Группа «Воскресение„: “Прогресса нет, и слава богу!»
Перед тридцатилетним юбилеем группы «Воскресение» Time Out поговорил с Алексеем Романовым и Андреем Сапуновым о дао, поэзии и вселенской благости.
Когда я собирался на интервью, мой брат спросил, о чем можно спрашивать людей, которые достигли дао. А вы его достигли?

А.Р. Я достиг. Если его нельзя выразить словами, то достиг.
А.С. Говорят, что даосы писали стихи на бумажных корабликах, а потом спускали их на воду и смотрели, как они уплывают.
А.Р. А еще они придумали зонтик. От лени, чтобы в дождь не искать укрытия.
А.С. У нас был общий знакомый, Женя Казанцев, он как-то раз позвонил мне, я ему говорю: «Здравствуй, Женя!» А он мне: «Я не Женя, я Саша!» «Почему?» — «Я даос!»

Торстон Мур из Sonic Youth, которому в этом году 50, считает себя таким продвинутым пенсионером. А вот блюзмены стареют?

А.Р. Ну да, тут же вся фишка в том, что рок — это молодежная тусовка, а рок-герой — это такой конь с гривой и копытами, из ушей дым, изо рта пламя. А блюзмен должен быть таким солидным дядей, поэтому им даже седые волосы не вредят. Хотя вот тут ходили на Планта, он не производит впечатления молодящегося. И еще один контрпример. Я видел на «Ютьюбе» запись, играли Мадди Уотерс Сонни Бой Уилльямсон. Вроде прилично одеты, а пели такую похабень, что даже рэперы не всегда на такое решаются. Что-то про нетрадиционные формы секса. Вот такая подлая блюзовая сущность.

А новые команды какие-нибудь на «Ютьюбе» смотрите? Много же сейчас хороших групп появилось и в России…

А.Р. Много появилось? Не знаю, мода собираться в группы уже прошла, по-моему. То ли дело раньше, когда все, кто умел и кто не умел, лезли музыку играть. А потом осталось человек тридцать. Правильно Вова Матецкий говорил, что можно всех в московских рок-музыкантов в одной комнате собрать…
А.С. …и задушить!
А.Р. Да, некоторые заслуживают. Хотя если появляется много музыкантов, это замечательно. Это же дико интересно, если есть способности. А если еще и с работой повезло, то жизнь у них удалась. Поняли дао.
А.С. Дао — это же дорога, путь. Нашел свою колею.

И в закат!

А.С. Да, бесконечный закат… Я, наверное, теперь тоже буду Сашей.

Вдогонку к теме интернета: как он изменил музыку?

А.Р. Пропало какое-то ощущение чуда, к музыке перестали относиться как к чему-то великому. Хотя распространение, конечно, стало проще. И музыканты почувствовали себя независимыми. Как Radiohead — выложили альбом в Сеть, кто сколько хочет, столько и платит. И лейбл им не указ, и слушатели довольны.
А.С. Это в Англии хорошо, там люди честные. А у нас ведь все спиздят.

Вас еще после 30 лет музыки что-то удивляет? Ведь для творчества надо чему-то удивляться.

А.Р. Удивляет красота мироздания, вселенская благодать. Но это так, бескорыстно. Чтобы не оскорблять Господа благодарностью. И не писать песен. А вся эта химия творческая для меня вещь непостижимая. Начинает в голове вертеться какой-то паттерн, мотивчик, и вот его можно уже как-то продумать, обработать и…
А.С. …продать.

Чт 24 сентября, 19.00, ГЦКЗ «Россия»