Toro Y Moi
Time Out
Исполнитель
Toro Y Moi

О событии

Звезда жанра чиллвейв — негромкой, переливчатой музыки — играет новый альбом за пять дней до мировой премьеры.

Альбомы чиллвейв-артистов было принято иллюстрировать инстаграмовскими снимками: размытыми, расфокусированными, часто с закрытыми лицами. Вероятно, лучшего визуального сопровождения к этой музыке — плывущей, негромкой, переливчатой — не подобрать (по этой же причине клипы других важных боевых единиц жанра Washed Out и Neon Indian собирались из нарезок кадров со старых видеокассет). Есть соображение, что отсутствие лиц — это ключевая черта чиллвейва, главные артисты которого — люди без биографии.

Чезвик Бандик, американец с филиппинскими корнями в очках-велосипедах, такой же. Родился в лишенной какого-то музыкального бэкграунда Южной Каролине, учился понемногу чему-нибудь и как-нибудь, торговал выпечкой, получал образование графического дизайнера, но ни в чем из этого лавров не снискал. Параллельно Чез собрал собственную инди-группу, а когда та распалась, записал в спальне (тоже ключевая для чиллвейва локация) альбом «Causers Of This», хорошо принятый критиками и во многом ставший поводом обособить подобную музыку в отдельный поджанр.

Не потребовалось много времени, чтобы Бандик выпустил второй альбом «Underneath The Pines», на котором еще сильнее отполировал свой метод: неимоверный пафос аранжировок (на стыке синти-попа 80-х и битс-влияний продюсеров вроде Flying Lotus) и одновременно — поразительная интровертность. Музыка без начала и конца, льющаяся ручейком, где то, как достоверно ты передаешь эмоции подростка в психотрипе, гораздо важнее негромкого очарования песен.

В прошлом году о чиллвейве если и говорили, то по большей части в том смысле, что короткая жизнь жанра подошла к логическому итогу, а его микрогерои остались не у дел. Про Toro Y Moi такого не скажешь. Другое дело, что да, наверное, жанр умер, раз человек, причастный к его созданию, с видимым удовольствием делает что-то абсолютно другое.

Сегодняшняя музыка Чезвика с трудом поддается классификации и больше всего похожа на мелодичный футуристический фанк. Сам мистер Бандик говорит, что его цель сегодня — просто выпускать поп-музыку, к которой он вообще-то имеет конкретные претензии. По мнению Чеза, сегодняшний поп — слишком просчитанный и слишком похожий на жвачку. У музыки Toro Y Moi степень свободы значительно выше. «Сейчас мне интересно смотреть, что популярно в мире, и переделывать это на свой лад», — говорит он. Чез словно бы в шутку обсуждает возможность посотрудничать с новой рэп-звездой Кендриком Ламаром и подростковым идолом Джастином Бибером и говорит о перспективах зазвучать на радио. И знаете, в этих шутках только доля шутки.

В январе Toro Y Moi выпустил (правильнее — «выпустит», но пластинка уже гуляет в Сети) третий альбом — «Anything in Return», с ним он сюда и приедет. Пусть мода на чиллвейв успела миновать; фокус в том, что эта музыка спален и кухонь здорово подходит к похмельному постпраздничному январю. Заодно посмотрим, как картинка из инстаграма превращается в настоящую концертную единицу.