Бред вдвоем

О спектакле

Везде абсурд, повсюду нет согласья... Нехитрый месседж спектакля (о непонимании между живущими под одной крышей долгие годы) ясен с первых минут.
Известная пьеса Эжена Ионеско в этой постановке превратилась в затянутую, несмешную клоунаду, наполненную сценическими штампами. Попытка «игровой» трактовки схематичной абсурдистской драмы не получилась — подвела режиссерская фантазия, да и актерам не хватило азарта. Выяснение отношений между мужем и женой, которые не слышат друг друга — львиную долю текста составляет отчаянный спор: «А улитка и черепаха — это одно и то же животное?!» — режиссер «скрасил» насильственным удвоением числа персонажей. Кроме этого, одел героев в нелепые костюмы, отдаленно напоминающие больничные пижамы (или арестантские робы). И еще добавил претенциозный эпиграф из Библии, видимо, с целью «придать масштаб». Клоун в белом балахоне зачитывает его в прологе, размахивая указкой и диктуя своей старательной ученице, девочке с туго заплетенными косичками, почему-то одетой в советскую школьную форму. Грохочут бутафорские взрывы, рвется упаковочная бумага, в которую затянута сцена. А дальше — монотонное, вялое действие, где одна супружеская пара то и дело сменяет другую. Конструкция, предложенная драматургом, оказалась сломана — но неясно, ради чего. Актеры бегают по сцене, заваленной картонными коробками из-под оргтехники и бананов, грубовато мимируют, строят пирамидки, перекидываются разноцветными мячиками, как будто происходит костюмированная корпоративная вечеринка на каком-нибудь складе. Периодически появляются карикатурные солдаты с игрушечными боеприпасами, но смысла происходящему это не прибавляет. Финальная мизансцена: клоун с ученицей становятся пародийными атлантами и торжественно, как рабочий и колхозница, поднимают вверх мячик, символизирующий земной шар. Везде абсурд, повсюду нет согласья… Нехитрый месседж спектакля (о непонимании между живущими под одной крышей долгие годы) ясен с первых минут. Оставшееся время просмотра можно считать потраченным впустую.