Луковица памяти
Time Out

О книге

Автобиография крупнейшего немецкого прозаика современности Гюнтера Грасса вышла в Германии два года назад и немедленно вызвала крупный скандал. По-русски только сейчас.

Собственно, скандал начался еще до появления книги, когда в интервью газете «Франкфуртер Альгемайне Цайтунг» Грасс признался, что в конце Второй мировой войны был призван в танковые войска СС (до тех пор все биографы писателя полагали, что он служил в обычном подразделении вермахта).

Несколько месяцев Грасс провел в учебном лагере, весной 1945-го, незадолго до капитуляции Германии, прибыл на фронт, но, провоевав лишь неделю, получил ранение и был отправлен в госпиталь.

Те несколько страниц книги «Луковица памяти», где рассказывается о военном прошлом писателя, и вызвали наиболее яростную полемику. Самые принципиальные борцы за чистоту чужих биографий даже потребовали от Нобелевского комитета лишить Грасса премии, которую он получил в 1999 году после долгих лет пребывания в списке наиболее очевидных претендентов.

Вскоре, впрочем, скандал сошел на нет — и читатели, и рецензенты поняли, что значение автобиографии Грасса отнюдь не сводится к рассказу об одном эпизоде шестидесятилетней давности. Основной месседж книги заключается в том, что человек не имеет права прощать себе свое прошлое. Память, по Грассу, подобна луковице: нельзя добраться до сердцевины, не сняв несколько «защитных» слоев, но человек обязан проделать эту работу — вспомнить до мельчайших подробностей все то, что хотелось бы раз и навсегда забыть, вычеркнуть из воспоминаний и биографии.

Память включает защитные механизмы, «я» автора-героя борется с «мы» и «он», автор проходит через искушения раствориться в толпе («мы верили», «нас совратили») или отстраниться от восторженно внимающего нацистской пропаганде мальчика, перевести разговор о нем в третье лицо — это был кто-то другой, не я. Но всякий раз Грасс находит в себе мужество сказать: нет, это был именно я, я верил, я позволил себя совратить.

Задача автора, однако, не только и даже не столько в восстановлении правды о своем прошлом или в передаче натуралистических картин последних военных месяцев. Грасс пишет не мемуары, а автобиографию. Точнее, роман воспитания на автобиографическом материале. Не случайно хронологические рамки «Луковицы памяти» — 1939 (вторжение Германии в Польшу, начало Второй мировой) — 1959 (выход романа «Жестяной барабан», принесшего Грассу мировую известность). Писатель пытается понять, как из мещанского семейного быта, беспорядочного детского чтения и первых наивных писательских опытов, членства в юношеских нацистских организациях, фронтовых впечатлений, послевоенных блужданий родился его главный роман. Он пишет книгу не об ужасах войны и даже не о покаянии, а об обретении дара. Отсюда вторая ключевая метафора прошлого в книге Грасса — янтарь, скрывающий различные инклюзы. Напряженно всматриваясь в первые десятилетия своей жизни, автор начинает различать тот узор, который постепенно складывался в его лучшую книгу.

Спецпроект

Загружается, подождите ...