Моя жизнь прекрасна, но я все еще пишу
Латиноамериканская писательница и феминистка рассказала журналу Time Out о своих книгах и отношении к миру, в котором живет.
Многие латиноамериканские писатели называли своими «учителями» русских классиков — Толстого, Чехова, Достоевского и т. д. Современные российские писатели боготворят Маркеса, Кортасара, Борхеса, Неруду… Чем вы это объясняете?

Мое поколение (и старшие поколения) читателей в Латинской Америке выросли на русской литературе: мы читали ее в школе, дома, в журналах. Вероятно, русские авторы оказали на нас значительное влияние. С другой стороны, бурная история Латинской Америки, наше восприятие страстей и трагедий, наша одержимость смертью и потерями, наши большие семьи и политические беспорядки во многом находят отклик у некоторых современных русских писателей и у многих читателей.

Когда-то вы говорили, что к писательству вас подтолкнули страдания и лишения… Должен ли сейчас писатель быть «голодным» или «страдающим», чтобы написать хороший роман?

Нет, я не считаю, что для того, чтобы создавать прозу, необходимо голодать, но невзгоды способствуют этому. Я начала писать «Дом духов» для того, чтобы воссоздать тот мир, который я потеряла после военного переворота в Чили в 1973 году. Мне нужно было сохранить свои воспоминания, собрать людей, разбросанных по всему миру, я даже хотела вернуть мертвых к жизни… Но с тех пор я написала 18 книг, и не все они рождены в лишениях. Сейчас моя жизнь прекрасна, но я все еще пишу.

Как вы считаете, почему известные и богатые люди вдруг начинают писать книги? Известны ли вам хорошие примеры таких начинаний?

В Соединенных Штатах если вы знаменитость, то все прислушиваются к тому, что вы говорите. Многие нанимают «литературных негров», чтобы те писали за них книги, которые отлично продаются. Тщеславие, тщеславие… Тем не менее, есть и такие известные люди (не всегда богатые), которые написали прекрасные книги. Самый лучший пример — это Барак Обама.

Есть ли темы, о которых вы никогда не написали бы в ваших книгах?

Пытки. Порнография.

Смогли бы вы написать полноценную автобиографию?

Во всем, что я пишу, всегда присутствуют автобиографические элементы. Мой муж говорит, что я храню в своем сердце все, что происходит со мной и с окружающими, и рано или поздно я пишу об этом. Все может стать исходным материалом для романа! Я написала две книги воспоминаний: «Паула», после смерти моей дочери Паулы в 1992 году, и «Сумма дней», опубликована в 2007 году. Может быть, через 10 лет у меня будет больше того, о чем я захочу рассказать, я не знаю…

Вы уже более 20 лет живете в Америке. Сейчас вы все еще ощущаете себя чилийкой и собираетесь ли продолжать национальные мотивы в романах?

У меня американское гражданство, но мои корни в Чили; пишу я только по-испански и часто в своих книгах возвращаюсь к чилийской тематике. Сейчас я работаю над романом, в котором, безусловно, ощущается чилийская атмосфера.