Москва
Москва
Петербург
«Попробуйте любить бездарных провинциальных людей!»

«Попробуйте любить бездарных провинциальных людей!»

Сняв в 1970 году в роли чеховского дяди Вани Иннокентия Смоктуновского, сегодня режиссер того же героя увидел в совершенно другом актере — в Павле Деревянко.
Сорок лет назад вы ассоциировали Ваню с одухотворенным на грани гениального безумия образом Смоктуновского, теперь на эту роль выбран Павел Деревянко, психофизика которого наводит на мысль о Башмачкине, для которого управление имением — потолок. Решительный поворот…

Великие пьесы интересны тем, что может быть бесконечное количество гениальных воплощений. И бесконечное количество бездарных воплощений. Разные философы имели разные точки зрения на жизнь — они все были по-своему правы. Естественно, все делается сознательно. Когда я снимал дядю Ваню, я был увлечен Бергманом. Которого боготворю до сих пор. Бергман, когда начинал что-то ставить, всегда читал Чехова. И герои Бергмана для меня были эталоном психологии, анализа, его метод был для меня очень важен. Я всю жизнь испытываю влияние своих учителей, я бы сказал. Бергман, Феллини, Куросава — люди, которые для меня являются эталонами в искусстве.

Правда ли, что ваша постановка о том, что проблема русского человека в нежелании хотеть?

Что бы ни сказать — все правильно. Потому что Чехова, как любого великого писателя, можно интерпретировать настолько по-разному, что не определишь, что правильно. В одном из писем он действительно написал: «Вы спрашиваете, чего не хватает русскому человеку? Русскому человеку не хватает желания хотеть».

А вы считаете это дефектом или добродетелью?

И то и другое, как все на свете. Все зависит от того, где количество переходит в качество. А Чехов своих героев любит, но не за то, что они талантливые или добродетельные. Талантливых неудачников легко любить. Попробуйте любить бездарных, претенциозных провинциальных людей!

Они очень противные!

Неправда. Бездарные претенциозные люди — такие же люди, заблуждающиеся, несчастные, и глубина их несчастья может быть не меньшей, чем у Данте. Чехов как раз говорит: «Я пишу о серенькой жизни. О серых, скучных людях». Вот что главное! Людей надо любить не за то, что они хорошие и плохие, а за то, что они умрут.

Вам самому удается полюбить бездарных и претенциозных?

С возрастом начинает удаваться.

Вы постарше Чехова будете…

Намного. Но в том-то и состоит его величие и гениальность, что, хотя он умер совсем молодым человеком, ему настолько была открыта истина! Которая заключается в том, что никто не знает настоящей правды.

Отчего так изменились герои Чехова в интерпретации повзрослевшего Кончаловского?

Великие пьесы интересны тем, что может быть бесконечное количество гениальных воплощений. И бесконечное количество бездарных воплощений. Разные философы имели разные точки зрения на жизнь — они все были по-своему правы.

Чем сегодня актуален лузер дядя Ваня?

Слово «актуально» я воспринимаю как ругательство. Я против «актуальности», также как я против концептуальности — против всех идей, которые связаны с рациональным объяснением искусства. Это все — для критиков. А на самом деле определяющим является «стоит или не стоит», извините за грубость. Волнует или не волнует. Все глубокие и менее глубокие мысли, которые возникают у вас, у меня, у зрителей, у критиков, растворяются в чувстве. Или умирают в скуке. Музыку может любить и менеджер среднего звена, и полный идиот, и сволочь, и подлец, и Гитлер.
Хорошо ли, что бессильные перед жизнью дяди Вани существуют, или было бы лучше, чтобы они как-то над собой поработали? Надо выбирать между возможным и невозможным, а не между желательным и нежелательным. Можем ли мы изменить что-то в их жизни или не можем? Может быть, мы можем что-то изменить только в нашей собственной? Как говорил Чехов, начни с себя!

Вы согласны с Чеховым?

Я Чехова боготворю. Если есть два человека, с которыми я советуюсь по каждому моменту моей жизни, это Чехов и Рахманинов. С Антоном Павловичем я бесконечно советуюсь, мне кажется, он сидит за моей спиной — кивает или подмигивает, морщится. Нельзя трогать ни одной фразы Чехова!

Значит, вы ставите «Дядю Ваню» с учетом каждого авторского слова?

Конечно, нет! Мысли и эстетика — разные вещи. Скажем, в конце XIX века по цензурным соображениям на сцене нельзя было залезть женщине под юбку, хотя это все время происходило в жизни. Эротика Чехова в театре и в прозе — разная. Поэтому в эстетике XIX века вместо страстного поцелуя — ремарка «прильнула», «держит за руку».

Вы — человек взрослый, обремененный регалиями кинорежиссер. Не боитесь оплошать в театре?

Это не отвага, а легкомыслие. Легкомыслие любопытной обезьяны, которая выбралась из родных джунглей, чтобы посмотреть: а что там в саваннах? Так она стала человеком.

Дядя Ваня
А. Чехов. Режиссер А. Кончаловский. В ролях: А. Филипенко, П. Деревянко, Н. Вдовина
Сб 24 октября, 19.00, Театр им. Моссовета
21 октября 2009,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация