Москва
Москва
Петербург

Фарландия, или Путешествие в Темноград

u u u u u Мнение редакции

Поэт с изящным именем Константы Идельфонс Галчинский (1905-1953) прожил яркую, болезненную и очень красивую жизнь. В ней было все: эмиграция и концлагерь, декадентские кружки и пьесы абсурда. Сушеные цветы и радужные бабочки, зеленые гуси, ослики и незнакомцы с длинными артистическими пальцами. Поэзия — не выспренняя и лощеная, а трогательная, балладная, ироничная; проза — не публицистическая и твердокаменная, а горькая, вызывающе мирная; театр — не пропагандистский и орущий, а камерный, домашний.

В те годы в самых разных домах (в том числе русских, которые автор в детстве и юности в России видел достаточно) было принято играть любительские спектакли и читать детям вслух. Такое времяпрепровождение не просто увлекательно — оно еще и очень уютно. Сейчас, когда в наших семьях культура домашних постановок и вечернего чтения у камина под зеленой лампой безвозвратно утеряна, а под семейным праздником подразумевается в лучшем случае совместная поездка в молл, самое время возродить эту хорошую традицию. И для этого прекрасно подойдут абсурдистские пьески из репертуара театра "Зеленый гусь", придуманного эксцентричным поляком Галчинским.

Персонажи переходят из одной пьесы в другую, и роль какой-нибудь собаки в пенсне из раза в раз отводится дедушке, а роль Алоизия Гжегжулки, "злостного курильщика средних лет", с блеском исполнит друг семьи, приходящий на чай. Это дурацкая и безбашенная буффонада, которой можно заразить огромное число родных и знакомых: миниатюры легко исполнить и заучить наизусть, а при желании — и творчески дополнить, как это проделывали на протяжении нескольких десятков лет режиссеры-интерпретаторы.

Простор для творчества в этих пьесах — огромный: придумайте, к примеру, как можно изобразить при помощи подручных средств ремарку "Домик пропивают, и он пропадает" или "Гжегжулка надолго воплощается в мошку и погружается в жужжание"?

И не стоит беспокоиться, что пьесы Галчинского — "чемодан с двойным дном", из которого того и гляди полезут в разные стороны мрачные исторические персонажи и трагические, трудные для понимания аллюзии: это вовсе не остросоциальная проза. Во всяком случае, не более социальная, чем Хармс или Тувим ("Действие происходит, ну, предположим, у мавзолея Ленина в Москве" ремарка пьесы "Спорт в Советской России"). Некогда это "двойное дно" восхищало и страшило дотошных современников автора, сейчас же от объектов его веселой иронии остались лишь труды историков и множество страниц комментариев к нынешнему изданию. А язык — легкий, живой, образный и смешливый — остался, и все так же ярок, неповторим и певуч. При этом многие микропьесы, стихи и рассказы автора переведены в России впервые, многие опубликованы в новом, "неканоническом" переводе (к счастью, у читателя есть возможность сравнить тускловатые работы новых переводчиков с блестящими "классическими" версиями Д. Самойлова, И. Бродского и О. Седаковой).

Фарландия, давшая название сборнику, родственна питер-пэновской стране Нетинебудет Джеймса Барри. Страна, где сбываются мечты… и куда попадают двое влюбленных, назначивших друг другу свидание на мосту. Мост взорвали террористы (терроризм — примета любого неспокойного времени), но:

"И не грусти, не лей напрасных слез,
И не тревожься, что взорвали мост -
В Фарландии произойдет свидание."

В нашем мире, где "все бесчувственно", поэту тесно и грустно. В Фарландии — небо и пальмы, смех и радость, чистота восприятия и светлые лица друзей. То, чего самому Галчинскому было отмерено так мало и чем он так щедро делился. А теперь, спустя полвека, делится и с нами.

5 октября 2005,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Отзывы
Пока не было оставлено ни одного отзыва. Станьте первым!
Обсудить на форуме
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация