех хитов «новой волны» заслужила овации Канн и позволила впервые всерьез заговорить о румынском шествии по фестивалям.

Спутники

Важнейшее достоинство фестиваля — обширная программа работ тех режиссеров, чьи имена по тем или иным причинам гремят тише вышеупомянутых. Возможно, наиболее самобытным из всех новых румын был Кристиян Немеску, успевший до своей гибели в автокатастрофе снять лишь один фильм — «California Dreamin’», в котором поводом для человеческой комедии становится вынужденная остановка поезда с американскими военными посреди вороватой румынской глубинки. Меньше, чем фильмы Мунджу и Порумбойю, известна, но не менее значима картина «Бумага будет синей» Раду Мунтяна — почти азиатская по накалу событий драма о днях декабрьской революции, увиденных глазами блуждающего в задворках Бухареста взвода. Есть и образец румынского военного ретро — «Путешествие Грубера» Раду Габря, обращающееся к теме сотрудничества страны с гитлеровской Германией во время Второй мировой.

Истоки

Самое же, пожалуй, редкое из того, что покажут в «Художественном», — несколько фильмов, предваривших триумф нынешних румын несколькими десятилетиями ранее. Главный из них — «Реконструкция» Лучиана Пинтилие, снятое в 1968-м, но надолго оказавшееся на полке переосмысление якобы славных страниц румынской истории. Более поздние, вышедшие в начале 80-х, «Конкурс» Дана Пицы и «Круиз» Мирчи Данелюка демонстрируют схожий с «новой волной» стилистический подход, доказывая, что жуткое время, сформировавшее тех же Мунджу и Пуйю, предопределило не только их сознание, но и тиражируемые теперь соотечественниками методы.

22 ноября – 1 декабря, к/т «Художественный»

Расписание и полную программу фестиваля см. на arbat-moskino.ru

19 ноября 2010,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация