Петербург
Москва
Петербург
Дело Табакова

Дело Табакова

Театр под руководством Олега Табакова привозит на гастроли лучшие спектакли последних пяти лет.

Гастроли будут полноценными. Из уже известного покажут спектакли Миндаугаса Карбаускиса, начиная с «Дяди Вани» Чехова и заканчивая «Рассказом о семи повешенных» и «Рассказом о счастливой Москве». Два последних показывали в нашем городе совсем недавно — в сентябре на «Золотой маске». Спектакли же молодого и перспективного режиссера Константина Богомолова у нас еще не шли, хотя в Москве они всегда становятся ключевыми событиями театрального сезона и горячо обсуждаются в прессе. Привезут «Старшего сына» Вампилова с Юрием Чурсиным в роли хулигана Бусыгина, авантюрно вписавшегося в семью добрейшего музыканта Сарафанова. Второй спектакль гастролей, затертая до дыр «Женитьба Фигаро» поставлена Богомоловым непривычно: с пьесы как будто содраны все штампы, облепившие ее из-за многочисленного тиражирования. В этот раз нет клоунских реприз и «брызг шампанского» — история получилась довольно грустной, про то, как страх сказать правду оборачивается большими проблемами. У спектакля отличный актерский состав — в углах любовного квадрата Олег Табаков, Марина Зудина, Сергей Безруков и Ирина Пегова. Еще привезут последнюю премьеру Богомолова в «Табакерке» — «Волки и овцы» Островского, которую даже в Москве не все успели посмотреть.

«Старший сын» трижды номинирован на «Золотую маску» — 2010. В том числе и за режиссерскую работу Константина Богомолова. О своей работе над этой постановкой режиссер рассказал Time Out.

Когда Олег Павлович Табаков предложил «Старшего сына», не было мысли — зачем это сегодня?

Была, но я перечитал пьесу и понял, что хочу это сделать. Меня поразило, что текст советского периода может оказаться таким живым, не в смысле современности, актуальности, а просто человеческим. Я чувствую там одиночество, желание любви, тепла, но в этом нет деланности, фальши. В своей профессии я ощущаю себя человеком учащимся, а не самовыражающимся. И мне было важно взять такую сложную, психологическую драматургию, в которой надо очень подробно работать со средой, с артистами, с бытом.

Процесс обучения для режиссера длится всю жизнь?

Да, конечно. Как и для актера. Можно продуцировать во внешний мир какую угодно степень уверенности, но внутренне ты должен понимать, что чего-то не умеешь, не знаешь. Если это ощущение есть, каждую новую работу начинаешь с нуля, несмотря на появившиеся профессиональные наработки, которые важно сознавать и бежать от них, а не радостно ими пользоваться.

Эта история сильно привязана к быту?

Понять вампиловских героев, сделать их живыми и полнокровными в той совершенно безумной ситуации, в которую они попали, можно через их связь со средой, внешним миром. Поэтому мне важно было в спектакле сохранить время, конец шестидесятых. И костюмы, и звукоряд не выбиваются из этой эпохи.

Является ли для вас эта работа этапной?

Да. Здесь минимум концептуальных режиссерских решений. Я всегда стараюсь тщательно работать с артистами, но степень доверия к актеру как к главному магниту зрительского внимания на сцене здесь большая, чем во всех других моих работах.

Вы видели какие-нибудь удачные постановки «Старшего сына»?

Я вообще не смотрел ни один спектакль по этой пьесе, а фильм терпеть не могу.

Почему?

Во-первых, там много не мотивировано, не решено. И во-вторых, на мой взгляд, там плохой Леонов. Это не его сфера обаяния. Когда такой добрый, беззащитный человек играет еще более доброго и беззащитного — это сироп.

Расскажите тогда про вашего Сарафанова?

Увидите в спектакле.

25 декабря 2009
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация