Москва
Москва
Петербург

Трилогия

u u u u u Мнение редакции
Автор:
Свой новый роман "23 000" Владимир Сорокин построил по законам классической музыкальной композиции.

Владимир Сорокин очень музыкален. Это качество восхищает его поклонников и раздражает противников, которым не нравятся предложения вроде таких: "Голые по пояс девушка и парень зажимают ладонями друг другу раны в центре груди". В последней части "ледяной" трилогии — "23 000" — Сорокин пошел еще дальше и стал заботиться не только о мелодичности фразы. Он как бы исполняет вариации нескольких основных тем "Льда" и "Пути Бро", превращая таким образом роман в литературное подобие третьей, завершающей, части классической сонаты. И с этой точки зрения решение отказаться от выпуска "23 000" отдельной книгой выглядит не только оправданным, но и единственно верным. К тому же не знакомому с содержанием первых двух книг будет сложно разобраться в третьей. Вся эпопея настолько насыщена своей собственной мифологией, в ней так много доблестных героев и разветвленных сюжетных линий, что любая попытка изложить ее отдельные части будет походить на пересказ многосезонного телесериала.

Завязку сюжета новой книги автор обозначил еще в "Льде" — книге, в которой "воины Света" ударом ледяного молота проверяли "мясные машины" (то есть обычных людей) на способность "говорить сердцем", то есть на принадлежность к своему нордическому ордену. В финале первого романа своей эпопеи он вводит в повествование ребенка — мальчика Мишу, вырастающего в новой книге в могущественного "воина Света". Однако в центре повествования "23 000" не он, а новые герои: русская американка Ольга Дробот и ее напарник Бьорн, в прошлом — "мясные машины", а в настоящем — те самые парень с девушкой, что зажимают друг другу раны. Они из числа тех, кого ледяной молот не убил, в "братьев Света" тоже не превратил, но сделал сильнее — открыл им сердце, которое свербит, хоть и говорить не может. Эти двое рифмуются у Сорокина с динамической парочкой первых "людей Света" из "Пути Бро" — собственно Бро и его боевой подругой Фер.

"23 000" оркестрованы эффектными сюжетными коллизиями — побегами, стрельбой и т. п., хоть сейчас снимай "Ледяной дозор". Финал торжественен — Ольгу и Бьорна используют для осуществления Рагнарёка (так древние скандинавы называли конец света). Двадцать три тысячи людей-лучей под гул космической симфонии покидают матрицу, населенную бездумными "мясными машинами", а эти двое просыпаются в мире без сотовой связи, холода и льда и уходят рука об руку, ступая по "теплому мрамору".

Историю о том, что боги умирают, а Бог и подведомственные ему люди остаются, Сорокин рассказал еще более легко и безыскусно, чем притчу о "Пути Бро". И по смыслу, и по своему до примитивности лапидарному языку "23 000" напоминают уже не притчу, а миф — только миф постгуманистической эпохи. В финале он вполне естественно закругляется прямо-таки библейской темой хождения по мукам и возвращения в рай, право на которое не обретается через причащение божественного, но зарабатывается собственной кровью и ежеминутными усилиями.
17 января 2006,
Трилогия
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Отзывы
Пока не было оставлено ни одного отзыва. Станьте первым!
Обсудить на форуме
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация