Петербург
Москва
Петербург
«Мы уже завоевали право быть немного дураками»

«Мы уже завоевали право быть немного дураками»

Шведский режиссер Александр Нордштрем выпускает спектакль «Один голый, другой во фраке», поставленный по трем фарсам итальянского сатирика, лауреата Нобелевской премии Дарио Фо. Задействованная сразу в нескольких ролях Евгения Игумнова рассказала Time Out о своей борьбе со Станиславским.
Игумнову можно увидеть и в телевизоре: скажем, в сериале «Возмездие», где она сыграла корейскую оперную певицу Ю Най
Какая роль вам досталась? Здесь всем артистам выдано по нескольку ролей. Я играю роль девушки-проститутки, которая ведет всю лирическую линию спектакля, и роль коварной вдовы в другом фарсе. То, что эти фигуры противоположны, дает некоторую степень безответственности: ведь актерам приходится очень быстро менять маски.

То есть масочность для грядущей премьеры является принципом? Да, комедия дель арте, типично итальянские пьесы. Мы пытаемся достичь особой манеры игры – очень быстрой, легкой. Русскому артисту это сложно сделать, потому что у нас принято все проживать, пропускать через себя, оправдывать. А оправдать здесь невозможно, остается быть энергичным, убедительным, внятным. Играть именно по первому плану, не зарываясь во всякие подтексты.

Когда вы прочитали фарсы Дарио Фо, какие у вас были ощущения? Я на самом деле не очень люблю фарс. Некоторые из фарсов Куни, которые в России безумно популярны, строятся по принципу: зритель умный, на сцене – дураки, а публика должна получать от этого удовольствие. Этот тезис мне не очень близок. Сейчас мне предложили сыграть в спектакле Андрея Носкова «Труффальдино из Бергамо», там сильное фарсовое начало, и благодаря этой постановке я стала пересматривать свое отношение к такому типу театра. И когда у нас возникла идея поставить Дарио Фо, я твердо решила в процессе репетиций побороть в себе неприязнь и почувствовать удовольствие от площадного театра, наивной игры.

Вы хотите сказать, что всю жизнь играли только «по Станиславскому»? А как же «Самоубийство влюбленных на острове небесных сетей» Владислава Пази, стилизация традиционного японского театра? О, я тогда была совсем юной, не могла ни о чем думать, кроме конкретных задач. И потом, «Самоубийство влюбленных» – это был спектакль формального театра, такое искусство мне ближе, чем фарс или комедия дель арте. Нет, я, разумеется, и прежде соприкасалась с подобными театральными материями. Александр Морфов, режиссер пяти спектаклей нашего театра, большой поклонник дель арте. А я, в свою очередь, большая поклонница, даже фанатка цирка, поэтому пусть с опаской, но с удовольствием вхожу на территорию, где театр соприкасается с цирком. У меня один из любимых спектаклей – «Сон в летнюю ночь» в постановке Морфова: каждый раз, когда залезаю на железный круг наверху, бегаю по сложной этой конструкции, возникает атмосфера какого-то волшебства. Мне кажется, что я в Цирке дю Солей, какая-то необыкновенная эквилибристка, и вот сейчас сделаю что-то невероятное. У нас и в новом спектакле, к моей радости, есть прямые отсылки к цирку, мы все время возвращаемся к нему.

На что бы вы посоветовали обратить внимание зрителю, пришедшему на премьеру? Хотелось бы, чтобы публика поняла, что наши актеры подошли к такому моменту, когда они уже могут себе позволить делать что-то неправильно: где-то похулиганить, покривляться. Мы, конечно, остаемся вдумчивыми артистами, но многие из нас проработали в театрах по 10–20 лет – и мне кажется, что мы уже завоевали право быть немного дураками.

«Один голый, другой во фраке»
Театр. им. В. Ф. Комиссаржевской
19 октября 2012,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация