Р. Щедрин - "Очарованный странник"

О событии

В Москву вновь прибывает дружный коллектив Мариинского театра, чтобы представить оперу Родиона Щедрина "Очарованный странник".

Когда Валерий Гергиев прошлой весной объявил, что в рамках ежегодного питерского фестиваля «Звезды белых ночей» состоится российская премьера оперы Родиона Щедрина «Очарованный странник», на многих лицах появились ироничные улыбки. Зная, какой концентрации достигает занятость Гергиева в период фестиваля («Белые ночи, черные дни», — шутят в этот период в Мариинке), никто не верил, что за рекордно малое количество репетиций он сможет одолеть большой щедринский опус.

Музыкальная ткань «Странника», такая же тонкая и замыс-ловатая, как и текст Николая Лескова, на который композитор положил свое произведение, не поддается исполнителю мгновенно. В музыку Щедрина надо вслушиваться, распознавая в ней бесчисленные оттенки настроений и смыслов, а делать это в экстремальном мариинском режиме почти невозможно. Впрочем, это «почти» в случае с Валерием Гергиевым часто решает все — и вопреки всем законам и прогнозам дирижер подготовил к премьере оперу столь тщательно, что сам автор был в полнейшем восторге. Теперь Гергиеву предстоит возобновить «Очарованного странника» для московской премьеры.

Понятие «современная опера» пугает даже самих музыкантов: в сознании возникает нечто невообразимо диссонансное, на сюжет, обязательно включающий некоторое количество сексуальных извращений, причем общей длиной в три часа. «Очарованный странник» — опера вроде современная, на партитуре стоит время окончания — 2002 год, но она упрямо противится своему времени, потому что кажется пришелицей из прекрасного далека, где жанр оперы является не эффектным анахронизмом, как сейчас, а живой и действующей частью музыкального обихода. Она органически связана со всей историей отечественной оперы, от «Жизни за царя» до «Леди Макбет Мценского уезда» Шостаковича — безоглядно русский сюжет, бездонная русская тоска, безысходный русский фатализм. В опере всего три героя: цыганка Груша (молодая солистка Мариинки Кристина Капустинская) и двое влюбленных в нее мужчин (легкомысленный Князь в исполнении тенора Евгения Акимова и его слуга Иван — бас Сергей Алексашкин), — но эта троица одаряет такими страстями, что не нужны ни костюмы, ни декорации.

В принципе, оперы Щедрина не сильно теряют, оказавшись в пространстве концертного зала, а в случае со «Странником» мы успеем ощутить все музыкальные красоты партитуры, в которой, помимо стандартного набора инструментов, есть еще гусли, балалайка и, как водится в больших русских операх, церковные колокола.

Московская премьера «Странника», наверное, поможет задним числом исправить очередную историческую оплошность. Что ни говори, Родион Щедрин на сегодняшний день, пожалуй, единственный живой классик, и тот факт, что премьеры его крупнейших опусов проходят чаще всего не в Москве, а где-нибудь в Нью-Йорке (как в случае со «Странником») или Мюнхене, не слишком хорошо говорит о городе, где не так много (а откровенно говоря — совсем мало) хороших композиторов. Сам же Щедрин, который обязательно будет в зале со своей блестящей супругой Майей Плисецкой, сможет музыкой развеять предрассудок о том, что опера мертва.