Петербург
Москва
Петербург
Top Time Out: 50 великих писателей

Top Time Out: 50 великих писателей

Русская литература, как мы все помним из школьных уроков, делится на знаковые периоды: золотой век, серебряный век, советская эпоха. Что из себя представляет литература нового времени и чьи имена наши внуки будут учить в школе, выяснял Time Out
1. Можете рассказать про наиболее перспективных с вашей точки зрения авторов?
2. Поделитесь издательскими планами: новые серии и интересные для вас проекты.


АЛЕКСАНДР АЛЬПЕРОВИЧ, генеральный директор детского издательства «Клевер Медиа Групп»:
1. Оскар Бренифье, французский психолог и философ. Скоро он станет большим мировым брендом, его уже перевели на 30 языков, а мы выпустили пять его книг. В России никогда не было такой необычной литературы, и он уже стал очень популярным.
2. Мы запустили серию, которая называется «Новая детская». Новые авторы, короткие тексты, удобные для чтения детей до десяти лет. А что касается отдельных проектов – Эрве Тюлле, гениальный французский художник, и его «Живая книга». Это не книга в обычном смысле слова, это волшебный аттракцион в виде книги.

ОЛЬГА МОРОЗОВА, главный редактор издательств «Иностранка» и «Колибри» (издательская группа «Аттикус») и создатель независимого «Издательства Ольги Морозовой»:
1. Это секрет, ноу-хау. А вообще, это достаточно непредсказуемо – казалось, что перспективный, а окажется бесперспективным. Как на бегах – сделали ставку на Ветерка, а победил Быстрый.
2. В «Издательстве Ольги Морозовой» я буду продолжать по мере сил серию «Биография города», хоть это и непросто – книги большие, сложные в переводе. И выпускать современную переводную прозу. А «Иностранка» продолжит научно-популярную серию Galileo и вообще расширит нонфикшн. Только что запустили «женскую» серию романов, которую назвали «О чем говорят женщины».

СЕРГЕЙ ТИШКОВ, главный редактор «Рипол-КиТ» (детского и молодежного подразделения «Рипол Классик»):
1. С моей точки зрения, сегодня наиболее перспективными являются авторы еще не запущенных больших проектов, даже, может, и не только книжных, но медийных в целом. К сожалению, то, что мы привыкли называть супербестселлерами, сегодня не имеет очень большого потенциала, на мой взгляд.
2. Развитие в первую очередь хорошо зарекомендовавших себя серий и отдельных проектов. Но при этом – поиск новых ниш, разработка новых форматов в книгах и медиа. В общем, то, что может быть интересно покупателю сегодня и завтра.

АЛЕКСАНДР ИВАНОВ, главный редактор издательства Ad Marginem:
1. Самый перспективный автор – Владислав Сурков (когда его снимут) с книгой мемуаров.
2. Будем издавать серию книг, посвященную современной чувственности в ареале современного искусства, жанры – от записных книжек до эссеистики и мемуаров.




1. ЗА КАКИМ НЫНЕ ЖИВУЩИМ И ПИШУЩИМ РУССКИМ ПИСАТЕЛЕМ ВЫ СЛЕДИТЕ ПРИСТАЛЬНЕЕ ВСЕГО?
2. ЕСТЬ ЛИ СЕЙЧАС В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ НЕДОСЯГАЕМАЯ ВЕЛИЧИНА? КТО?

ЮРИЙ МАМЛЕЕВ:
1. Владимир Сорокин.
2. Это выяснится со временем.

АЛЕКСАНДР ИЛИЧЕВСКИЙ:
1. Их очень немного, и они, наверное, более-менее известны только мне. Во-первых, это Александр Мильштейн, живущий сейчас в Германии. Этот автор, на мой взгляд, обладает совершенно уникальным «повествовательным движком». Это даже не сказовость, а какая-то стилистическая текучесть и способность говорить обо всем на свете чрезвычайно увлекательно. Второй – это Андрей Левкин. Еще есть человек, который пишет ужасно редко, но метко. Это Анатолий Гаврилов. И еще Михаил Бутов, чья новая книга, я знаю, скоро появится. Да, и еще могу назвать такого замечательного автора, как Максим Осипов.
2. Таких величин нет. Советская литература мало того что уничтожила человека, она еще и уничтожила литературу как таковую. Русская классика осталась совершенно не воспринятой. С этой точки зрения мне не интересно, что происходит в современной русской литературе.

СЕРГЕЙ ШАРГУНОВ:
1. С наибольшим вниманием я слежу за судьбой Эдуарда Лимонова. Он сам так себя поставил, соединив арт и актуальную политику и по-прежнему проживая жизнь харизматичного героя из книги.
2. У некоторых современников мне безумно нравятся метафоры, но остальное провисает, другим удается действие, захватывающее и яркое, но позвякивает пустота. Поэтому пусть будет Фазиль Искандер и его пьянящая проза – допустим, «День Чика».

ДМИТРИЙ БЫКОВ:
1. За Виктором Пелевиным. Плюс стараюсь отслеживать новинки Мелихова, Прилепина, Иванова, Попова, Латыниной, Житинского, Новоселова, Кузьменкова, новые альбомы Щербакова и Гребенщикова.
2. Думаю, все-таки Петрушевская.

АННА СТАРОБИНЕЦ:
1. Пристальнее всего я слежу за своим мужем, писателем Александром Гарросом, который сейчас пишет новый роман. Кроме того, мне очень интересно творчество Андрея Рубанова – это один из самых талантливых наших писателей, русский Хемингуэй.
2. Если речь идет о ком-то ныне живущем, чей талант невозможно затмить, такого нет. А если в целом – тогда, конечно, Булгаков, Достоевский, Набоков – недосягаемые для сегодняшних писателей «планки».

ГЕРМАН САДУЛАЕВ:
1, 2. Специально я ни за кем не слежу, я же не детектив. И не критик.
2. И величин много – каждая по-своему недосягаема. Но вариант ответа для меня может быть такой: Юрий Мамлеев.

ЗАХАР ПРИЛЕПИН:
1. Одно имя назвать никак не могу. Я читаю все книги Дмитрия Быкова, Михаила Тарковского, Александра Терехова и Сергея Шаргунова. Я обязательно прочту любой новый текст Валентина Григорьевича Распутина. Я читал все книги Проханова и Лимонова. Все. И очень рад этому обстоятельству.
2. Есть писатели, которые имеют все основания получить Нобелевскую премию – Валентин Распутин и Андрей Битов. Я считаю Лимонова крупнейшей фигурой мировой культуры. И нисколько не сомневаюсь, что у него однозначно есть место в том иконостасе, где Гомер, Данте, Сервантес, Рабле, Лев Толстой и немногие иные.

ОЛЬГА СЛАВНИКОВА:
1. Меня очень интересует Алексей Иванов. Это писатель с тремя полушариями мозга. «Географ глобус пропил» и «Золото бунта» суть разные художественные системы. А еще телевидение, пермский культурный конфликт. Жду следующей книги земляка.
2. Вопрос о недосягаемости современника – вызов писателю. Для меня недосягаемы (пока) некоторые книги Андрея Битова.

АНАТОЛИЙ ГАВРИЛОВ:

1. Дмитрий Данилов, Евгений Попов, Эдуард Русаков из Красноярска, Андрей Битов.
2. Для меня таких величин не одна, а несколько. Но первая – Андрей Битов, в лучших своих вариантах. Потому что у него бывают тексты последнего и предпоследнего времени, про которые я не понимаю, зачем они написаны.

АНДРЕЙ ГЕЛАСИМОВ:
1. Я не очень слежу за процессом. Но я дружу с какими-то людьми. Мне очень нравится Людмила Улицкая. Просто лично нравится: человек очень симпатичный, мудрый, хороший. Петю Алешковского люблю и Андрюшу Дмитриева. Замечательная проза у обоих. И люди чудесные.
2. Я могу провести параллель с американским кино. Фрэнсис Форд Коппола мог снять «Апокалипсис сегодня», а 30 лет спустя – «Дракулу Брэма Стокера». Роберт Земекис сделал «Форреста Гампа» – умного, психологичного, а последний его фильм – «Беовульф», мультик. Пока у нас в литературе не будет такого уровня уважения к ремеслу – она мне неинтересна. Когда Акунин напишет глубокий психологический роман без всякой детективной интриги, а та же Улицкая – детектив, вот тогда я скажу, что литература у нас, кажется, появляется.

ЛЮДМИЛА УЛИЦКАЯ:
1. Людмила Петрушевская.
2. Саша Соколов.

ЧЕГО ЖДЕМ?

 1. Владимир Маканин. «Две сестры и Кандинский» («Эксмо») (конец августа 2011). Продолжение знаменитого маканинского «Андеграунда, или Героя нашего времени» (1998) и подведение итогов 1990-х, из которых выросла современная Россия.

2. Елена Чижова. «Терракотовая старуха» (АСТ) (сентябрь 2011). Новый роман автора бестселлера «Время женщин». Об учительнице литературы, которой в начале 1990-х пришлось заняться вещами, о каких она и помыслить не могла. И сейчас, двадцать лет спустя, она пытается понять: а стоило ли оно того?

3. Екатерина Перцова. «Мой Ив-Сен Лоран» («Слово») (октябрь 2011). Перцова уехала из СССР в 1980 году и 20 лет проработала у знаменитого кутюрье. Оказывается, мэтр был большим русофилом и его окружало много потомков русских аристократов. Даже своим бульдогам он давал одну и ту же кличку – Moujik.

4. Леонид Парфенов. «Намедни. V том: 2001–2005» («Колибри») (ноябрь 2011). Фундаментальный проект новейшего летописца, начавшись 1960-ми годами, закономерно добрался до 2000-х. Это уже не просто горячо, а жжется – и поэтому V том разбили на два полутома: слишком много материала пришлось в них вместить.

5. Владимир Сорокин свел к минимуму общение с журналистами, мотивируя это тем, что очень занят работой над новым романом. Но подробности и сроки пока неизвестны.
11 августа 2011,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ

Еще по теме

Обзор книжных лавочек

Обзор книжных лавочек

Помимо крупных книготорговых сетей, в каждой уважающей себя культурной столице должны быть маленькие магазинчики с хорошо выраженной физиономией, вроде Black Books из одноименного сериала с чудесным ирландцем Диланом Мораном. В России наиболее яркий пример подобного личного подхода к книжной торговле — московский «Фаланстер» Бориса Куприянова и компании, но Петербург тоже не отстает.
10 лиц петербургской литературы

10 лиц петербургской литературы

Андрей Битов, Александр Секацкий, Александр Кушнир, Виктор Соснора, Павел Крусанов, Виктор Топоров, Фигль-Мигль, Вячеслав Курицын, Сергей Носов, Евгений Мякишев
Итоги года: Книги

Итоги года: Книги

Независимых игроков становится все меньше, а новые имена в будущем, скорее всего, будет открывать интернет
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация