Дмитрий Озерков: никакой конфронтации нет — ее придумывают сумасшедшие

О восприятии современного искусства и особенностях его экспонирования мы поговорили с заведующим Отделом современного искусства Государственного Эрмитажа  Дмитрием Озерковым. 

— Есть ощущение, что современное актуальное искусство находится в конфронтации со зрителем. Любой проект в этой сфере сопровождается эпитетом «скандальная» выставка.

— Никакой конфронтации давно нет: ее придумывают сумасшедшие и раздувает желтая пресса. Современное искусство развивается по своим законам, не зависящим напрямую от ожиданий ограниченного обывателя. В сфере Интернета, например, не меньше конфронтационного, но это перестало считаться скандалом.

— Какой проект, на ваш взгляд, заслуживает пристального внимания и совпадает ли профессиональная оценка со зрительскими симпатиями?

Выставка "Ансельм Кмфер Велимиру Хлебникову" подготовлена под руководством Д. Озеркова в рамках проекта "Эрмитаж 20/21"

— Хороший проект формально нов, имеет несколько уровней прочтения, не зануден, не требует от зрителя сострадательного вчувствования. Он несет то новое, чего зритель не мог себе и вообразить. Он поражает воображение. Умный зритель ему тут же симпатизирует. И профессионально эволюционирует сам.

— Современное искусство и музей, как хранитель истории. Как удается примирить «времена и нравы»?

— Очень просто: всякое музейное искусство когда-то было современным. Но дело не только в этом. Художественный музей меняет статус находящихся в нем предметов. Предметы декора, культа, пропаганды, страсти и прочее приобретают в музее доминирующий художественный статус, что и позволяет музею сохранить их для истории человечества. Христианство и язычество находятся в соседних залах. Современное искусство вступает в диалог со старыми мастерами. Музей действует по определению примиряюще.

— Существуют ли особенности экспонирования арт-объектов? Есть ли петербургский выставочный стиль?

— Есть профессиональное понятие «сила подачи». Оно применимо к любому нарочитому экспонированию отдельных предметов — и в культовых зданиях, и в местах торговли, и в музеях. Если у выставки есть куратор, он задумывается над «посланием», которое несет выставка в целом. Отсюда — выстраивание пространства, расстановка акцентов и т д. Петербургский стиль я бы характеризовал упором на подлинность: показ копий здесь не приветствуется.

— Каким должно быть выставочное пространство для экспонирования современного искусства?

— Слово «должно» здесь неуместно. Пространство, как, кстати, и само искусство, никому ничего не должно. Важна совместимость одного с другим. Нейтрального пространства не существует: оно всегда имеет сильные и слабые стороны. Задача куратора — уметь с этим обращаться.

— Можно ли спрогнозировать развитие актуального искусства?

— Можно, на этом строится весь современный арт-мир с его рекордной капитализацией. Но искусству нужна поддержка бизнеса. Новые российские имена не появятся из ниоткуда: их должны увидеть и развить российские галеристы и коллекционеры. Такая поддержка всегда давала отличные прогнозы. 

Беседовала Мария Яковлева