Б1 Maximum

Станкостроительный завод имени Орджоникидзе встал этакой дурой посреди улицы, и хотя до сих пор не демонтированные буквы с названием завода, возвышающиеся над домом, чуть ли не прямым текстом заявляют: «Я — грузин», — депортировать махину никто не собирается. Заселены помещения густо: там и эзотерический супермаркет, и бескрайний дисконт спортивных товаров, и магазин утвари для дома, ассортимента которого хватит на всю Москву. Вход в самый вместительный московский клуб «Б1 Maximum» зажат между этими гигантами и выглядит на их фоне каким-то компактным. Что, конечно, обман зрения — внутри танцпол, вмещающий до 3800 человек, два балкона с VIP-ложами, несколько баров и ресторан.

Сам завод — лакомый кусочек с несметным количеством квадратных метров почти в центре города — успел прослыть «нехорошим» местом. Происходящее вокруг него очередной раз подтверждает, насколько москвичей испортил территориальный вопрос. В ход идут все возможные PR-технологии: то МЧС объявит завод особо пожароопасным местом, то просачиваются слухи о том, что в 2007-2008 годах здание вовсе снесут под элитную застройку. За право на прилегающие пространства бьются гиганты «Ашан» и Metro, счет идет на миллиарды. На месте «Б1 Maximum» год назад была площадка шоу De La Guarda, которое, судя по всему, оказалось невыгодным и прекратило существование. Потом открыли новый клуб — «Studio 11», — не продержавшийся и одного сезона. Далее — Renaissanse event club, тот самый, у которого весной стояли с транспарантами суровые бритоголовые парни и «православные» с требованием закрыть «рассадник содомии». Теперь — «Б1», где об этом как бы забыли — исключительный оптимизм и максимализм.

Менеджер Илья провожает в гардероб; вместительность клуба Илья оценивает по количеству номерков: «У нас тут 4500, а в De La Guarda было только 1500„. Когда еще до официального открытия здесь играл DJ Felix da Housecat, на танцполе одновременно находились около полутора тысяч человек. “Я наблюдал сверху: зал не был заполнен даже наполовину, люди танцевали с размахом!» Дизайн во многом напоминает «Б2» — все конструкции в основном деревянные, выкрашенные в черный. В остальных элементах доминируют красный и белый. На балконе — VIP-ложа с выстроенными в ряд мягкими белыми диванами, между ними места столько, что хоть вприсядку танцуй. Этажом выше — Super VIP со скрытыми от любопытных глаз аккуратными столиками, а на каждом уровне — бар со своим особым ассортиментом.

Такое статусное место не могло не появиться в Москве. За последние два года у нас открылись клубы Ikra, «Апельсин» и обновленная «Точка», которые легко собирают на крупные концерты около тысячи человек. Тем временем ниша между залами на тысячу и на семь тысяч человек (как «Олимпийский») пустовала, и для определенной категории артистов въезд в Москву был практически невозможным: небольшое помещение — ниже их планки, а стадион не могли себе позволить промоутеры — не окупится.

7 декабря прошло официальное открытие с иконами готик-рока The Sisters of Mercy, а через три дня уже выступали t.A.T.u. В следующем году привезут первопроходцев Ибицы британцев Happy Mondays, а также гуру диско-панка The Rapture. В Европе они собирают десятитысячные толпы на раз-два; у нас бы и «Апельсина» хватило, но группы сочтут такое предложение за оскорбление. В клубе об этом знают и полных залов не ждут. Это отражается на ценовой политике — отбить привозные затраты на количестве не получится, так что о билетах меньше чем за тысячу рублей пока можно забыть.

Георгий Биргер
9 ноября 2006