Борух Горин: «Нетерпимость — главная опасность для России»
Председатель правления Еврейского музея и Центра толерантности о терпимости и необходимости учить историю.
Вы один из тех, кто придумал этот музей. Как пришла идея?

— Мы хотели придумать что-то, чтобы люди, которые к еврейской традиции и иудаизму не испытывают никакого интереса, захотели что-то узнать и изменили свое отношение. Нам показалось, что самое интересное — это история. Российская империя была колыбелью всех изменивших мир еврейских идей: хасидизм, в значительной степени сионизм, гаскала — все отсюда. И вот возникла идея музея, где история евреев России была бы рассказана объемно, объективно, доступно и увлекательно.

— То есть вы не собирались делать мемориал вроде Яд Вашема?

— Было понятно, что этого делать не надо. История холокоста изучается глубоко и внимательно. В Иерусалиме, Вашингтоне, Амстердаме есть прекрасные музеи. Мы же хотели сделать что-то уникальное. Да и не очень было понятно, как вычленить историю холокоста из истории Великой Отечественной. Если в Европе Вторая мировая война стала катастрофой еврейства, то в СССР — катастрофой всего народа.

— А как появился Центр толерантности?

— Нетерпимость, ксенофобия, религиозная рознь — сегодня главная опасность для России. С этим можно бороться ужесточением законодательства, но запретами проблему не решить. Главное — просвещение. Не образование, а именно просвещение, чем и будет заниматься Центр. Здесь будут специальные групповые занятия для подростков — с обсуждением, а кто-то может прийти сам по себе. Вы смотрите небольшие специально созданные конфликтные ролики про разные виды ненависти — не обязательно по национальному признаку, а, например, про брезгливое отношение к инвалидам или неприятие иногородних. До и после просмотра предлагают ответить на несколько вопросов. И ответы до и после могут получиться противоположными. Когда человек начинает думать, не ослепленный яростью и ненавистью, а включая мозги, он меняется. Кроме того, Центр толерантности — это площадка для диалога разных диаспор или коренных москвичей с диаспорами. То есть то место, где люди будут не проклинать друг друга, а разговаривать — открыто и откровенно. Мы не уверены, что за 40–50 минут этих «саммитов» ответы на все вопросы будут найдены. Но если вопросы не задавать, ответов точно не будет. Никогда.

— От первых дней работы какие впечатления?

— Все выходят потрясенные. Главное ощущение — шок. Технологически это сейчас самый оснащенный в Москве музей. Да и в мире таких немного. Но я жду, что люди будут не только восхищаться технологиями, но и начнут учиться по этому огромному мультимедийному учебнику истории.