Елена Серединская. "Клавирные и фортепианные фантазии"

О событии

Пианистка с цепким взглядом и пальцами, Серединская сокрушает аудиторию, какую бы музыку ни играла.
Елена Серединская — из непризнанных гениев. Без шуток. Она обладает фантастическим дарованием, хотя никогда не выигрывала конкурсов и не избалована вниманием прессы. Пианистка с цепким взглядом и пальцами, Серединская сокрушает аудиторию, какую бы музыку ни играла. В течение одного концерта она может пересесть из-за рояля за клавесин, а оттуда за орган, и при этом ее манера игры всегда остается узнаваемой.

В этом концерте Серединская на фортепиано и на клавесине рассказывает о том, чем была фантазия для композиторов разных стран и разных эпох, от XVI до XIX века. А была она таким жанром, в котором ценилась свобода воображения, обузданная сложными правилами изложения мысли. Чем больше свободы, тем сложнее правила. И это, конечно, стихия Серединской — к мощной исполнительской интуиции у нее прибавляется не менее мощный разум. Недаром она уже двадцать лет преподает в Петербургской консерватории, причем учит играть на рояле не пианистов, а интеллектуальную элиту — музыковедов и композиторов.

Как известно, композиторы классической и барочной эры считали, что разум и чувство должны иметь одинаковые права, а кто увлекается одним за счет другого, тот в музыке мало что понимает. С этой точки зрения, композиторы-романтики тоже не очень много понимали. Но можно их немножко поправить: у Серединской такой Шуман, какого вряд ли услышишь у штатных шуманистов, — строгий мудрец с взрывным характером. А рядом каталог национальных темпераментов: гениальный основоположник английской светской музыки Уильям Бёрд, нежный опальный бродяга Джон Дауленд, солипсист Иоганн Фробергер и певец тайных страстей Франсуа Куперен. Плюс Бах и Моцарт — в соседстве с такими старшими коллегами и в таком исполнении становится ясно, что они не на пустом месте возникли.

Спецпроекты