Москва
Москва
Петербург

Истории

u u u u u Мнение редакции
Прекрасная возможность не только сопоставить, но и предчувствовать дальнейшее развитие персональных сюжетов Татьяны Москвиной и Сергея Носова.
Эксперимент издательства "Лимбус-пресс" в области популяризации современной драматургии вполне может оказаться успешным. Залогом тому — имя Татьяны Москвиной, чьи книги последнее время расхватывают, как горячие пирожки. Пожелай Москвина стать в ландшафтах родного города чем-то вроде вездесущего Дмитрия Быкова, ей бы это легко удалось.

Сергей Носов — фигура вполне соразмерная соседке, но если Москвина — вулкан, то Носов — скорее айсберг. Более известный как романист, начинал он как раз с пьес, а вот в роли публициста (если не считать очерковых колонок в журналах), насколько знаю, не пробовал себя никогда. Москвина, напротив, настолько же теоретик, насколько практик — театровед, критик, колумнист. Пьесы, вошедшие в совместный сборник, претендуют не на новизну, но на авторский стандарт качества — "лучшие". Большинство достаточно известны, некоторые пережили постановку.

Театральная пьеса — жанр где-то сродни детективу: вроде бы легко поддается пересказу, но при этом теряет самую суть, музыку. Прелесть драматургического произведения — в его конструкции, а интрига этого сборника — в сходных темах, а где-то — и сюжетах, и в то же время — в принципиальной композиционной разнице решений. При том, что Москвину давно и основательно считают этакой "вопленицей" бытовой женской трагедии, с точки зрения формы здесь — чистейшая гендерная инверсия. Яркое, жесткое, с нажимом, письмо Москвиной, с четкой композицией, логичными отступами, залихватскими культурологическими цитатами. И — бормочущие, переплетающиеся, как трава, диалоги Носова, жутковатая наивность ("Страшилки обыкновенные"), поэтика всепроникающего запустения: читатель бродит, как по заросшему пустырю, натыкаясь то на компанию пьяненьких, то на девичьи "секретики", а то и на ржавый гвоздь — босой ногой. Если на то пошло, то Москвина в большей степени классический драматург, не чуждый некоторому "постмодернизму" — взять пьесу "Рождение богов", но при этом мощно и органично сплавляющий форму и содержание в единую игровую стихию. Совершенно неудивительно, что после чтения ее вещей иные барышни впадают в истерический ступор, а мужики перелистывают последнюю страницу со словами "ну ни фига себе…"; автор, и сама человек эмоциональный, как никто умеет взять читателя за горло и протащить — как мягким животом по гравию, выдавить душевный сок и влить его, как абсолютное топливо, в бензобак своей громокипящей драмы. У Носова — не то; здесь скорее стихия Венички Ерофеева, томительная жуть, тягучая бытовая безнадега. Стиль его — как похмельный пот, облипает, душит, но — ап! — и повеяло улыбкой, как сквозняком. Если Москвина — и любит, и ненавидит, то Носов скорее — сочувствует, переживает. Финал каждой его пьесы — как стакан воды к губам, как вовремя открытая форточка: "Как интересно. (Открывает) Ого! (Слушают. Есть чему удивиться. Из дыры доносится стук печатной машинки)".

Замечательная, вообще говоря, идея — эти двое авторов-персонажей под одной обложкой. Если учесть, что оба находятся разве что на середине так называемого "творческого пути", то для внимательного читателя здесь — возможность не только сопоставить, но и предчувствовать дальнейшее развитие их персональных сюжетов. Как два волшебных, убористых клубочка, в нитяной толще которых — два поразительных автора, которые, надо думать, еще покажут этому городу и кузькину мать, и где зимуют раки.

12 октября 2006,
Истории
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Отзывы
Пока не было оставлено ни одного отзыва. Станьте первым!
Обсудить на форуме
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация