Дети ждут

Крепкая дружная семья — залог счастливого будущего для каждого ребенка, однако, не секрет, что детей, лишенных этого жизненного фундамента, немало. Учреждения для детей-сирот по-прежнему полны ребят, которые надеются, что где-то в мире есть их родители (усыновители), которые однажды придут и заберут домой. 

 

При взгляде на фотографии таких малышей у многих щемит сердце, но страх многочисленных проблем, связанных с принятием чужого ребенка в семью, остается одним из главных останавливающих факторов для многих потенциальных родителей. Кто эти дети из приютов и интернатов? Умеют ли они любить? Слушаться? Почему убегают из семей, где у них есть шанс на другую жизнь? И чего на самом деле ждут дети, оставшиеся без семьи и крова? С Тайм Аут Петербург поделилась своим опытом президент фонда «Дети ждут» Лада Уварова.

— Кого на самом деле ждут дети из приюта или детдома и ждут ли вообще?

— Этот вопрос я часто задаю ребятам, и на деле они и сами не знают толком ответа, не могут его сформулировать. Все дети хотят в семью. Даже самые задиристые и дерзкие подростки, которые на словах так любят независимость, хотят, хоть и не признаются. Другой вопрос — что для них семья? К сожалению, чем больше времени ребенок провел в учреждении, тем дальше от реальности его представления о жизни в семье. Когда я спрашиваю их о том, почему они хотят в семью, — ответ почти всегда неуверенный: «Там будет лучше». Чем лучше и почему, они не знают.

— А готовы ли они начать жить с нуля, с чистого листа — по-новому?

— Нельзя обвинять детей в том, что они к чему-то не готовы или не хотят в силу своего характера или опыта. Первое, что должен понять каждый будущий приемный родитель: любой ребенок из учреждения, даже самый маленький, хорошенький и здоровый малыш — другой. Это дети, не похожие на детей ваших соседей, родственников или друзей, тех, кого вы видите в парках или торговых центрах, они другие. И начинать жить с нуля в наших историях приходится и родителям тоже, потому что их представления о ребенке зачастую еще более далеки от реальности, чем у детей — о семье. Вот, представьте себе: двухлетний малыш, например, не имеет элементарных знаний о таких простых вещах, как горячее, холодное, острое, болезненное, потому что в учреждениях для самых маленьких все всегда теплое, мягкое, безопасное. Малыш жил в закрытом мирке, где невозможно навредить себе никаким образом, но и вместе с тем невозможно познать окружающий мир, получить опыт. В настоящем доме на него помимо повышенного внимания со стороны взрослых, к которому он тоже не привык, обрушивается новая физическая среда — опасная и непонятная.

Приемным детям необходимо объяснять самые элементарные вещи, основы, которых они не знают. Это шокирует и пугает родителей, потому что дети кажутся им инопланетянами, которые не умеют жить в нашем мире. Отчасти они такие и есть

Приемным детям необходимо объяснять самые элементарные вещи, основы, которых они не знают. Это шокирует и пугает родителей, потому что дети кажутся им инопланетянами, которые не умеют жить в нашем мире. Отчасти они такие и есть. Все дети, выросшие не в семьях, отстают в развитии, в первую очередь — эмоциональном и опытном. Это не означает, что они глупее, они просто не имели возможности получить вовремя какие-то основы и, оказавшись в семье, теряются сперва. Именно поэтому школа приемных родителей — самый первый и очень важный этап в процессе усыновления. Только там можно узнать не только о будущих трудностях, но и о способах их избежать или исправить. Успешные родители, готовые делиться опытом, — это самое ценное, потому что, как и дети, мы тоже не представляем, что такое усыновление на самом деле.

— Но ведь бывают и несчастливые истории. Рассказы о том, что дети сбегают, не могут подстроиться под жизнь в новых условиях, не любят и не ценят то, что им дает семья, — правда?

— В жизни случается всякое. Мой опыт подсказывает, что дети гораздо гибче и выносливее взрослых. У всех, конечно, свои истории, но даже те, кто прошел через настоящий земной ад, готовы меняться, готовы узнавать, понимать и любить. Здесь опять же встает наш главный вопрос «ожидание-реальность». Как родителей порой шокирует поведение детей, так и детей — родители. Зачастую случается настоящее «удушение заботой»: когда ребенка только-только взяли в семью, где он еще не успел освоиться в своей первой в жизни комнате, а его уже записали в десять кружков, музыкальную школу и предложили летом отправиться в языковой лагерь. Ребенок в шоке, не понимает, что с ним делают и чего хотят. Родителям же кажется, что он ничего не хочет, ничем не интересуется, не ценит их заботу и труды.

— Жизнь в коллективе детского дома или приюта и жизнь в семье — разные вещи. Помимо заботы и новых возможностей дети сталкиваются и с тем, что у них появляются обязанности по дому, ответственность, которой раньше не было. Они готовы преодолевать этот путь от коллектива к семье вместе с родителями?
 — Они готовы меняться, и это самое главное. Конечно, чем дольше ребенок находится в учреждении, тем длиннее будет процесс адаптации, но опыт показывает, что направляемые заботливой и уверенной рукой, дети способны на многое. Если не пытаться дрессировать их как животных или строить как в армии, то все получится. Важно понимать, что эти дети годами росли в настоящей утопии, где, к примеру, отсутствуют деньги, а все необходимые вещи выдаются по требованию. Ребенок, вышедший из детского дома в реальный мир, по сути, не имеет представлений о том, что дорого или дешево, но он поймет, если найдется тот, кто будет готов терпеливо объяснить ему это. Это же касается и таких простых на первых взгляд вещей, как, например, домашнее хозяйство. В учреждениях дети зачастую не имеют представлений, как пользоваться стиральной машинкой, готовить еду и так далее. Конечно, и мы, и сотрудники учреждений стараемся максимально помогать ребятам, но проблемы остаются и выявляются именно на стадии адаптации в реальном мире, в семье. Так что родители должны быть готовы к тому, что уровень умений и опыта двенадцатилетнего ребенка может равняться шестилетнему, и на первых порах помогать придется почти во всем. 

— Про таких детей часто говорят, что они замкнутые, не ладят с коллективом, неэмоциональные или же наоборот — истеричные, склочные, злые. Кто же они?
— Разные, они ведь люди. Но отставание в эмоциональном развитии есть у каждого ребенка, оно только проявляется по-разному. Нашим детям трудно строить социальные и личные связи в отношении взрослых, трудно понять границы этих отношений, степень привязанности. Базовые этапы, которые проходит любой ребенок, такие, например, как разделение мира людей на «своих» и «чужих», у наших детей случаются в тот момент, когда они сами или кто-то извне начинает налаживать с ними эти связи. Попав в семью, ребенок пробует проявлять себя эмоционально, ведь впервые на него и только на него обращено внимание человека.

Зачастую дети проверяют родительскую любовь, верность, терпение. Им сложно поверить в то, что теперь кто-то их безоговорочно любит, и попытки бунта — такой тест на верность. А ты меня точно любишь? И такого? И такого? Ты меня не бросишь?

Для ребят это совершенно новый удивительный опыт, и они начинают восполнять пробелы, поглощать это внимание, пытаясь получить его как можно больше и любым способом — это может быть как ссора, так и ласка. Зачастую дети проверяют родительскую любовь, верность, терпение. Им сложно поверить в то, что теперь кто-то их безоговорочно любит, и попытки бунта — такой тест на верность. А ты меня точно любишь? И такого? И такого? Ты меня не бросишь?

— Чем конкретно занимается ваш фонд?

— Мы работаем сразу в нескольких направлениях, но главная миссия — создание семей. Это путь от школы приемных родителей до дома, в котором ребенок будет счастлив.

Мы ведем усыновительский портал дети-ждут.рф, где размещены фото детей, подлежащих устройству в семьи, оказываем всестороннюю поддержку родителям, которые хотят взять в семью ребенка, организовали Школу приемных родителей. Сейчас таких желающих немало, и мы делаем все, чтобы число приемных родителей только росло. Психологи, педагоги, юристы и другие специалисты помогают, подсказывают и учат тому, что такое усыновление, рассказывают, какие сложности могут возникнуть и как с ними справляться.

Верность своему ребенку — залог победы над всеми трудностями. И оптимизм. Вы делаете правильное дело, усыновление — по-настоящему важный, безоговорочно правильный поступок

Есть мастер-классы для приемных семей, занятия с педагогами, психологами, клуб приемных родителей — все для того, чтобы ни дети, ни родители не чувствовали себя брошенными или одинокими со своими проблемами и вопросами. Мы работаем и с педагогами в сиротских учреждениях, и с педагогами обычных школ, куда попадают дети после усыновления. Работаем над профилактикой социального сиротства: есть приют для мам-выпускниц детских домов и других социальных учреждений, оказавшихся в сложных ситуациях с маленькими детьми.

— Чем читатели Тайм Аут Петербург могут помочь в вашем важном деле?

— Фонд существует исключительно на благотворительной основе, поэтому любая помощь приветствуется. Нам всегда нужны волонтеры — молодые ребята от двадцати до тридцати четырех лет, которые не готовы стать родителями, но готовы стать друзьями, наставниками, помощниками для тех подростков, которые в силу возраста вряд ли попадут в семью. С расширением наших возможностей и задач становится больше дел, так что любая помощь только приветствуется. Было бы желание, а как помочь — придумаем!

— Государство сейчас очень неплохо субсидирует детские дома, зачастую новая семья не может обеспечить ребенку все те материальные блага, к которым он привык в детском доме. Какие сейчас выделяются средства на поддержание усыновителей, опекунов?

— Увы, никаких золотых гор на усыновителей c неба не сваливается, поэтому немалые средства из нашего фонда идут как раз на нужды новых семей. Это и материальные блага от спонсоров (мебель, игрушки), и оплата медицинских услуг, если такие нужны.

— В соцсетях люди обсуждают работу детских домов, – к ним много вопросов и нареканий. Но и их обвинять огульно нельзя: детские дома — это часть государственной системы, которая способна извратить и довести до абсурда самые светлые идеи. Сотрудники детских домов — заложники системы, они действуют по указке, у них есть статистика и план, а еще — миллиард проверок. Все это зачастую приводит к тому, что о самом ребенке забывают. Государство заботится о материальном благосостоянии таких детей, помогая решить жилищный вопрос, не оставляя голодными и без средств к существованию, но недостаток воспитания и внимания не компенсируешь подарками от спонсоров или квартирой. Как негосударственный фонд может помочь конкретному ребенку обрести семью, а психологи — донести до таких детей смысл нематериальных ценностей?  

— Если у каждого ребенка появятся любящие и заботливые родители, то смысл нематериальных ценностей им будет понятен на собственном примере и опыте, ведь любовь, привязанность, забота родителей — то, что по-прежнему нельзя купить, обменять или продать. Ну, а пока дети ждут свои семьи, наши добровольцы не дают им забыть о том, что в мире есть дружба.

— Ваше напутствие для тех, кто решился на этот шаг — усыновить ребенка.

— Прежде всего, стоит побыть с самим собой и со своими мыслями, утвердиться в собственном решении. Понять, что основой вашей будущей семьи должны стать верность и упорство. Верность своему ребенку — залог победы над всеми трудностями. И оптимизм. Вы делаете правильное дело, усыновление — по-настоящему важный, безоговорочно правильный поступок,  поэтому смотреть в будущее стоит только с оптимизмом, и тогда ничего не будет страшно, а мы всегда готовы помочь справиться с любыми трудностями.

Беседовали: Екатерина Соловей, Гаянэ Форат