Петербург
Москва
Петербург
Смотреть фотогалерею

Александр Лабас (1900-1983)

Открытие выставки одного из крупнейших авангардистов 1920–1930-х Александра Лабаса в День космонавтики
Для художника, расцвет творчества которого пришелся на конец 1920-х и 1930-е, такая страсть ничуть не удивительна. Вся юная страна бредила покорением небес. Молодежь строем шла записываться в аэроклубы. Ученые всерьез предрекали, что вскоре воздушный транспорт заменит автомобили и трамваи. Архитекторы-конструктивисты строили свои здания в форме (вид сверху) звезд, тракторов, серпов-молотов – именно в расчете на то, что рассматривать новые коммунистические города будут с высоты птичьего полета. Аэроплан был символом прогресса, а прогресс был новой религией, и художники не оставались от нее в стороне.

Самые известные работы Александра Лабаса связаны именно с небом. «В полете», «Первый советский дирижабль», «Дирижабль и детдом», «Город будущего» (тот же дирижабль в разрезе) – все сплошь аэростаты, самолеты, парашюты. Но даже они для Лабаса как художника не главное. Главное – воздух, который он как никто умел чувствовать и передавать. Синь неба, хрустальная прозрачная даль, города и луга далеко внизу, всегда словно только что омытые дождем, – в этом ему не было равных. На выставке в Русском, впрочем, много и набросков, и портретов, и жанровых сценок, демонстрирующих то же самое: Лабас виртуозно владел одной из самых сложных живописных техник – акварелью, и к чему бы ни обращалась его легкая кисть, все начинало сиять и звенеть чистым прозрачным цветом.

Александр Лабас был ровесником ХХ века, он родился в 1900 году в Смоленске, а уже в 12 лет поступил в московское Строгановское училище. Потом были революция, знаменитый ВХУТЕМАС, обучение у таких, казалось бы, несопоставимых художников, как Кончаловский и Малевич, Машков и Лентулов. Споры с ними. В 1925 году стал одним из основателей ОСТа – «Общества художниковстанковистов». Вместе с Дейнекой и Штеренбергом воспевал индустриализацию, мечтал о будущем, когда машина освободит человека от повседневного труда и оставит ему только созидание. «В наш век, – писал он в дневниках, – возникли новые ритмы, сочетания звуков, цвета, новый характер современного города, возможности быстро видеть разные концы земного шара, воспринимать все с новых, прежде неведомых точек зрения – из поезда, автомобиля, самолета, космоса. Все это влечет за собой новые возможности в искусстве».

Возможности оказались уж слишком новыми. В середине 1930-х, когда советская культура резко развернулась от авангарда к социалистическому реализму, Лабаса со товарищи нарекли формалистом. Посадить не посадили, но путь в музейные коллекции и на выставки ему закрыли надолго. Первая (и последняя при его жизни) персональная выставка состоялась лишь в 1976 году. Тогда Лабаса открыли заново, вернее, только начали открывать: этот процесс идет по сей день, и выставка в Русском – один из его этапов.

Стоящий слегка в стороне от мейнстрима как авангарда, так и соцреализма, никогда не поступавшийся этим своим отстраненным положением, Александр Лабас – возможно, одно из самых интересных открытий истории нового отечественного искусства. Уже сейчас понятно, что он точно осознавал свои место и роль в этой истории, когда писал в дневнике: «С каждым десятилетием мои работы будут более и более понятны, а через 50 или 10 лет они зазвучат в полную силу, и все увидят в них наше время, которое, как мне кажется, редко кто чувствовал так, как я, и умел разобраться в очень сложных явлениях нашего потрясающего ХХ века. Я был рожден удивительно точно во времени, мне этот век подходит как никакой другой».
28 февраля 2012,

Персона

ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация