Зельфира Трегулова: искусство не может врать, и люди это ценят

О том, что нравится современной аудитории, о новом пути современных музеев и мамах с колясками мы поговорили с директором Третьяковской галереи Зельфирой Трегуловой, представившей на Деловой площадке Петербургского культурного форума новый блокчейн-проект Третьяковской галереи.

 

— В одном из интервью вы замечательно сказали, что музей — это место для людей. Казалось, бы, очевидная мысль, а для кого же еще?! Но многие из нас еще помнят времена, когда посетитель — он был словно враг в глазах пожилых смотрительниц. Да и сейчас случаются ситуации, когда в первые музеи страны не могут попасть, например, инвалиды-колясочники. Это частности, конечно, они могу случиться где угодно, но если в целом: на ваш взгляд, музей в России (не только в Москве и Петербурге) все-таки стал этим самым местом для людей?

— Музей создан для того, чтобы у посетителя выстроился внутренний диалог с произведением искусства. И абсолютно все в музее должно помогать человеку добиться внутреннего резонанса с подлинником: пространство, атмосфера, архитектура выставки, дружелюбие и профессионализм сотрудников, удобство посещения музея, в том числе отсутствие очередей и просторные гардеробы. И сейчас не только Третьяковская галерея, а все российские музеи идут по этому пути модернизации.

Музей создан для того, чтобы у посетителя выстроился внутренний диалог с произведением искусства. И абсолютно все в музее должно помогать человеку добиться внутреннего резонанса с подлинником

Могу привести в качестве примера Третьяковскую галерею на Крымском валу. В 2014 году это огромное здание в центре города посещало всего 250-270 тысяч человек. В 2015 году мы начали масштабную модернизацию инфраструктуры музея: полностью изменили дизайн входной зоны,  установили удобные кассы и локеры для рюкзаков, увеличили возможности гардероба, открыли первое кафе, музейный магазин, сделали внятную навигацию, провели масштабную реконструкцию внутреннего двора.

Внутренний дворик в Третьяковке на Крымском валу

Сейчас мы регулярно проводим тренинги с персоналом, запустили онлайн-продажи билетов на выставки и экспозиции. Итогом таких преобразований стало рекордное число посетителей в 2016 году — более 900 000 человек. За 2 года мы увеличили поток посетителей почти в 3 раза, превратив музей в удобное иммерсивное пространство.

— Как привлечь посетителей в музей? Поделитесь вашим опытом.

— Мы  инициировали самые интересные для наших постоянных посетителей проекты — это образовательные и развивающие программы: циклы лекций и дискуссии с участием не только самых ярких  российских, но и зарубежных спикеров, концерты.

Концерты в Третьяковской галерее

Недавно завершилась международная конференция с участием директоров крупнейших музеев мира, посвященная тому, как демонстрировать посетителю искусство XX века. Мы показываем кино, организуем специальные программы для детей.

Третьяковка стала местом, где приятно провести весь день.

Мы активно осваиваем цифровые технологии. На Санкт-Петербургском международном культурном форуме представили новый блокчейн-проект My Tretyakov. С его помощью мы хотим заинтересовать русским искусством и коллекцией нашего музея как соотечественников, так и иностранцев.

— Все помнят километровые очереди на выставки Серова, Айвазовского. В чем успех этих выставок?

— Действительно, почему прежние выставки не менее известных живописцев не вызывали такого резонанса в обществе? Думаю, причина в том, что мы стараемся выстроить каждый выставочный проект таким образом, чтобы этот конкретный художник, это явление в мире искусства было интересно для самого различного зрителя, буквально для всех. Мы делаем выставки только тех художников и тех исторических эпох, в отношении которых сформировался новый, современный взгляд.

Важно и то, что мы учимся на своих ошибках. После уже ставших знаменитыми очередей на выставку Серова мы изменили процесс покупки билетов, организовав онлайн-предпродажи, разделили посещения на сеансы. Не всегда все получается с первого раза, организация выставки — это крайне сложный процесс, требующий отдачи от большого числа людей, но уже на выставке  Айвазовского мы продемонстрировали, чему научились.

— На какое искусство есть запрос в современном обществе?

— Представленное в Третьяковке на Крымском валу искусство XX века крайне актуально. На выставки, посвященные творчеству Ильи и Эмилии Кабаковых или Михаила Ларионова, сейчас приходит людей больше, чем раньше на самую успешную за все предыдущие годы выставку пейзажей Исаака Левитана.

Я наблюдаю тенденцию тяготения людей к подлинникам, оригиналам. Причем не только в искусстве, во всем. Посетитель хочет видеть то, что нельзя исправить, сфальсифицировать, то, что подлинно по своей природе. Искусство не может врать, и люди это ценят

А в целом я наблюдаю тенденцию тяготения людей к подлинникам, оригиналам. Причем не только в искусстве, во всем. Посетитель хочет видеть то, что нельзя исправить, сфальсифицировать, то, что подлинно по своей природе. Искусство не может врать, и люди это ценят. И это подтверждает успех выставок последних лет.

— Вы сказали, что ваши выставки интересны разным людям. Действительно, заметно увеличилось число посетителей молодого возраста, в том числе мам с детьми. Но как сделать музейное пространство комфортным для всех?

— Да, молодежь стала посещать Третьяковку гораздо чаще, это видно невооруженным глазом, достаточно пройти мимо гардероба, где раньше можно было увидеть в основном людей третьего возраста.

Чтобы быть более интересными для аудитории, которая привыкла воспринимать информацию с помощью гаджетов, мы делаем специальные видеоролики, необычные аудиогиды, посвященные искусству XX века. У нас был проект с Живым Журналом, в ходе которого на экранах в залах посетители могли прочитать наиболее интересные рецензии и мнения о выставках. Проект, в том числе, приучал людей вербализировать свои впечатления, а с этим в нашем обществе, как мы знаем, проблемы.

Мы — один из немногих музеев, который пускает мамочек с колясками. Я по опыту своей дочери понимаю, как тяжело, в том числе с финансовой точки зрения, найти няню, особенно для того, чтобы пойти в музей. Разнообразные мероприятия сделали Третьяковку местом, куда можно прийти всей семьей.

Гостиная Arzamas для тех, кто хочет передохнуть посреди музея

Конечно, добиться комфорта для всех посетителей очень сложно, трудно найти тот баланс, при котором довольны были бы все. Согласитесь, тяжело выстраивать диалог с искусством, когда около тебя рыдает ребенок или громко вещает экскурсовод. Мы с большим трудом выстраиваем графики экскурсий для того, чтобы они не мешали группам и всем посетителям выставки. Не у всех гидов, к сожалению, сейчас есть устройства, передающие звук в наушники экскурсантам.

Тут нужно упомянуть и о повышенном уровне агрессии в обществе. Забудьте про грозных бабушек-смотрительниц! В наши дни очень трудно сделать замечание посетителю, не нарвавшись на грубость в ответ.  Мы на регулярной основе проводим тренинги с персоналом, чтобы обучить их работе с возражениями и вежливому обращению. И эта постоянная, кропотливая работа над созданием той особой атмосферы музея дает свои плоды.

Но самое главное — это само пространство экспозиции. Оно должно «разговаривать» с посетителем. Раньше постоянная экспозиция считалась константой, которую нельзя было трогать по 5-7 лет. Мы же пробуем, перевешиваем, экспериментируем и ждем реакции посетителя.

Сделано многое, будет сделано еще больше. И колоссальное повышение посещаемости музея, ажиотаж на последних выставках только подтверждают, как многого можно добиться, превратив музей в пространство для людей.

Беседовала Анастасия Комина