Петербург
Москва
Петербург
Клубный маршрут

Клубный маршрут

Time Out отправился по клубам и разработал максимально насыщенный для тусовщика маршрут.

Лучшие маршруты клубного отдыха по версии Time Out: громкие концерты, блестящий гламур и грохот ритмов окраин.

Маршрут 1


Клубные концерты и диджей-бары

В последние годы клубные маршруты стали длинней и ветвистей, чем линии столичного метро. Начав в баре под гомон друзей, можно продолжить в диджей-баре под сезонный хит, попрыгать на вечернем концерте и, наконец, дотанцевать в ночном клубе — были бы силы. Гиды по маршруту — Евгений Лазаренко и Лариса Ахматова.


18.00

Разгоняемся в «Стирке». Этот симбиоз бара, клуба и прачечной выполняет три равноправные функции: в дальнем зале стиральные машины мерно вращают вещи двух иностранцев, беседующих за столиком рядом, а патлатый диджей за вертушками у барной стойки перекидывается фразами с обступившими его друзьями и переминается в такт треку Riot In Belgium. Лайва сегодня не предвидится, хотя таковые случаются регулярно: то Галя Чикис споет, то Леха Никонов из своего продекламирует. Становится понятно, что многочисленность нашей компании нам же в минус, мест почти нет. На счастье, барвумен Маша приносит пакет с выстиранным бельем джентльмену, одиноко сидевшему у окна перед опустошенной кофейной чашкой, он ретируется, мы рассаживаемся на свободные стулья и крышку дореволюционного пианино с канделябрами, предварительно убрав с него шахматную доску с очевидным грядущим матом белым. За тостами напитки быстро заканчиваются, впереди другие места, другие бокалы.


19.00

С группой «Супер Марио» встречаемся в пабе Tara Brooch на Советской, и после первой пинты ирландского пива предложение пройтись по рок-клубам города воспринимается с энтузиазмом. «Скоро за билетами пойду. Моя подруга Регина из Германии специально приедет на NIN. Она попала на концерт в Берлине, говорит, неделю потом синяки проходили — так она об решетку в экстазе билась. На концерт в Москве она тоже попробует прорваться». Надо бы сходить. Их живые выступления совершенно невероятны. Ближайший клуб на нашем пути — «Цоколь», к тому же концерты там начинаются раньше остальных.


20.00

Когда попадаешь в «Цоколь», всегда неизбежно сравниваешь его с «Молоком». Руководство клуба приложило маcсу усилий, чтобы восстановить атмосферу старого «Молока», и преуспело на этом поприще. В «Цоколь» музыкальной группе так же сложно попасть с улицы, как и раньше, поэтому концерты здесь всегда хорошие. Публику формируют группы. За год работы у «Цоколя» появилась харизма — остался энергетический след от множества выступающих здесь групп. Атмосфера — это люди, которые приходят в клуб, а сейчас они другие. Полтора года — это много. Те, кто приходили в «Молоко», переместились в другие места.
— Сегодня играют группы «Нет сна», Underbriz и «Игрушки»!
— «Дедушки»?
— «Игрушки»!!!
Группа Underbriz в лучших традициях клубной музыки, сохранившихся с 90-х — много шума и эмоций. Молодые группы всегда стремятся к энергетике и идейности. Идейность — это тексты песен, а энергетика воспринимается буквально — это много грохота.


21.00

Следующий пункт — вечеринка «Клуб Тампере» в «Революции». «Революционное» название клуба побуждает на всякие авантюры, в данном случае — рок-концерты. «Революция» делает рок-концерты не так давно, поэтому клуб ассоциируется у многих с танцевальными вечеринками. Заведение огромное: три этажа и множество помещений. Концерты проходят на третьем этаже. Здание напоминает переделанную под клуб школу — длинные коридоры, рекреации и почему-то покрашенные в черный цвет двери. «Тихо, не входите, идет урок метала». Здесь хороший звук. Сегодня взрослые пришли слушать финские группы. Готовится выйти на сцену I Was a Teenage Satan Worshipper. Хочется кофе. «Кто же пьет кофе? Тусовщики пьют алкоголь! — Тогда кофе с коньяком!». Цены демократичные и на то, и на другое. Два года назад посетители «Революции» могли обозревать мирно спавшего у стенки Stivie O (Jackass). Похоже, появление знаменитостей стало уже традицией. Наш фотограф Филипп узнал финского DJ Infekto, играющего с Bomfunk МС. Мы просим сфотографироваться вместе, интересуемся, как дела у Бомфанк МС. «МС B.O.W. сейчас живет в Бельгии, а с диджеем Вилли мы поедем в тур по Европе. Выступим у вас в августе». Тут начинает играть I Was a Teenage Satan Worshipper, зал перед сценой заполняется слушателями, которые до этого момента сидели в баре и в других многочисленных помещениях клуба. Финны играют с такой отдачей, как будто перед ними стадион поклонников, многотысячная толпа, а не наполовину заполненный клуб. Это очень подкупает.



22.30

Двигаемся в «РыбуПилу», чтобы наконец-то послушать группу «Страхуйдет». «РыбаПила» намеревается соответствовать разбросанным в округе успешным заведениям, и это ей удается — в клубе демократично и весело. «Страхуйдет» — не просто рок-группа, а настоящее представление. Самое время купить себе блестящее платье и лосины в горошек! На концерт пришли очень молодые люди, настроение у всех очень веселое. Скоро мы уже скачем в обнимку с поклонниками. Слово «трэш» можно произнести с разными интонациями — от полного презрения до полного обожания. И когда фотограф Филипп произносит «ну, это трэш», мы понимаем, что даже его зацепило это разухабистое шоу. Вообще «Страхуйдет» как раз подходит к «РыбеПиле». Или наоборот. Поэтому эта девичья панк-группа может рассчитывать на резидентство в клубе. Покидаем «РыбуПилу», по дороге обсуждаем увиденное. «Страхуйдет» — это не просто группа, это дипломная работа театрального вуза. «РыбаПила» обновилась. Второй этаж закрыт, кикер убрали, поставили новус.


23.00

На подходе к «Моду» мы не удерживаемся от соблазна зайти в абсолютно неклассифицируемое место «Дюны». Песок, формочки для куличиков и шезлонги под открытым небом. Из-за складских помещений готовятся взлететь сказочно подсвеченные купола Спаса на Крови. Уходить никуда не хочется, тихая музыка не мешает беседе, а весь этот пляжный антураж уносит мысли из центра Петербурга XXI века в курортное детство. Раньше во дворах Конюшенной площади был таксопарк. Об этом до сих пор напоминауют вывески типа «Мойка», «Стоянка» и т. д. Песочница с дюнами приютилась в углу большого двора. Идеальное место для опен-эйра! Единственное крытое помещение клуба — бар. Там встречаем знакомого, Сергея, который кричит: «Зеленый, тебе какого цвета сироп?». В пиво здесь добавляют разноцветный сироп, и это не только красиво, но и вкусно. С красным пивом мы догоняем Сергея, который сидит с Зеленым под зонтиком (солнца, правда, уже давно нет). «Как вам группа I Was a Teenage Satan Worshipper? » Зеленый кивает утвердительно и сообщает, что группа Tagerbombs уж точно была на высоте. Потратив четыре часа и 1000 рублей с человека, мы приближаемся к клубу «Мод». Вход сегодня бесплатный.


22.00

«Мод» — краеугольный камень броуновского рок-клубного движения. Люди постоянно приходят и уходят, но здесь всем всегда хорошо. Говорят, тут бывают инциденты с фэйс-контролем, но у меня нет друзей, у которых были бы проблемы со входом. На выходе встречаем Дена, знакомого звукорежиссера. «Работаю. Совершенствуем звук. Нам заказали звук в Achtung Baby. Там группе надо 24 микрофона. Зачем им столько? Повесили 15».
В «Ахтунге» слишком просторно и светло, чтобы танцевать. Можно оккупировать сразу два столика и спокойно скоротать остаток времени до сведения мостов. По соседству сидит Кирилл Иванов, он же «Самое большое простое число», и смотрит фильм с Бастером Китоном. Пока хозяйка бара Мила рассказывает о грядущих выступлениях JD & The Blenders и «Колибри», Кирилл со спутницей ретируется мимо нашей компании в окно.


23.00

До Думской улицы 10 минут расслабленного шага — и перед нами четыре разнокалиберных заведения на одном пятачке. Начинаем обход слева направо, с новейшего «Белграда». Это полноценный инди-клуб с концертной программой по выходным, в зале на матерно-мажорной ноте заканчивает выступление группа «Играй, гармонь». Разгоряченные юноши топлес направляются к барной стойке и за кикер, саундтрек сменяется бестом Beastie Boys. В «Белграде» вместительный зал, со свободными столиками пока проблем нет, а цены низкие: пол-литра разливного «Бочкарева» стоит 50 рублей. Арт-директор Кирилл рассказывает о новом месте «Жопа» где-то на Советских улицах, открывающем двери нерегулярно, по прихоти хозяина — значит, туда не пойдем. Перемещаемся в «Дачу». Здесь даже в будни найти свободное место сложно, все-таки слово «диджей-бар» ассоциируется у публики в первую очередь с этим заведением. За полночь еще не перевалило, посетители относительно трезвы и предпочитают беседы за пивом толкотне на танцполе, хотя гремящий из колонок хаус должен располагать к обратному. К нашему уходу на танцполе все-таки образуется дуэт активно двигающихся девушек, одна, увидев, что я ее фотографирую, манит присоединиться, но тут же спешит в сторону туалета, прикрыв ладошкой рот. Ночь началась.


00.00

В «Фиделе» уже все раскрепостились и отплясывают под Джеймса Брауна. Особой активностью выделяется группа крепких англичан, за день до этого участвовавших в марафонском забеге «Белые ночи». Слово «фэнтэстик» и демонстрация большого пальца не может означать дурного настроения; услышав ключевые слова — «Time Out», англичане радостно позируют, воздев руки. Это принимает как призыв к действию компания, отдыхавшая на диване под надписью «фигово фо рту», и на танцполе в итоге не протолкнуться.


Маршрут 2


Блестящий гламур

Дорогих глянцевых клубов с придирчивым фейсконтролем в городе стало, судя по всему, так много, что невольно задумываешься: неужели в Петербурге действительно столько богатых, красивых и знаменитых? Всегда ли реальность соответствует
заявленной концепции, разбирался Евгений Шаповалов.


20.00

Размышления о гламурности привели меня с подругой Мариной сначала в клуб Decadance, где вечером отмечала день рождения самая завидная невеста Петербурга Таня Фомина. Гламурный клуб — это, как правило, все-таки ресторан, как выражались в доперестроечные времена, первой наценочной категории. Тем приятнее оказаться в компании изысканных закусок, которые практически сами залетают в рот — как в известной повести Гоголя. Играет диско 70-х, официанты являют высшую степень услужливости. Постепенно сгущаются сумерки и концентрация гостей на квадратный метр. Диско сменяется коммерческим британским электро, ресторан превращается в ночной клуб, и заказать ужин, чтобы поглотить его в окружении пульсирующих влажных тел, представляется уже очень эксцентричной идеей. Мы с Мариной устраиваемся во дворе, то есть на летней веранде. За наш столик подсаживаются две миловидные девицы, брюнетка и блондинка — у обеих губы покрыты кроваво-красной помадой. Моментально рядом возникают их ухажеры. Блондинка забирается на диван с ногами и нараспев рассказывает: «Меня родители так строго воспитали… так строго…» и невзначай поглаживает себя ниже широкого пояса, усыпанного стразами. Рассказ о строгом воспитании так завораживает, что Марина, не дослушав до конца, увозит меня прочь. На входе все еще стоит очередь, причем администратор сметливым взглядом оценивает степень богемности каждого визитера и назначает мзду в 1000 рублей тем, кто вряд ли обогатит сокровищницу мировой культуры.


21.00

Несмотря на размах рекламы заведения и масштаб собственно постройки, о существовании «Веранды «Море», похоже, не знает ни один житель Крестовского острова. Еду туда со своим приятелем Клиффордом, кинопродюсером из Майами, на его «Хаммере», и мы вынуждены спрашивать у прохожих дорогу до метро, потому что это ближайший ориентир. Последний прохожий, сказавший «Какая веранда?», повстречался нам в 30 метрах от заведения. Требуется некоторое усилие, чтобы убедить охранника в своей журналистской профпригодности, после чего мы оказываемся внутри.
«Веранда «Море» находится на оконечности Гребного канала. От унылой действительности веранду ограждает изящный забор и огромный деревянный навес. Бармены, увенчанные белыми шляпами в стиле r’n’b, ведут себя очень игриво: «А, за водкой девушку послал, сам стесняется!» (это мне). Позитив они излучают натуральный, поэтому даже фраза «Мохито — триста» ласкает слух. Стоит мне отвернуться, как возле моей спутницы появляется очередной престарелый ловелас с сакраментальной фразой: «Такая красивая девушка скучает». Эти реликты, впрочем, компенсирует совершенно необъяснимое отсутствие комаров.


23.00

У входа в «Арену» толпа, по-моему, создаваемая искусственно. Владелец Юрий Милославский все свои заведения старается уподобить «Студии 54» где, как известно, перед входом всегда была толпа. Джентльмены всем видом стараются убедить охрану в наличии валюты и, бормоча: «Сейчас я Юре позвоню», ожесточенно тыкают в мобильные телефоны. Фейсконтрольщика Фрола Буримского на входе нет, взгляд администратора вырывает из толпы мою девушку Марину (метр восемьдесят плюс каблуки): «Девушка, вы проходите!» Я (уязвленно): «Вообще-то девушка со мной!» Внутри — ремиксы на «Летящую походку» и многоярусная иерархия. По счастью, у Клиффорда снят столик на самом верхнем ярусе, где он и восседает в окружении 20 начинающих фотомоделей. Мы с Мариной дожидаемся, пока освободится место у перил, чтобы обозревать танцующих внизу. Ярусом ниже — футболист Аршавин. Две начинающие фотомодели пытаются вытеснить нас с наблюдательной позиции, хотя шансов, что их с нижнего танцпола приметит Хью Хефнер или хотя бы Петя Листерман, практически нет. В решающий момент Юрий Милославский появляется за вертушками и собственноручно убирает громкость, вызывая всеобщее ликование, после чего даже, кажется, сводит пару треков.


00.00

Открытие летней веранды Tiffany’s Cafe затягивается. Цвет петербургской журналистики топчется перед крыльцом, а охранники уподобляются Сцилле и Харибде. Вход штурмуют Андрей Смирнов (журнал «Дресскод»), Андрей Савельев (Time Out), авторитетный господин с двумя охранниками и я. На веранду пока не пускают, а в главном зале гостям предлагают Martini. Я встречаю Фрола Буримского, и он рассказывает, как накануне, напившись виски, смотрел на своего охранника и ему казалось, что охранников четверо. В определенный момент становится так тесно, что даже охранников приходится оставлять на входе. Наконец бархатную штору разрезают, и публика вливается на веранду. За электророялем на правой сцене — итальянский лаунж-крунер Фабио Костантино. Вообще эта летняя веранда может также называться и зимней верандой — она крытая, и там очень тепло.


Маршрут 3


Клубы спальных
районов


Как и в большинстве европейских городов, культура «своего района» побеждает. Все больше молодежи не ездит по выходным в центр города, а продолжает тусоваться в родном квартале. Интерьеры клубов облагородились, гости стали более культурными, музыкальный формат в большинстве случаев достойный. Инспектировала клубы района Озерков Маргарита Кулева.


21.00

Из синей палатки справа у парка «Озерки» густо небритый народный музыкант басит «За таблетку, за таблеееточку сняли нашу малолеееееточку!!», из палатки слева его перекрикивает голосистая девушка — «Акапулько ай-ай-ай-ай». На клубном пляже у метро «Озерки» в девять вечера настоящий аншлаг.
Музыкант Максим и музыкант Андрей оживленно спорят по поводу группы Monks и ее влиянии на другие коллективы, остальные вспоминают более прозаические моменты — кто, как и где больше всего напился. Стилист Новочадовский, открывая бутылку Martini, рассказывает поучительную историю про двух его друзей, которые пили шампанское с незнакомыми девушками, а потом через два дня про-
снулись в больнице без телефонов и денег.


22.00

«Здесь у нас скоро будет зал в викторианском стиле», — рассказывает арт-директор клуба «Король Плющ» Илья диджею, пока тот готовится играть. В зал набиваются гости, все друг с другом здороваются — кажется, что мы на большой домашней вечеринке. Усаживаемся на удобный кожаный диван — совсем как в кофейне из сериала «Друзья». Катя заявляет: «У меня здесь скидос» — и отправляется в первый зал, из которого доносится дружный смех: на большом плазменном телевизоре показывают Comedy Club. Возвращается она не скоро — говорит, ей предложили партию в шахматы, — но зато с пивом для мальчиков и красивым голубым коктейлем для меня. От романтического диско-освещения, нежного трип-хопа и коктейля, который оказался очень крепким, становится очень хорошо, но нам уже пора идти дальше. Выходя из зала, мы надолго застреваем в маленьком коридорчике, где висят антикварные афиши и плакаты, рассказывающие о великих субкультурах «прошлых лет» — хиппи и тедди-бойз.


23.00

В «Майне» мы оказались рано — к полуночи люди только начинают собираться: за барную стойку усаживаются красивые девушки, дизайнерские столики занимают гости, как будто сошедшие с рекламных плакатов Top Shop — девочки и мальчики в огромных очках, неизменных skinny jeans и футболках с портретами The Ramones или надписями вроде punk
the planet. Наша компания начинает просить Катю сфотографировать нас с Дэвидом Боуи, Оззи Осборном и Майклом Джексоном — светящиеся стены «Майны» увешаны портретами рок-героев. «Вообще-то я не спал уже четыре ночи и уже задолбался объяснять, что написано на моей неприличной футболке, —
откровенничает бармен, — но для вас сделаю авторский коктейль «Тайм-аут» — с ломтиком дыни».


0.30

В клуб «Метрополис» мы решили идти обходными путями, через комплекс «Гранд Каньон», где Влад работает стилистом в салоне красоты — пустые магазины с застывшими манекенами выглядят и так пугающе, а Владу еще и приглянулся жанр Haunted House: «А вы знаете, что здесь раньше была заброшенная ткацкая фабрика? Ее не сносили, а прямо на ее месте построили этот центр, и души этих несчастных женщин…». Вход в «Лидер» преграждает серьезный охранник, сурово спрашивая — «Куда идем?». Он пропускает нас через металлоискатель, и когда на столе у секьюрити оказывается внушительная гора ключей, ремней и мобильных телефонов, мы наконец проходим. Огромное помещение «Лидера» заставлено бильярдными столами — выглядит сюрреалистично. Бритоголовый персонал смотрит на нас подозрительно, зато публика более чем дружелюбна — нас угощают пивом, а узнав, что из журнала, просят сфотографировать.
До «Метрополиса» мы шли долго, уже изрядно покачиваясь. Перед входом в клуб висела не железная ланговская дева, которую мы с Максимом надеялись увидеть, а огромный лайтбокс с амбициозным заголовком: «Метрополис» — диджей-клуб №1». Вход для девушек — 150, для мужчин — 200. «Диджей клуб номер один» похож скорее на большой
чилаут — парочки обнимаются на спрятанных в темноте диванах, на танцполе экстатически двигаются несколько девушек, к которым решил присоединиться наш Андрей — обычно он слушает нойз-рок и постпанк, но сейчас очень хвалит диджея ТТ. Максиму больше всего нравится плазменный экран во всю стену. «А вы знаете, что виджеинг (это когда микшируется не только музыка, но и изображение) придумал Питер Габриэл?» — начинает увлеченно рассказывать он.

26 июля 2007
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация