Сергей Борисов "Люди и время"

О событии

МДФ показывает в "Манеже" снимки летописца 1980-х Сергея Борисова. Он остановил мгновения катаклизма под названием "распад социально-экономической формации".

Сергей Борисов останется в истории отечественной фотографии прежде всего летописцем 1980-х. И это сказано вовсе не в укор до сих пор практикующему фотографу. Просто то нескладное, эклектичное, эйфорическое, не укладывающееся ни в какие стандарты и каноны шальное время на его снимках чувствует себя очень уютно. Борисову удалось создать портреты, или даже иконы эпохи, а это не так уж мало. Он остановил не просто летящие, а проносящиеся со скоростью света мгновения радикального катаклизма под названием «распад социально-экономической формации». Потому так часто персонажи его фотографий запечатлены то в полете (в буквальном смысле слова), но в каких-то самых неестественных позах, а то просто стоящими на голове. И это не оттого, что излюбленными моделями для Борисова была московско-питерская богема — от авангардных художников до молодых тогда Олега Газманова и Маши Распутиной. Просто эта публика по своему образу жизни была склонна к гуттаперчевой стихийности, непредсказуемости. И в них дух времени воплощался с особой легкостью. А они воплощали его собой.

Борисов распоряжался этой «преходящей натурой», не гоняясь за документальной достоверностью, играя с материалом постановочных фотографий. Сегодня многие его задумки и находки, приемы и решения кажутся дешевой провокацией, салонным авангардизмом, календарной эстетикой. Но тогда обнаженная красавица в военных ботинках и с двумя утюгами в руках или модники в майках с советской символикой действительно были оригинальным ходом — и диагнозом складывавшейся постсоветской культуре, в которой было еще много неискоренимо советского.

Борисов не был документалистом-хроникером, и тем не менее ему удалось запечатлеть слом времен с точностью летописца. Оттого на его снимках такое количество сталинской архитектуры. Карнавалы Борисова происходят на фоне монументальных задников, еще недавно казавшихся такими устойчивыми. Но вот все наоборот — в величественно-нелепых позах застывают его маргинальные персонажи, а знаки неофициальной культуры уже обречены на поражение. Круговорот эстетик в природе!

И вот сейчас, когда музей «Московский дом фотографии» показывает эти старые снимки в Манеже, они обретают неожиданную актуальность. Герои Борисова или умерли, или «забронзовели», а ностальгия по тоталитарной эстетике становится вездесущей. Персонаж и фон опять меняются местами. Может быть, нам просто не хватает той давней, перестроечной, борисовской оптики?

Спецпроект

Загружается, подождите ...