Голый энтузиазм: 5 человек, которые работают за идею, а не за деньги

Борьба за чистый район, помощь детям, собственный телеканал с «добрым» контентом. Time Out поговорил с пятью москвичами, которые работают на добровольных началах, не рассчитывая на оплату своего труда — или в надежде получать доход в будущем.

Максим, экоактивист

Последние семь лет Максим спасает зеленые насаждения. Он входит в группу активных жителей дома, которые регулярно собирают подписи, ремонтируют, участвуют в акциях прямого действия — если нужно выйти и оказать сопротивление. За это время им удалось высадить 50 деревьев и 100 кустарников, отменить строительство мусоросжигательного завода, защитить двор от расширения проезжей части и создать парковую зону вместо бизнес-постройки и нелегальной парковки.

За семь лет Максим сменил множество работ. Однажды ему даже пришлось баллотироваться в депутаты, чтобы пробить одну из инициатив их группы. Его тип занятости основывается на главной идее: если работа начинает мешать полезному делу защиты окружающей среды, выбор делается не в ее пользу. А дело всей его жизни — экоактивизм — просто дает Максиму надежду прожить жизнь в здоровом окружении. Никакой материальной выгоды ни сейчас, ни в перспективе эта деятельность ему не принесет. Он называет это «инвестициями в будущее»:


«Если человек изначально живет в уплотнительной застройке, в плохой экологии и шумной среде, то он не замечает этих проблем, считает их своей естественной средой обитания. Трудно бороться, когда люди слаще морковки ничего не ели. Когда приезжаешь в другие районы — в Марьину Рощу или Новогиреево, — понимаешь, что людям там все равно. А в Ясенево такое бы не прошло, мы бы не терпели. Мы ощущаем себя неким анклавом. Самым экологически чистым районом города. Мы регулярно собираем подписи, ремонтируем, ставим камеры и шлагбаумы, если нужно — выходим и оказываем сопротивление, приходится иногда выходить в дождь-снег, что-то откапывать, закапывать и высаживать.

«Даже радость от побед — она такая измученная, тихая, приправленная страхом»

Можно присоединиться, конечно, к экологическим группам в интернете, выбрать острые и волнующие направления, но если нет связи с конкретным местом, если вы не можете защитить и обезопасить прилегающую к дому территорию, то нет смысла продолжать вариться в собственном соку на экологических форумах.

Если говорить об энтузиазме как таковом, то для меня это — массовое явление. Мне кажется, что время одиночек-героев прошло. Как в искусстве, науке, так и в общественных сферах. А активистов «шашки наголо» надолго не хватит. То, что я делаю, не сопровождается ни воодушевлением, ни подъемом, ни восторгом. Даже радость от побед — она такая измученная, тихая, приправленная страхом. Потому что всегда все может обернуться вспять. От энтузиазма остается только преданность идее. Уместнее сказать о жажде выживания, ведь здоровая среда обитания превращается из права в привилегию».

 

Анна, арт-терапевт, волонтер детского ожогового отделения

Несколько лет назад Анна создала первую в Москве специализированную студию арт-терапии для детей и взрослых. Последний год два раза в неделю она с коллегами ходит в больницу к «детям-бабочкам». Их так называют, потому что они страдают буллезным эпидермолизом — их хрупкая кожа отслаивается при малейшей травме. Дети доживают до 10, иногда до 20 лет. Анна занимается с ними творческой терапией, играет, делает театральные постановки. Эта деятельность априори не подразумевает никакой материальной выгоды. Можно назвать ее голым энтузиазмом, а можно — осознанной необходимостью:


«Нам важно не просто один раз сходить к больным детям и считать, что эту тему проиграл. Важно видеть, какие результаты эта работа приносит и как ее можно сделать эффективней для конкретных детей. Они там лежат голые, их не выпускают на улицу, им постоянно делают перевязки. И никаких развлечений, никакой возможности хорошо проводить время. Очень сложно в России объяснить, что нужны деньги не только на раковых больных, а еще на очень простых детей, у которых даже есть родители, чтобы они не инвалидизировались в больницах. Как можно не построить классную, офигенную комнату со специальными столами и стульями для специальных детей, где они могли бы тусить? Даже если ты месяц лежишь в больнице и просто плюешь в потолок, ты потом навсегда будешь травмирован, не говоря уже о годах.

«Когда мамы радуются — кажется, будто их дети не болеют»

Самое радостное, если честно, это даже не то, когда детям хорошо… Да! Но со многими детьми в больницах лежат их мамы. Вот когда я вижу у мам желание вместе с детьми что-то делать, а не мучить их своим бесконечным вниманием и поправлять им повязки, когда мамы радуются — кажется, будто их дети не болеют.

Есть энтузиазм социальный, есть политический, творческий. Можно ходить и раскрашивать стенки и вообще не понимать — что дальше? А можно заниматься с детьми в больницах и превратить эту деятельность в систему».

 

Константин, коуч, тренер волонтерских групп

Пять лет назад Константин получил диплом психолога. Работа стала его любимым занятием — настолько, что он, часто бесплатно, работает в качестве волонтера на городских фестивалях и конференциях. Перед началом работы, например, субботника Костя собирает группу волонтеров и объясняет им, как выполнить задачу лучше и эффективнее. Он выступает медиатором между участниками, организаторами и волонтерами, помогает им найти общий язык, добивается для волонтеров навесов, питьевой воды, «проходок» и всего, о чем могли забыть и не позаботиться организаторы. Константин от денег не отказывается, но готов и бесплатно постараться ради хорошего дела:

«Я консультирую людей по вопросам межличностного и семейного общения и поиска себя в жизни. Особенно мне нравится работать с волонтерами, потому что это особенная категория людей, которые ставят социальные задачи выше личных. И это соответствует моим внутренним ценностям.


Бывает, нужно организовать какое-то мероприятие, но некому выйти вперед и сказать: «Я знаю, как это лучше сделать!» Когда я вижу, что какое-то вдохновляющее начинание, хорошее дело может получить движение, мне хочется приложить к этому силы.

«Если люди вкладываются в то, чтобы сделать общество лучше, общество должно к ним тоже обращаться с ответными шагами»

Часто приходится просто прояснять, зачем люди вообще приходят в такие группы. Кто-то пришел потусоваться, хорошо провести время, кто-то — чему-то научиться или получить новые связи. И все эти цели важно свести в единое целое. Я иду к руководству и говорю: ребята, у меня столько-то волонтеров такого-то возраста, для них было бы желательно то-то и то-то. И они не просто бесплатные рабы, они будут лучше работать, если вы им организуете достойный прием. И я пробиваю часто даже то, о чем заранее, может быть, никто не подумал: попить, присесть, отдохнуть, отдельный шатер. Если люди вкладываются в то, чтобы сделать общество лучше, общество должно к ним тоже обращаться с ответными шагами.

Я верю в то что это улучшает нашу жизнь, хотя это и не монетизируется. Люди хотят объединяться, хотят служить добру, простите за громкие слова. Моя миссия — повышать в людях осознанность своих мыслей, чувств и действий».

 

Инна, зоозащитница, «менеджер по животным»

Инна спасает животных уже девять лет: подбирает их на улицах, отвозит в приюты, раздает людям. Сейчас у нее появилась своя команда. На их попечении приют из 50 взрослых животных, которыми Инна занимается по четыре часа в день, иногда дольше. Второй год она занимается проектом Puppy Russia — «Щенки России», который помогает желающим забирать собак в Германию, Бельгию и Голландию. Инна говорит, что, как только подбираешь свою первую собаку, становишься другим человеком. Деньги она зарабатывает преподаванием немецкого языка, также у нее есть пара небольших бизнес-проектов. Единственное, о чем Инна мечтает, — создать площадку по реабилитации животных при каком-то фонде, чтобы перестать собирать необходимые для них деньги на своих страницах в соцсетях:


«Спасти, забрать животное с улицы может каждый. Но потом видно, что люди не справляются, что они вообще не поняли, зачем это сделали. Есть люди, которые могут финансово оплачивать передержки, но в приюты не приезжают. Я занимаюсь с этими животными, гуляю с ними и разговариваю, учу их командам. За счет этого они имеют больше шансов пристроиться по сравнению с другими животными. Главное, чтобы были социальные, умели общаться с детьми и другими животными.

«Все хотят, чтобы животное было красивым. А нужно, чтобы брали неважно каких, даже без лапы»

Я часто подбираю щенков, иногда целые пометы. И тут как раз выстреливает этот вот менеджмент, о котором я говорю. Мы смеемся с подругой, что я dog manager. Я принципиально против всяких коммерческих передержек и постоянно пытаюсь договориться с дворниками или бабушками, которые берут щенков на какое-то время за деньги.

В России уезжают домой те, которые беленькие и с розовыми носиками. Все хотят, чтобы животное было красивым. А нужно, чтобы брали неважно каких, даже без лапы. Очень много собачников с породистыми собаками, которые считают, что какие-то там дворняги на улице — это низшая каста. Меня это поражает. Когда ты видишь свое животное в сытости и тепле, если ты нормальный, ты должен видеть то, что есть и другие животные, которые этого не имеют, которым нужна помощь.

Мне кажется, что общество изменилось. Раньше люди были очень ориентированы на покупки. Сейчас они открывают сердца для чего-то еще, как бы патетично это ни звучало. Если это не животные, то дети или общественная деятельность. Сосредоточенность на себе и своем благополучии закончилась, и это радует».

 

Юрий, режиссер, создатель телевизионного интернет-канала

Юрий сделал десятки фильмов на разных федеральных каналах в качестве режиссера-постановщика. Последние его работы — фильмы-портреты к юбилеям Ломоносова и Ростроповича, до этого — несколько документальных сериалов, фильмов и реалити-шоу на Первом канале и MTV. И вот пять лет назад Юра вместе с группой единомышленников (еще 20 человек) задумал стартап: интернет-канал Radimira.tv. Через пять лет работы без финансирования из всей группы единомышленников остался один Юра. Он говорит, что надоело продавать свои умения и талант ради рекламы и рейтингов каналов. Ему стало важно делать другой, «добрый» контент. Зарабатывать канал планирует точно так же, как все, — на рекламе. Но пока стартап так и не начал приносить доход, хотя аудитория растет. Юрий все еще рассчитывает найти финансирование, но пока делает свое дело на голом энтузиазме:


«Мы хотели восстановить цепи разных сообществ на единой медиаплощадке и сделали видеоканал для людей, «идущих своим путем». Направленность — экологическая и этнографическая. Наполнение — мастер-классы, образовательные программы, репортажи с тематических фестивалей и конференций. Я посмотрел, сколько сообществ «ВКонтакте», затрагивающих схожие темы, и увидел будущую огромную аудиторию. Этих сообществ уже более 400 в России, только зарегистрированных. Нас зовут фестивали и форумы, так как нет никого, кто мог бы осветить такой фестиваль, как, например, «Дикая мята», где 15 тысяч человек, или Форум загородной жизни. Эти события не освещаются на телевидении, а людям нужна информация, хотя бы для того, чтобы знать друг о друге.

«Мне надоело продавать умение и талант ради рейтинга каналов и рекламы»

Миссия — это то, что один раз почувствовал, и сложно сделать вид, что этого не было. Одни люди помогают безвозмездно, монтажом или съемкой, другие говорят, что сложно все это монетизировать, поэтому им неинтересно. И в профессиональной среде сложно объяснять, что у меня есть какой-то канал на YouTube, который я хочу и дальше делать. Мне надоело продавать умение и талант ради рейтинга каналов и рекламы, я снял уже более 30 фильмов для разных федеральных каналов и мог бы это умение применить для другого, «доброго» контента. Хотелось бы, чтобы деятельность, которой я сейчас занимаюсь бескорыстно, стала моей профессиональной деятельностью.

В чем особенность моего нынешнего занятия? Во всех своих неудачах я могу винить только себя. Наверное, нужно вкладывать больше энергии. Но главное — это делать!»