Петербург
Москва
Петербург
«Писать о Цукерберге — все равно что пытаться описать пьяного персонажа»

«Писать о Цукерберге — все равно что пытаться описать пьяного персонажа»

Сценарист «Социальной сети„, прославившийся посвященным Белому дому сериалом “Западное крыло», раскрыл свои творческие методы. Интервью: Хэнк Сартин (Time Out Chicago)
Мне интересно то, что не вошло в фильм, например детство Марка Цукерберга. Нормальный сценарист сказал бы: «Нам необходимо показать, как этот парень стал таким, какой есть». Думаю, тут надо поблагодарить Дэвида Финчера, Джесси Айзенберга и Sony. Многие настояли бы на том, что раз мы снимаем этот фильм, то должны начать его со сцены избиения шестилетнего Марка отцом, которая бы оправдывала все его последующие действия (а такой сценой можно оправдать все что угодно, поверьте). Но люди, которые взялись за это кино, сняли фильм о человеке, который является антигероем первые 1 час 55 минут и трагическим героем последние 5 минут.

Такой герой должен быть замкнутым, почти аутистом. Было ли это для вас вызовом? Для меня вызов был в том, что обычно я пишу о гипер-общительных героях. С Марком была та же трудность, что и когда, допустим, пишешь о пьяном персонаже. Невозможно описать то, что герой пьян – это не материал для сценария, здесь нет никакого действия. А вот если он пытается это скрыть – совсем другое дело. Здесь есть и намерение, и действие – не дать никому понять, что ты пьян. С Цукербергом то же самое – как опишешь, что человек неловок в общении? А вот если он пытается завести разговор, и для него любая мелочь – препятствие, то это уже хороший материал для сценария.

Что мне нравится в «Социальной сети», да и в других ваших сценариях, это роскошные рассказы героев. Например, у вас есть сцена, в которой Шон (Джастин Тимберлейк) рассказывает историю… Да, историю Victoria’s Secret. Я рад, что вам понравилось. Я и сам люблю эту сцену. Люблю игру Джастина в ней. Люблю его рассказ. Люблю… слушать самого себя, говорящего о том, как я люблю этот фильм (смеется).

Я был бы шокирован, если бы вы сказали: «Ненавижу это кино». Начну-ка с этого: родители таскали меня в театр чуть ли не с младенчества. Часто я был еще слишком мал, что-бы понимать сюжет – так я посмотрел «Кто боится Вирджинии Вулф» в восемь лет. Что я любил, так это звучание диалога. Для меня оно было как музыка, я хотел его имитировать. В музыке бывают моменты, когда вместо «ба-да-да-да-да» вдруг на секунду повисает тишина, из которой рождается ария. Так и здесь. Простая реплика Марка: «Твоя девушка кажется мне знакомой» – ведет к этой истории о Victoria’s Secret, которая оборачивается речью о том, что «пришло наше время», цель которой убедить Марка, что его изобретение не ограничивается рамками колледжа и он не обязан опираться на своих школьных друзей; Марк, избавься от Эдуардо.

Эта сцена хороша именно из-за подспудных намерений, ведь так? Да, я молюсь на алтарь намерений и препятствий. Вообще, мне просто нравится, как звучит речь, в отличие от тех сценаристов, которым нравилось в детстве рассказывать истории у костра. Они рассказчики от природы. Для меня же сюжет – необходимая добавка к тому, что я действительно люблю – то есть сочинению диалогов.
7 ноября 2010
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ

Еще по теме

fренд сезона

fренд сезона

Один из действующих титанов Голливуда Дэвид Финчер снял беллетризованную историю появления Facebook’а — получился портрет поколения.
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация