Три московские выпускницы, ставшие звездами балета

О событии

Прима-балерины, на которых равняются сегодняшние выпускники МГАХ.

Мария Кочеткова Прима-балерина «Балета Сан-Франциско»

Ректор московской школы Софья Головкина попросила Кочеткову покинуть ее класс — миниатюрная девушка перед выпуском так и не вытянулась, была слишком маленького роста, что не соответствовало стандартам «железной леди». Перспектива карьеры в Большом исчезла — там тоже всегда ценили высоких танцовщиц. Кочеткова отправилась на ученический конкурс в Лозанну — и победила. Призом в Лозанне является стажировка в одном из главных балетных театров мира — Кочеткова попала в английский Королевский балет. Так шесть лет назад началась ее зарубежная карьера — и удачно и неудачно одновременно, потому что задержаться в «Ковент-Гарден» ей не удалось. Но — пригласили во вторую по значимости британскую труппу, английский Национальный балет. По статусу — кордебалет, а в танцах — афишные партии. Ее полюбила публика, ее заметила пресса. Коронной партией стала «Алиса в Cтране чудес», ей повысили статус — но, устав ждать, Кочеткова уже приняла предложение «Балета Сан-Франциско» и улетела туда в ранге прима-балерины. О Москве не грустит, но из патриотических соображений изредка поддерживает своим участием гастроли «Русского балета» Вячеслава Гордеева.

Мария Александрова Прима-балерина Большого театра

В год выпуска (одиннадцать лет назад) Александрова демонстрировала стальной апломб, адский напор и свойственную столичной школе жесткость пластики. Валькирия. Черный лебедь. На пути лучше не стоять и под руку не попадаться. Но очередной балетный начальник «придержал» карьеру, не давал работать — и из обиды, упрямства, кипящих внутри, и невыплескивающихся ролей вдруг выкристаллизовалась первоклассная, тонкая балерина. Когда начальство сменилось и Александрова получила «зеленый свет», выяснилось, что она может все, что ею все продумано. Она может быть Джульеттой в спектакле Раду Поклитару — девчонкой-оторвой, запрыгивающей на партнера, как обезьяна на пальму. Может — прохладной средневековой девой Раймондой, от любви к которой сходит с ума гордый сарацин. И невесомым духом воздуха, Сильфидой, тоже может. А внушенная в школе «парадность» срабатывает в самых неожиданных местах — так вдруг торжественной становится Китри в «Дон Кихоте». Увидеть Александрову можно в Большом театре — как минимум раз в месяц.

Полина Семионова Прима-балерина Берлинского балета

Семионова закончила школу шесть лет назад и сразу же сотворила сенсацию российского масштаба: она стала первой москвичкой, победившей на петербургском конкурсе «Vaganova-prix». Вагановская академия, презрительно относящаяся к школе столичной, ахнула и поклонилась длинноногой девице с ломкой пластикой и горделивой повадкой. Ее позвали работать в Мариинку и в Большой одновременно, но берлинский худрук Владимир Малахов пригласил ее в свой театр — и она уехала. И не прогадала: в Москве и Питере она была бы «одна из первых», в Берлине — первая и единственная. Впрочем, одного Берлина ей мало, и ныне она курсирует из Италии в США — через Японию. В Москве появляется раз в два года на концертах.

Спецпроект

Загружается, подождите ...