Елена Китаева «Завтрак. Обед. Ужин»

О событии

Смелые фантазии Елены Китаевой на супрематические темы.

В России идеи авангардистов цвели недолго, прижились слабо. Пока западные дизайнеры и архитекторы отрабатывали, цитировали, переформатировали и формулировали наново, переводя на языки современных технологий, конструктивизм и супрематизм, отечественные творцы шли другим путем. А когда пали идеологические оковы, выяснилось, что кто не успел — опоздал, поляна вытоптана — найти на ней что-то новое сложно. С тех пор идти заповедным авангардистским путем осмеливаются чаще люди наивные, чем осведомленные. Елена Китаева — скорее из последних.

Ее творчество — в полном соответствии с заветами гуру авангарда — максимально близко народу. Те, кто смотрел перестраивавшийся со всей страной телевизор, помнят ее зеленые шарики на старом НТВ. В поле зрения тянущихся к свету знаний из телеящика — многократно награжденное «ТЭФИ» оформление канала «Культура». Академик российского телевидения дизайном не ограничивается, выступает с художественными проектами редко, но веско. И хотя сильнее всего отпечатались в памяти ее (общие с Леонидом Парфеновым) «Новые русские деньги» с изображениями Пушкина, Достоевского, Репина, Гагарина и, конечно, Малевича на купюрах, чаще всего думает Китаева о чистом искусстве, практической пользой и тем более провокациями не замутненном. И вдохновение черпает в революционных открытиях столетней почти уже давности.

Главной супрематической истиной, которой подчиняется новый проект, объявлено число три. Три цвета: белый, красный и черный; три композиции; трем кратно число действующих фигур: их то девять, то двенадцать. Действие выставки разворачивается в белом-белом зале — так в наше время принято, но только у Китаевой пространство имеет высший, супрематический смысл. Черные и красные персонажи, напоминающие памятники, сделанные из подручных материалов по ленинскому плану монументальной пропаганды, никакой другой истины, кроме совершенного сочетания простых форм, не несут. И пусть теории, на которых покоится трижды еда, покажутся строгим малевичеведам еретическими, а произведения — далеко ушедшими от провозглашенной почти сто лет назад универсальной системы, зато исполнены в высшей степени качественно и продуманы до малейших деталей. Да и припасть к источнику непросто — музеи наши классиков показывают нечасто, вот и юбилейную выставку Татлина Третьяковская галерея который раз переносит.