Италия с глазу на глаз - Фото №0
Италия с глазу на глаз - Фото №1
Италия с глазу на глаз - Фото №2
Италия с глазу на глаз - Фото №3
Италия с глазу на глаз - Фото №4

О месте

Виллы эпохи Ренессанса, зеркальное озеро Гарда, заповедная Виченца, а также застолья с сельскими гастрономическими шедеврами и купание в термах - Венето, северо-восточная провинция Италии, полна "безвестных" сокровищ.

Самое знаменитое, что есть в Венето, это Венеция.

Но теперь, объездив некоторые секретные уголки провинции, я бы поостереглась называть ее самым замечательным: известно ведь, что растиражированные места как будто обесцениваются всеобщим вниманием — красота их словно и не принадлежит уже твоему личному путешествию. Венеция в этом смысле задает тон — львиная доля туристов прибывает сюда, а потом дружным маршем отправляется в Верону, город Ромео и Джульетты (где автор драмы Шекспир, как известно, никогда не бывал). Тут тоже поток — от одной хрестоматийной достопримечательности к другой. Зато остальное — Виченца, где на пустых улицах рядами выстроены дворцы Палладио, «ученая» и «набожная» Падуя с фресками Джотто, Эуганские холмы с термами и виллами чинквеченто — все это покрыто налетом провинциального покоя и безвестности. И потому дарит непередаваемую радость общения с Италией тет-а-тет.

…Самолет приземляется в аэропорту Марко Поло. Не заезжая в Венецию (хотя до нее рукой подать, лагуна даже видна из окна поезда и запах уже венецианский), отправляемся в термальный городок Монтегротто. Здесь понравится «профессиональным иностранцам» — людям, которые путешествуют по правилу «питаться там, где местные, и заказывать то, что приносят им». В эуганские термы (в Абано, Гальциньяно, Монтегротто) ездят в основном сами итальянцы. Здесь можно поселиться в большом отеле и воздать должное местным лечебным водам. К вашим услугам будут с полдюжины бассейнов: крытых и открытых, с водой разной температуры, с аттракционами вроде бьющих с высоты массирующих струй, мраморных лежанок-джакузи, ручейков с ледяной и нестерпимо горячей водой и пр. В жару народ загорает на газонах, ныряет в гроты, курортничает в компании с мороженым и ледяной гранитой. В зимнее время прячется под гулкими сводами купален и злоупотребляет массажами и эуганскими грязями.

Холмы и термы

В отеле, впрочем, не обязательно останавливаться — можно просто купить входной билет в спа-зону. Мы так и делаем, навещая термы отеля Petrarka. А жить предпочитаем в доме на холме, точнее, в особняке 1800 года постройки, в отеле Le Pastorie 21.

Эуганские холмы — пейзаж столь же запоминающийся, сколь и знаменитые тосканские дали. Только не такой открыточный. Эти холмы похожи на гигантские кочки — есть в них что-то нарочное, мультипликационное. Гряда мохнатых «кочек», как будто нарисованных несерьезным художником, уходит вдаль, к горизонту. Почти каждую из них венчает утопающий в садах старинный дом: лестница заставлена горшками с геранью, тут же цветущие гортензии, чугунные фонари, сухие фейерверки лавандовых зарослей… На склонах — через один — пасутся лошади. На террасах домов, откуда открывается фантастический вид, собираются компании — место идеально подходит для классического dolce far niente, «сладкого безделья».

Нас тоже хозяева особняка приглашают присоединиться. Радостно пошумев и поудивлявшись на русских, открывают новую бутылку просекко серпино («сами делаем!») и нарезают белый сыр азьяго — гордость Венето из одноименного городка в предгорьях Альп. А с утра мы снова на машине спускаемся с холма и едем исследовать земли — без колес здесь нечего делать. И за поворотом дороги на Лувильяно нам открывается вилла деи Вескови, грандиозная «вилла епископов». Строили ее разные епископы начиная с 1474 года — больше сотни лет, и каждый пристраивал к дому что-нибудь величественное.

— Нет, зайти туда сейчас не получится, никаких наследников не осталось, вилла заброшена, — рассказывает хозяин придорожной траттории аккурат напротив виллы, с явным презрением (несмотря на свое плачевное положение) взирающей на мир с холма. В этой траттории, кстати, если случится обедать, обязательно закажите trippa — здешнее блюдо из требухи и еще биголи с шалфеем и сливочным маслом. Лучшего я в Венето, кажется, нигде не пробовала.

Виллы на воде и на суше

Виллы в Венето — вообще особая история. Само понятие villeggiatura — дачное, по Чехову, времяпровождение на вилле — происходит именно отсюда. Появление его относится к тому самому чинквеченто, XVI веку, когда богатые венецианские патриции начали вкладывать капиталы в terraferma, «твердую землю» за пределами города на воде (так венецианские владения распространились на западе до Милана, а на востоке — аж до Хорватии). Вилл — а под этим словом в Венето подразумеваютздание, стены которого расписаны как минимум Веронезе или Тицианом, — сохранилось около 5 тыс. И можно с путеводителем в руках объехать самые обязательные, самые красивые. Или другой прекрасный вариант: сесть на кораблик в Падуе и доплыть до Венеции по реке Брента. Вдоль берегов по обе стороны стоят, обращенные великолепными фасадами к воде, наиболее «статусные» особняки. 32 километра неспешного хода по узкой реке, с шлюзами и разводными мостами, с ивами, кланяющимися до воды, — в декорациях, которые опровергают утверждение, что слава земная проходит.

Эстетика венетских вилл, довольно быстро распространившаяся на весь мир, началась с архитектора Андреа Палладио. В палладианском стиле построены Большой театр, фондовая биржа в Нью-Йорке и любой мало-мальски классический музей в Латинской Америке. Кем бы мы ни были, палладианство составляет часть и нашей культурной ДНК, так что любопытно взглянуть на истоки этого явления.

Самое знаковое творение Палладио — вилла Ротонда на окраине Виченцы. Я еду к ней утром на велосипеде из города: узкая дорожка для велосипедистов петляет мимо старинных двухэтажных цвета охры домишек, котов в окнах, палисадников, заводит в кукурузные поля и наконец выныривает возле крутого подъема на холм, на вершине которого стоит величественная — без вздоха не подступиться — вилла. Монументальные колонны под треугольником с барельефом, широкая лестница, античные фигуры на каждом выступе — такой фасад, достойный оперного театра, а не «дачи» посреди кукурузных полей, у виллы Ротонда не один. Их четыре — совершенно одинаковых, с каждой стороны света. Сам Палладио объяснял нетривиальный ход тем, что не смог выбрать, с какой стороны пейзаж краше. Поднявшись наверх, смотришь на окрестности: проносятся грузовики и легковые автомобили, чуть подальше — тепличные хозяйства, водонапорная башня… Но наблюдая за всем этим с порога виллы Ротонда, понимаешь вдруг, что за «возвышающий обман» был для человеческой породы весь этот Ренессанс, — и примеряешь его как будто на несколько минут на себя.

Виченца совершенно непостижимым образом остается за рамками туристических маршрутов. Через несколько дней, проведенных в городе, начинаешь узнавать людей на улицах — потому что, собственно, только тем в Виченце и занимаешься, что ходишь целыми днями по этим улицам-анфиладам, а народу на них совсем не много. Куда больше домов-палаццо с бронзовымиподсвечниками под окнами, с бесконечными портиками, которые защищают и от дождя, и от солнца (раньше фасады этих палаццо украшали еще и фрески, но во времена, когда в Венеции свирепствовала чума, их в целях дезинфекции смыли). Многие из потемневших от времени дворцов построены собственноручно Андреа Палладио и его лучшим учеником Виченцо Скамоцци. Виченцу называют музеем или даже заповедником Палладио. Здесь все сохранилось в фактически нетронутом виде: свой город великий архитектор, не покладая рук, ревностно готовил к тому, чтобы затмить славу столичной Венеции (современники, безусловно, отдавали Андреа Палладио должное, но в Венеции строить не давали). С его кончиной Виченца эти потуги забыла и раз и навсегда признала, что Палладио — лучшее, что с ней когда-либо случилось и может случиться.

Так до сих пор и живет. Сразу за крепостной стеной — в четверти часа прогулочным шагом от Пьяцца деи Синьори — поле все с тем же вездесущим маисом. Скучающий шоколатье выглядывает из дверей своего магазинчика, завидев на пустынной улице незнакомые лица. В ресторанчике за углом от Базилики хозяин сам приносит тарелку с ярко-желтой полентой, бокал с ароматным соаве — и тут же присаживается за столик, порасспрашивать о дальних странах. Удивительное ощущение — в Виченце кажется, будто на полном серьезе ты пришел ко всем этим людям в гости, в их дом. И им, судя по всему, тоже так кажется.

Обед под занавес

Исколесив Венето вдоль и поперек (хотя расстояния здесь — от силы два часа из конца в конец), побывав и в Падуе, и в городках-крепостях Эсте и Монтаньяна, чьи зубчатые стены и башенки настолько неправдоподобно сказочны, что кажутся вырезанными из картона, и в «высокогорной» столице Доломитовых Альп Беллуно, мы решаем вознаградить себя поездкой на воды. В Италии ведь все — с щедростью чрезмерной, так и на западе Венето, для полного комплекта, обнаруживается широкое, как море, озеро Гарда. От Вероны до ближайшего прибрежного городка Пескьера ди Гарда — рукой подать. На воде у причала качаются яхты, чайки кричат, в лавках, несмотря на несезон, продаются надувные бегемоты, а в ресторанчике нам уже вовсю готовят тюрбо: вкусно, до корочки, обжаривают ее на гриле, и к ней артишоки. Вот, размышляю в ожидании, чего мы только не пробовали за это путешествие — и копчености всех мастей, и утку с кроликом, и даже, неловко признаться, ослятину (а что, региональное блюдо!). Про рыбу даже как-то и думать забыли, а вот и она.

Так и с Венето: мне кажется, обернись я сейчас, снова увижу все новое, незнакомое и совершенно неожиданное. Одних вилл еще на две жизни хватит.


Посольство Италии:
121002, Денежный переулок, 5, тел. (495)796 9691, 241 1533
Стоимость визы - от 2500 р.

Спецпроект

Загружается, подождите ...