Как я перестал беспокоиться и полюбил Собянина
Сначала я Собянина тоже, как и все, не любил. И стук отбойных молотков, ломающих асфальт по ночам, не улучшал моего отношения к мэру. А потом я неожиданно стал замечать в городе новые, ранее невиданные явления.

Москвичи невзлюбили Собянина сразу и надолго. Как в старом анекдоте про неудачника: «Боже, почему у меня все плохо?» — «Ну не люблю я тебя». Мэр и театры открывает, и песни про мурзилок поет, а ему в ответ все припоминают происхождение («оленевод»), снос киосков и трагикомическую эпопею с плиткой. Еще о мэре часто произносят хрестоматийное «от него кровопролития ждали, а он чижика съел»: Собянину следовало арестовать всю прежнюю мэрию, включая экс-градоначальника, и превратить Москву в ангельский город-сад, а вышла какая-то дорожно-разметочная канитель.

Но постепенно я начал замечать в городе новые, ранее невиданные явления. Чем еще пять лет назад запоминалась Пятницкая? Грязноватой ярмаркой, парикмахерской для диаспоры во дворе у «Новокузнецкой» и скульптурной композицией «Первородный грех», возле которой сограждане пили, знакомились и проводили время в соответствии со смыслом памятника. А теперь там широкие тротуары, по которым можно ходить, а вокруг кафе, в которых приятно сидеть (зайдите хотя бы в «Жигу Дрыгу»). То же самое на Покровке, Маросейке и Дмитровке. Конечно, каждый москвич в душе фанатик евроремонта и хочет, чтобы плитка на этих улицах лежала по ватерпасу горизонтально, — но такого не бывает даже в Копенгагене.

Или выяснилось, что главный на улице не жлоб в трениках на внедорожнике, который едет на красный свет и паркуется на тротуаре, а я, пешеход. Меня наконец-то пропускают на переходах. В переулках у Ордынки и Сретенки больше не нужно вилять, чтобы обогнуть автомобили, стоящие по команде «разойтись и оправиться». А когда на выезде из какого-нибудь бизнес-центра охранник машет «подожди, машина проедет» — это ретро и чистый скандал: теперь обычно автомобиль ждет, пока я пройду. Водители в Москве недовольны платной парковкой (удобной, ясно размеченной, за которую можно заплатить с помощью мобильного приложения), но вспомните, как стоянки в городе выглядели пять лет назад: с самозахватами и самозваными парковщиками в кепках, которые общались исключительно в манере «пойдем выйдем».

Wi-Fi теперь есть везде или почти везде: в метро, в парках, даже на некоторых остановках. Причем бесплатный. Чтобы им воспользоваться, иногда нужно посмотреть рекламу презервативов, но это даже своего рода сексуальное просвещение. Автобусы по выделенным полосам стали приезжать вовремя: для города, привыкшего жить по принципу «удивительно не то, что трамваи не ходят, удивительно то, что они ходят», это совершеннейшая революция. И даже пресловутые табло на остановках — работают! Я точно знаю, сколько ждать автобуса у метро «Коломенская» и стоит ли вообще его ждать.

Над альтернативным транспортом, который насаждает мэрия, принято смеяться, но смотрите: велосипеды, самокаты и лонгборды стали нормальными городскими средствами передвижения. На них ездят на работу. Даже городским велопрокатом охотно пользуются: в мае и июне москвичи совершили на арендованных байках более 250 000 поездок. Другие оздоровительные процедуры, прописанные Собяниным, тоже дают эффект. Спортивные площадки есть почти в каждом дворе, и они не простаивают. Чаще в футбол там играют не потомственные офис-менеджеры, а гастарбайтеры — но это как раз тот случай, когда у приезжих стоит поучиться. И москвичи постепенно учатся: как раз на выходных наблюдал, как две семейные пары во дворе у Третьего кольца, чтобы позаниматься, выгнали алкоголиков с площадки для воркаута.

Стало приятнее ходить в поликлиники. Даже в Беляево на прием можно записаться через интернет, потратив на это пару минут, хотя раньше приходилось волочиться в поликлинику на своих двоих к восьми утра и ругаться в регистратуре, которая, естественно, потеряла карту. Теперь бумаги сразу обнаруживаются у медсестры в кабинете, а за день до приема приходит SMS с напоминанием. Врач доступен в выбранное тобой время и печатает рецепты на принтере.

Про парки даже говорить нечего — по ним теперь можно гулять не в сапогах-забродах, а в нормальных городских туфлях. Музеи… При Лужкове арт-центров, похожих на нынешний «Гараж», в городе вообще не было. А еще городские фестивали — нет, они не стали хорошими, там до сих пор хватает массовиков-затейников, окончивших заборостроительный, но по крайней мере в пределах центра на гуляниях можно присутствовать без тошноты.

И еще одно изменение, мало кем замеченное. В мэрии появились лица, на которые можно смотреть без ужаса. Помните эти красноватые щеки больших хозяйственников, из-за которых необязательным вторым ярусом выплывали хитрые глазки? Почти нет больше ни щек, ни глазок. Чиновники стали стройные, подтянутые и улыбчивые. И в городских службах типа «Одного окна» наряду с непременными грымзами появились милые вежливые девушки, которые умеют связывать слова в предложения. Где же вы, любимые, во времена Юрия Михайловича прятались? Даже охранники в поликлиниках больше не смотрят на тебя как на ничтожество. Они вежливо подскажут кабинет и, если попросить, проведут к гардеробу.

Но главное — московские чиновники теперь с тобой разговаривают. Плохо, неумело, но разговаривают. Просят жаловаться на сайте «Наш город». Спрашивают через портал «Активный гражданин», какие цветы ты хочешь видеть во дворе и собираешься ли отмечать День реки. Иногда мэрия по привычке обманывает — например, когда москвичи ясно сказали, что не хотят в городе автолавок, в Департаменте торговли им ответили: мы их все равно сделаем, только нового образца. Но часто ведь прислушиваются. А случается, что под давлением жителей даже отменяют собственные решения. Мы не захотели, чтобы на севере города появился мусоросжигательный завод — его не построят. Мы против «перевернутой люстры» в качестве парламентского центра в Мневниках — конкурс проведут снова.

Конечно, всякая власть в России отвратительна, Москва по-прежнему не Лондон, и Собянин не ездит на работу на велосипеде, как Борис Джонсон. Но не требуйте от него сразу слишком многого — он все-таки продукт своей системы. И, конечно, все случившиеся в Москве изменения можно игнорировать. Закрыть глаза и продолжать твердить, что из-за «оленевода» в городе все плохо. Но когда эпоха Собянина закончится — а в области культуры она уже завершается, посмотрите хотя бы, как под давлением Минкульта в парки снова проникает патриотический официоз, — мы будем сожалеть о нынешнем мэре куда больше, чем о Юрии Михайловиче. Я думаю, в виде исключения можно воздать ему должное и сейчас — так сказать, при жизни.

Спецпроект

Загружается, подождите ...