Москва
Москва
Петербург

Иэн Браун

В Москву едет Король обезьян, последний по-настоящему влиятельный персонаж британской рок-сцены и по большому счету - один из последних популярных новаторов.

В Москву едет Король обезьян.

Как-то так получилось, что под «She Bangs the Drums» я в первый раз потрахался, «Waterfall» стала первой песней, которую я научился играть на гитаре, а под «Don’t Stop» впервые съел экстези. Пару лет спустя с рецензии на альбом «The World is Yours» началась моя журналистская карьера. Потом как-то, чтобы побороть страх перед полетом, за неимением лучшего я натрескался кодеином, и песня «On Track» звучала у меня на репите, пока я чесался в кресле самолета. Даже в туалете, когда не получается пописать, я проигрываю в голове журчащую фа-диез из вступления к той же «Waterfall».

Все это было бы очень личной историей, если бы не моя уверенность в том, что таких, как я, — несколько десятков миллионов. Творчество Иэна Брауна незаметно и незаменимо стало элементом триады Sex-Drugs-Rock and Roll в жизни огромного числа британцев и британофилов. Безусловно, есть звезды и покрупнее, куда круче и куда легендарнее, просто он — последний по времени.

Да, Иэн Браун последний по-настоящему влиятельный персонаж британской рок-сцены и по большому счету — один из последних популярных новаторов. Даже памятуя о гении Йорка, популярности братьев Галлахер и авторитете Алборна… все они лепили куличи из песка, насыпанного Брауном. Иными словами, если они — герои своего времени, то Браун уже в 1988 году делал девяностые и работал в конечном итоге на будущее — на брит-поп.

В музыке «Stone Roses» были не только танцевальный драйв, радостное жизнелюбие, полное восторга от свежего утра и химикатов в крови, не только хитроумные звуковые решения и постмодернистская ирония — в ней был колоссальный объединяющий импульс, в котором, наверное, и состоит главная прелесть поп-музыки.

В итоге он стал неотделим от современной британской культуры, и его тенор слышится за каждым из ее многочисленных темных уголков. В разговорах о MDMA-дискурсе, в книгах Уэлша и Хорнби, в фильмах Райта и Уинтерботтома, в обзоре любого диска танцевальной инди-музыки. Дебютная пластинка «Stone Roses» в прошлом году к двадцатилетнему юбилею получила ворох наград и первых мест, а сам Браун был признан NME «Богоподобным гением» (sic!), получив соответствующий сертификат.

В этом отношении даже не очень важно, что великой дебютной пластинкой и эпохальным концертом на Spike Island в мае 1990 года по большому счету ограничивается список побед Брауна: второй альбом был «уже не тот» и не смог сделать группу лидером брит-попа, ощущение «мы круче U2» развалило «Stone Roses», а сольная карьера Брауна не сказать чтобы проходит гладко. Более того — Короля обезьян угораздило вляпаться в российский кинематограф: его первый приезд в Россию проходил в рамках презентации фильма «Параграф 78», куда он написал саундтрек.

Но с него, наверное, хватит подвигов. Владелец Factory Records и клуба Haçienda Тони Уилсон так писал о манчестерских восьмидесятых, сравнивая родной город с Флоренцией Ренессанса: «Жить в то время было уже радостью, но быть молодым — вот что было настоящим подарком». Все так, только Браун на вопрос о возможности реюниона «Stone Roses» сказал, что, даже если у него кончатся последние деньги, он предпочтет чистить ботинки на улице. Прав он. Склонность к некрофилии всегда заканчивается плохо, а прошлое можно любить, оставляя его в прошлом. Хватит и того, что на концертах он поет песни тех героических лет.

11 февраля 2010,

Ближайшие события

Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация